Опасный след
Шрифт:
Наверное, он издал какой-то звук, потому что Фиона развернулась и замерла в боевой стойке. Взгляд холодный, даже свирепый, мгновенно потеплел. Она расслабилась и засмеялась.
— Не заметила, как ты вошел. — Она глубоко вдохнула. — Ты меня напугал.
Она не выглядела испуганной.
— Что это было? Тэквондо?
Фиона покачала головой, взяла с гимнастической скамьи бутылку, глотнула воды.
— В основном тай-чи.
— Я видел тай-чи. Изнеженный «Новый век» в замедленном исполнении.
— Во-первых, это очень
— Ты описываешь изнеженный «Новый век», и это не то, что я наблюдал минуту назад.
— Многие движения носят красивые названия, связанные с природой, не случайно. Например, «Толкни волну». — Фиона продемонстрировала движение, изящно разогнув руки ладонями к Саймону, затем медленно отведя их ладонями вверх. — Но если ускорить это же движение для защиты, то… — Она оттолкнула Саймона, лишив равновесия, затем притянула и бросила мимо себя. — Ясно?
— Я был не готов. — Ухмыляясь, она расставила ноги, согнула колени и поманила его. — Ладно, ты видела «Матрицу» [22] .
Фиона опять рассмеялась.
— Ты сильнее меня, выше ростом, тяжелее. Может, ты и быстрее меня, но это мы еще не проверяли. Чтобы защитить себя, я должна сконцентрировать свою энергию и использовать твою. Я тренировалась каждый день, ты же знаешь, что я одержимая. Тай-чи, силовая йога, бокс…
— Бокс?
— Да. — Фиона сжала кулаки. — Проведем пару раундов?
22
«Матрица» — культовый фантастический фильм, снятый братьями Энди и Ларри Вачовски (США, 1999 г.). В главной роли — Клану Ривз.
— Может, попозже.
— Я занималась кикбоксингом, силовой гимнастикой, пилатесом, всего и не перечесть. Я тренировалась каждый день, чтобы чувствовать себя сильной, вернуть себе ощущение безопасности. Я должна была знать, что смогу взять инициативу в свои руки, нанести упреждающий удар. А потом я расслабилась, запустила себя и разленилась, пока… ну, пока.
— Ты не выглядишь запущенной.
— Мышечная память. Все возвращается. И опять-таки, появилась мотивация.
— Покажи мне. Нет, погоди. Я не за этим пришел. Ты опять это сделала?
— Что я сделала?
— Отвлекла меня. Потная, сексуальная. Ты и без тай-чи можешь свернуть мужчину с пути истинного.
Фиона дернула плечом.
— С ума сойти. Теперь я действительно чувствую себя всесильной.
— Вот зачем я пришел. — Саймон ткнул пальцем в сторону окна.
— За… окном?
— Окно, окно. Почему ты его вымыла?
— Потому что я люблю чистые окна. Гораздо приятнее смотреть в окно, не покрытое слоем грязи.
— Это не все.
— Не все?
— Да. Из-за тебя я заметил то,
Фиона снова взяла свою бутылку, свернула крышечку.
— Слишком много разговоров из-за сущей ерунды: какой-то жидкости для мытья окон и тряпки.
— И еще это. — Саймон вытащил из кармана горсть собачьего печенья.
— Ой, спасибо, но я слежу за весом.
— Смешно. Я каждый день кладу эту гадость в карман. Машинально. Просто кладу, и все. Я только что потратил полчаса, может, больше, тренируя собак.
Фиона пила воду и внимательно слушала.
— И все из-за того, что я вымыла окно?
— Нет, но это из той же оперы. Это то же самое, что запах лимона по всему дому или мои мысли о том, чтобы купить тебе цветы, когда я в следующий раз поеду в город.
— О, Саймон.
— Заткнись. И это не имеет никакого отношения к нашей глобальной проблеме. Это элементарно. Поэтому… — Он подошел к окну, хлопнул ладонью по сверкающему стеклу и показал на отпечаток. — Оставь.
— Ладно. Почему?
— Понятия не имею. Я не знаю почему, но если я захочу смыть это пятно, то сделаю это сам. Ты его не трогай.
Ну вот, настоял на своем. Молодец.
Фиона захохотала. От души, во весь голос. Она хохотала так, что опять стала задыхаться. Ей пришлось согнуться, обхватить себя руками.
— Послушай, может, это звучит глупо, но…
Не разгибаясь, Фиона замахала руками.
— Не ужасно глупо, но достаточно глупо. Боже, боже! Я тут надрываюсь, чтобы почувствовать себя сильной, способной справиться со всем, что меня ждет, не дрожа и не прячась под кроватью, а ты достигаешь той же цели меньше чем за пять минут.
— О чем ты, черт побери?
— Ты заставил меня почувствовать себя сильной, могущественной, даже исключительной, потому что ты меня такой видишь. Мне даже не пришлось заманивать тебя в ловушку, Саймон, нисколечко. Тем более я и не хотела. Но из-за того, что где-то в глубине души ты побаиваешься, что я это делаю или могла бы это делать, я чувствую, что справлюсь с чем угодно. Я чувствую себя сильной, сексуальной, могущественной. — Она согнула левую руку, продемонстрировав бицепс. — У меня кружится голова. Я пьянею от тебя.
— Ну, просто замечательно.
— А знаешь еще что? То, что ты это сделал… это глупое доказательство своей точки зрения. — Она показала на окно. — Ты смог это сделать, не чувствуя себя глупым, но чувствуешь себя глупым оттого, что поиграл с собаками? Саймон, я сдаюсь.
— Ради бога.
— Я обезоружена и восхищена. Итак, я обезоруженная, восхищенная, сильная, сексуальная и могущественная. И никто никогда не вызывал во мне таких чувств, как ты. Никто. А это, — она снова показала на окно и засмеялась, явно озадаченная не меньше его. — Вот из-за этого тоже, — пусть это смешно и непостижимо, — я тебя люблю.