Опекун
Шрифт:
— Эээ… — язык заплетался, а кожа всё ещё искрилась от магнетизма его прикосновений.
— Кошмар приснился? Все хорошо, я рядом, — Адриан прижал её к себе, поглаживая по голове, как когда-то в детстве.
Кошмар? Ну нет. Кошмаром она назвала бы то, что происходило прямо сейчас, но никак не… Щёки мгновенно стали еще более пунцовыми, хотя, казалось бы, больше было уже просто некуда. Пусть её фантазия, вдохновленная их фотосессией, и поиздевалась над ней, но сейчас всё наяву.
— Да, плохой сон, — с трудом выдавила она из себя и постаралась улыбнуться. — Всё в порядке. Схожу в
Адриан вздёрнул левую бровь, не до конца веря словам Маринетт. Испуг за неё постепенно отступал, давая возможность разуму включиться в работу. Он посмотрел на свои руки, что сжимали голые плечи девушки, а затем заскользил взглядом ниже…
— Эм… И давно ты сменила пижаму с котятами на… ну… — мужчина замялся, резко вскакивая с её постели. Только сейчас он сообразил, что на Маринетт довольно откровенная комбинация из топика и коротеньких шортиков. Чертовски коротеньких шортиков. Чертовски сексуальных… Сама мысль о девушке в таком контексте заставила его до боли прикусить щёку с внутренней стороны.
— Примерно тогда же, когда выросла из своих детских платьишек. Но разве ты заметил? — усмехнулась Мари, выскальзывая из плена скомканных простыней. Она была зла. Зла на себя за свои желания. Зла на него за его слепоту. Зла на весь мир.
— Прости, мне правда сложно принять тот факт, что ты… что ты уже не ребёнок, — немного виновато ответил ей мужчина, отходя к входной двери и оборачиваясь в последний момент.
— Это твои проблемы, Адриан, — процедила Мари сквозь зубы и направилась в ванную комнату, ощущая затылком, как он провожает её взглядом. На долю секунды ей даже показалось, что взгляд этот вспыхнул незнакомым ей огнём.
Пожалуй, сегодняшнее утро можно смело именовать самым ужасным за все её семнадцать лет. Мало ей было днём вздыхать по этому слепцу, так теперь ещё и ночи грозили затянуть в трясину потаённых желаний. Интересно, а если бы она сейчас подалась вперед и поцеловала его, то что было бы? Ответил бы? Маринетт горько усмехнулась, представив себе лицо Адриана с выпученными от удивления и ужаса глазами. Было бы очень смешно, если бы не было так грустно.
Комментарий к Глава 8
Подобный поворот в сюжет вписывался, поэтому вот вам немного сладенького. Большее пока будет слишком нелогично))
========== Глава 9 ==========
Вернувшись домой после занятий карате, которые посещала с десяти лет и любила многократно сильнее любых танцевально-музыкальных направлений, Маринетт бросила спортивную сумку в отведенный ей угол и, протяжно выдохнув, рухнула на кровать, наплевав на необходимость переодеться в домашнюю одежду. Сэмпай Фунакоси, по всей видимости, вознамерился в сжатые сроки превратить каждого из своих учеников в обладателя чёрного пояса, на что даже у самых одаренных из них при правильной подготовке ушёл бы не один год, а то и не один десяток лет.
Мышцы пульсировали, горели, отдавались протяжной болью, обещающей раскрыться в полную силу в ближайшие дни, но Мари лишь блаженно улыбалась, довольная проделанной на занятии работой.
Бездумно понежившись в постели ещё какое-то время, она потянулась к тумбочке в попытке нащупать плеер с наушниками. Привычно спутанного комка проводов
— Неужели Адриан решил сделать мне сюрприз? — прикусив кончик языка, девушка покрутила коробочку еще мгновение и, наконец, открыла. Внутри оказалась пара довольно необычных серёжек — алых в чернильно-чёрную крапинку. — Он что, издевается? Еще бы съедобные бусы из конфеток мне подарил!
Маринетт с трудом сдерживала подступающую злость, намереваясь сию же секунду выбросить серьги куда подальше, но от поспешных действий её отвлекло легкое покашливание, донёсшееся из-за спины.
— Привет, Маринетт.
Девушка резко обернулась на тоненький, едва различимый голосок, и чудом не рухнула с кровати, встретившись взглядом с порхающим прямо перед ней существом.
— Ааа! — непрошеный визг молниеносно сорвался с губ прежде, чем она успела зажать рот ладонью, хаотично прокручивая в голове все возможные объяснения увиденному. Версий было более чем достаточно, начиная с того, что ей снится очередной сон и заканчивая тем, что она окончательно сошла с ума. Ни один из вариантов ее не устраивал.
— Тише, Маринетт! Я не хотела тебя напугать, — красно-чёрная крошка ритмично зашевелила усиками. — Меня зовут Тикки. И это не сон, и уверяю тебя, что ты ещё не сошла с ума.
— Откуда ты… — начала было Мари.
— …знаю, о чём ты подумала? — продолжила за нее маленькая гостья и захихикала, подлетая чуть ближе, но все еще выдерживая дистанцию. — Поверь, твоя реакция довольно предсказуема и вполне нормальна. За тысячи лет мне пришлось лицезреть самые разные проявления чувств. Пару раз даже летальны… ой, это сейчас тебе не интересно.
— Я правда не сплю? — хриплым голосом произнесла Маринетт, усиленно щипая себя за руку. Никакого эффекта. Все происходящее казалось чем-то нереальным. Постепенно волнение стало отступать, уступая место любопытству. Прикрыв глаза, она сделала глубокий вдох и окончательно взяла себя в руки, больше не стремясь удрать через первое попавшееся окно.
— Вижу, ты в порядке. Позволь мне представиться ещё раз. Меня, как я уже сказала, зовут Тикки. Я — квами Ледибаг, ее верная помощница и друг.
Девушка открыла глаза и шокировано уставилась на дружелюбно улыбающуюся Тикки.
— Ледибаг? Но… — Маринетт замолчала, обдумывая услышанное. Она никогда не задумывалась над тем, что представляет из себя героиня Парижа и как именно она обрела свои способности. Казалось, что она существовала всегда.
— У тебя много вопросов, и я постараюсь ответить на каждый из них, но сейчас важно совсем другое. Я появилась у тебя совсем не случайно. Эти серьги, — квами кивнула в сторону коробочки, что всё ещё лежала на кровати, — способны наделить их обладательницу особыми способностями, перевоплощая в Ледибаг. Это камни чудес, а ты, Маринетт, их новая хранительница и защитница города. Сейчас Париж находится на распутье, я чувствую приближение опасности. Боюсь, что совсем скоро всем нам понадобится твоя помощь, твоя и Кота Нуара.