Опекун
Шрифт:
Оставлю вместо себя Джона. Но если вдруг, что-то накопаешь, позвони.
— Хорошо, — мы пожали руки и попрощались.
Я собирался заехать к Оливии и ещё раз попытаться поговорить, по-людски, а заодно сказать, чтобы даже и не думала соваться в Лондон к моим родным и портить праздник сестре. Настроение было тоскливое, мне всё время казалось. что я сплю и вижу плохой сон. Думалось мне, если я открою глаза, ущипну, то мираж развеется, и я проснусь, а рядом лежит Кейтлин. Как ни в чём не бывало.
Улыбнётся, приготовит
— Марк? — раздался удивлённый голос из динамика. — Проходи! — чему она радовалась, неужели так и не дошло, что я никогда её не полюблю? — Вот уж неожиданно, — девушка предстала передо мной в шёлковом длинном халате. — Знала бы, закатила праздник по этому поводу.
— Что тебе мешает? У тебя и так жизнь сплошное веселье.
— Если ты о нашей жизни, то да. — Я по делу, — желания как такового входить не было. Но я вспомнил о сестре и том, как она будет недовольна, если я приду на свадьбу с Оливией.
— Разве я тебя не впускаю? — я уловил игривое настроение и, поморщившись, вошёл в квартиру. Оливия закрыла за мной дверь, а я тяжело вздохнул. Как будто знал, что этим разговором не сдвинусь и с мертвой точки. Может и правду следовало заткнуть ей кляпом рот, приказать Сэму закинуть её в машину, посадить до конца жизни в какой-нибудь подвал и пустить слух, что невеста сбежала? В голове всё чаще стали мелькать абсурдные мысли.
— Я не рассчитываю на понимание, но в очередной раз прошу тебя, одумайся и отступись, — я приготовился ловить горох, что бросил в сторону Оливии.
— Что пожалел фамилии? — посыпались в ответ горошины. Что и требовалось доказать.
— Прекрати, — отчего-то я вдруг почувствовал себя уставшим, словно разгружал всю ночь тяжёлые мешки. — Я чертовски от тебя устал. От шантажа, от всего. Неужели такой ты представляла себе жизнь? Я могу в два счёта засунуть тебя в психушку.
Мои охранники в момент скрутят тебя и вышибут всю правду и дурь из твоей головы.
— Это плохая идея, — Оливия прошла на кухню и села на барный стул. — Кофе, чай?
— Не хватало, чтобы ты меня ещё чем-то опоила и затащила опять в постель, — я поднял руки.
— Как хочешь. Но избавится от меня у тебя не получится. И знаешь почему? — Даже не собирался уточнять… — Потому что знаешь, на что я способна. Мне все равно что будет с твоей девчонкой. Во всём обвинят
— Я могу хоть сейчас тебе их дать. Сколько денег ты хочешь?
— Деньги это всего лишь приятное дополнение. Мне нужен ты, — какой-то замкнутый круг, сколько не говори, а все разговоры сводились к одному. — У тебя ничего на меня нет И быть не может. Но пока я рядом, можешь быть уверен, с девчонкой ничего не случится. А потом… Ты все равно забудешь о ней Она же о тебе наверняка уже и не вспоминает? Я была на выставке и видела её с другим парнем, — я сжал кулаки. Упоминание о Джервисе и Кейтлин меня задевало. Наш разговор плавно перетекал в прежнее русло, бесполезно что-либо втолковать Оливии в безумную голову Оливии, я лишь тратил время и нервы впустую.
— На свадьбу Эмили я поеду один, — Оливия как-то странно тихо отреагировала на новость.
— Ладно, но с одним условием… — сказала она после некоторой паузы.
— Не будет никаких условий. Я еду один, — перебил я.
— Хорошо, я приеду позже. Не думаешь же ты вечно меня скрывать от своих родных? — я сдержался, чтобы не нагрубить. Выдержки Оливии можно было только позавидовать. Откуда в ней было столько бессердечности? Неужели я сам взрастил это семя? — Девчонка тоже там будет?
— Не знаю, — соврал я, хотя знал от сестры, что те уже находились в Лондоне вместе с Кейтлин.
— Марк, я не хочу больше ругаться. Но… Ты же умный человек? Не хочешь скандалов. шумихи, чтобы твое имя и имя семьи поливали грязью и склоняли на разный лад? Хочешь же чтобы эта малолетка жила полноценной жизнью? Ведь хочешь, признайся? А я тоже хочу счастья. У всех есть слабые места. Для тебя это она, а для меня это ты. Но за всё приходится платить. Я сейчас не угрожаю, а прошу сделать правильный выбор. Не вступай со мной в войну. Только хуже сделаешь. Жизнь она такая непредсказуемая… Не знаешь, где случайно упадешь, ударишься головой, или вдруг, в какой подворотне встретишь грабителя и свою погибель…
— Ты говоришь загадками.
— А ты строишь из себя дурака. Тебе это не идёт. Подумай, что тебе дороже твоя свобода или её жизнь?
— А Генри? — в голове никак не укладывалось, чем она могла его подкупить. Неужели только одними деньгами?
— У нас с ним особые договорённости. Тебе об этом знать ни к чему.
— Нет уж, будь добра посвяти будущего мужа в свои тайны.
— Ты больше не застигнешь меня врасплох. Будешь сопротивляться, будут страдать остальные, и ты в том числе. Мне отступать некуда. Я всё для себя решила.