Опека полуночника
Шрифт:
Возвращаясь однажды поздно ночью с одной из таких тренировок в гостиную Гриффиндора, Гарри хотелось только добраться до своей кровати. Его тело ныло, а ум отказывался соображать. Но едва Гарри прошел сквозь портретный проем, как глазам предстала сцена, которая навела его на мысль, что кровать он увидит не скоро. Рон и Гермиона стояли посреди гостиной и смотрели друг на друга свирепыми глазами, в то время как другие невольные свидетели наблюдали за ними с расширившимися глазами.
Гарри застонал от ноющей боли, стягивая квиддичную мантию, и спросил:
— О чем вы тут
Рон и Гермиона не шелохнулись. Было похоже, что сейчас происходит борьба взглядов, и оба были очень даже хороши.
— Это кровожадное чудовище ОПЯТЬ хотело съесть Коросту! — срывающимся голосом прокричал Рон. — Я же просил тебя держать эту… эту зверюгу подальше!
Гермиона выпучила глаза.
— Косолапсус не понимает, что Короста — домашнее животное! — крикнула в ответ она. — Кошки всегда охотились на крыс!
Кажется, перепалка и не думала заканчиваться. Она могла бы продолжаться всю ночь, если бы кто-нибудь ее не остановил. Этим человеком решил оказаться Гарри.
— Где сейчас Короста? — спросил Гарри.
Рон указал на свой дрожащий карман. Гарри подошел к друзьям и жестами попросил Рона передать ему напуганное животное. Когда Рон это сделал, Гарри повернулся к Гермионе.
— Ты права, Гермиона, — спокойно произнес Гарри. — Кошки всегда охотились на крыс, но и собаки всегда гонялись за кошками. Однако собак можно отучить от этого, так почему же нелжьзя отучить кошку? — Гарри повернулся к Рону. — Ты видишь, что Косолапсус неравнодушен к Коросте. Поэтому, пока кот не научится держать свои инстинкты под контролем, твоей крысе лучше постоянно находиться в нашей спальне. И нужно, чтобы дверь всегда была закрыта.
И, не дожидаясь, пока кто-нибудь из них начнет возражать, Гарри направился к лестнице.
— Я оставлю Коросту на твоей кровати, Рон, — добавил он уставшим голосом. — И реши уж с этим.
С Коростой в одной руке и с квиддичной формой в другой, Гарри поднялся в свою спальню. Он бросил форму на свою кровать и подошел к кровати Рона. Гарри поднял крысу на уровень глаз мордой к себе.
Смотря на нее, он внезапно ощутил какое-то дружеское чувство к крысе, но тут же подавил его. Он ведь знает Коросту уже несколько лет.
— Рон о тебе, правда, позаботится, ты же знаешь, — произнес он. — И я надеюсь, что ты это ценишь. — Он положил крысу на кровать и уже хотел отойти, когда заметил левую лапку животного. На ней не было одного пальца. «Странно, — подумал Гарри. — Никогда раньше не замечал».
Хотя Рон и Гермиона утверждали, что разрешили свои противоречия, но ни от кого не скрылась натянутость в их отношениях. Не имея больше желания быть миротворцем, Гарри предоставил их самим себе. Он недоумевал, почему эти двое так часто ссорятся. И каждый раз их ссоры грозят закончиться дракой.
Последние дни месяца прошли для учеников в предвкушении похода в Хогсмид, который должен был состояться на Хэллоуин. Даже Рон с Гермионой забыли на время свою вражду, чтобы вместе обсудить, в какие магазины им нужно будет зайти. Не желая, чтобы кто-нибудь его жалел, Гарри предпочел не обсуждать то, что ему придется остаться
В утро Хеллоуина Гарри позавтракал вместе с Роном и Гермионой и, когда те уже собирались уходить, пожелал им удачи в покупках, заодно попросив прихватить для него несколько товарных каталогов, если они будут в наличии. Рон с Гермионой удивленно на него посмотрели, но Гарри не стал уточнять — не хотелось говорить им, что только так он может теперь что-то выбрать для подарков на Рождество.
Сидя в одиночестве за гриффиндорским столом, Гарри мог только воображать, каково это — посещать Хогсмид. То, что он слышал о магазине шуток Зонко или о Сладком Королевстве, было невероятно. Закрыв глаза, Гарри постарался не думать об этом. Профессор Дамблдор принял решение, и надежды на то, что он его поменяет, не было. К тому же, после всего, что для него сделали учителя, Гарри не мог ослушаться их и улизнуть из замка, прямо в объятия дементоров.
С нетерпением ожидая занятия с Люпином, Гарри решил, что лучший способ скоротать время — это заняться домашней работой. Поднявшись в гриффиндорскую гостиную, он сходил за своей сумкой и сел в кресло в углу комнаты, начав писать ужасный реферат по зельям. Гарри не обращал внимание на гвалт, который устроили ученики первых и вторых курсов. Как ему и хотелось, никто из них его не заметил. После Зелий он взялся за Трансфигурацию, а затем начал Гербологию.
Почувствовав, что уже устал, и что уже надо бы прерваться, Гарри вышел из гостиной и стал бесцельно блуждать по коридорам. Он даже не заметил, как оказался около кабинета Защиты. Надеясь, что профессор Люпин про него не забыл, Гарри зашел внутрь и бесшумно подошел к двери в комнату учителя. Немного нервничая, он постучал. Не решит ли профессор, что он слишком навязчив? А, в самом деле, не навязчив ли он?
Уже опасаясь, что именно так и подумает Люпин, Гарри собрался уходить, как дверь медленно открылась. Испугавшись, он отпрыгнул назад, а когда увидел профессора Люпина, разволновался. Он, очевидно, тоже испугался, но не подал вида.
— Гарри, — с улыбкой произнес он. — Как неожиданно. Почему ты не заходишь? Я думаю, замок стал несколько скучным.
— Только немного, — согласился Гарри. — Э–э… Если вы заняты, я могу прийти попозже.
— Ерунда, — произнес Люпин и отодвинулся, пропуская Гарри. — Давай, рассказывай, о чем думаешь.
Гарри пожал плечами и, войдя в комнату, огляделся. Его взгляд упал на котелок, над которым поднимался пар — это показалось ему странным предметом для кабинета Защиты. Посмотрев на профессора Люпина, Гарри только сейчас заметил, какой у того нездоровый вид. Гарри стал беспокоиться, не подтверждаются ли все его страхи, и нервно спросил:
— Профессор, что-то не так?
Люпин посмотрел на котел и вздохнул.
— Я недавно не слишком хорошо себя чувствовал, — произнес он, подойдя к доске, — но сейчас уже все нормально, не надо беспокоиться. Поверь мне.