Опасные выборы
Шрифт:
– Меня не устраивает цена. Что это за цена за всю вашу аферу? Четырех миллионов это не стоит.
– Четыре миллиона, – пояснил незнакомец, – это примерно ваш ежемесячный доход в сто тысяч на четыре года, то есть на один срок мэра. Вы, надеюсь, не рассчитываете продержаться несколько сроков?
– Почему же я не смогу продержаться? – тоном сварливой бабки возразил Гуров. – К вашему сведению, миллион в год – это не сто тысяч в месяц, а меньше.
– Если это принципиально, то пусть будет четыре миллиона восемьсот тысяч. И гарантия безопасности для вас лично, вашей дочери, вашей жены. Она у вас сейчас, кажется, на гастролях? Но гарантия распространяется всего на неделю. Не уберетесь
– Какие все умные! – возмутился Гуров. – Как вам все просто! А что я скажу тем, кто в меня деньги вкладывал? Как быть с моими обещаниями? Они меня как липку обдерут. Этих ваших четырех миллионов…
– Ничего страшного, – успокоил незнакомец. – Этот вопрос мы урегулируем. К вам претензий от ваших спонсоров не будет. У них свои проблемы будут.
– Стоп! – нахмурился Гуров.
Его совсем не устраивало, чтобы из-за него начались проблемы у Финагенова с Корулем. По большому счету, он их и так подставлял под расходы, которые им никак не компенсировать. Гуров ведь не собирался становиться мэром. Хуже того, он в определенный момент сам собирался расстаться со своими работодателями. Но чтобы из-за него две группировки начали разборки между собой… Этого допускать было нельзя.
– Давайте не будем никого вмешивать, – предложил он. – Если я соглашусь с вашим предложением, то это будет мой и только мой выбор. Я должен подумать и решить вопрос сам.
– Ох уж эта полицейская порядочность! – рассмеялся незнакомец. – Воля ваша, Лев Иванович, решайте с ними сами. Только за это я платить не намерен. Договорились?
– Более или менее, – ответил Гуров, поднимаясь с лавки и отряхивая сзади брюки. – Решение свое я вам сообщу.
– Постойте! Что значит сообщу решение? Я же сказал, что принять его вы…
– Да пошел ты, – вяло отозвался Гуров, направляясь по разбитой дорожке в сторону гостиницы. – Угрожает еще… Я сказал, и баста! Через два дня будет ответ.
Голос ничего не ответил. Сзади вообще не раздавалось никаких звуков. Гуров был удовлетворен. Он не обернулся, не стал обострять ситуацию – значит, играл по правилам своих противников. Они это поняли и оценили, как потенциальное согласие. А вот в конце Гуров взял тайм-аут, нагло и безапелляционно. И ничего с ним поделать нельзя. Пока, по крайней мере. Они сейчас не пойдут на решительные шаги, будут следить за контактами, найдут своих людей в полиции, чтобы убедиться, что от кандидата Гурова не поступило заявлений, станут просчитывать его ходы, возможно, попугают немножко. Но два дня он продержится. А если еще завтра Катю убрать из Покровска, чтобы у бандитов не было соблазна начать шантаж немедленно, то вообще все прекрасно. За двое суток можно вычислить этого ночного собеседника и всю его команду.
Первым делом Гуров решил позвонить Кате, узнать, где она сейчас и чем занимается. Он хотел предложить ей оставаться дома до утра и никому не открывать двери, даже если будут кричать: «Пожар!» А правильнее всего эту ночь провести в гостинице с «отцом». А уж утром он отправил бы ее в Москву под крыло Орлова.
Катин телефон не отвечал. Может, она в клубе, может, не слышит из-за грохота музыки, подумал Гуров с неудовольствием. Лучше бы уж крепко спала, лучше бы уж я ее разбудил.
Но Катя в этот момент не спала. Она возвращалась домой в сопровождении своего застенчивого ухажера, болтая всякую ерунду и пытаясь расшевелить Пашу.
– Ну, хорошо, – смеялась Катя, – петь ты не умеешь, танцевать тоже. А анекдоты ты знаешь?
– Не люблю я анекдотов, – пробасил Павел. – Пошлятина это все.
– Ну, почему же обязательно пошлые анекдоты? Есть же просто смешные и остроумные. Например,
– Смешно, – кивнул Павел и продекламировал: – Не убивайте комаров! В них течет наша кровь.
– Прогресс! – захлопала в ладоши девушка и осеклась.
Между двухэтажным домом и деревьями на тротуаре было темно, потому что в этом месте уличный фонарь не горел. Из темноты вдруг надвинулись четыре зловещие фигуры. Откуда они взялись, Катя не поняла, но намерения их были не двусмысленны. Один, маленького роста, поигрывая какой-то цепочкой, подошел вплотную. Девушка сразу вспомнила эту дурацкую приплясывающую походку. Не видя лица, она по походке узнала парня, крутившегося с какой-то компанией у входа в клуб, откуда они с Павлом вышли. Первая же мысль была, что их выследили. Только из-за кого? Из-за нее или из-за Павла?
– Привет, голубки! – тонким голосом сказал парень. – Гуляем?
Трое сразу стали обходить с двух сторон Павла, который ничем, кстати, своего испуга или возмущения не показал.
– Чего вам надо? – сразу перешла в атаку девушка, стреляя глазами по сторонам в поисках помощи. Как назло, ни прохожего, ни машины.
– А угадай с трех раз, – предложил маленький, и его рука метнулась к подолу юбки.
Катя машинально попыталась ударить наглеца по руке, но тот оказался проворнее. Рывком задрал подол так, что, наверное, мелькнули трусики. Девушка отскочила, ударившись спиной о монументальную фигуру Павла. Она сейчас очень жалела, что на ней не кроссовки, а туфли на высоком каблуке. И узкая юбка. На физподготовке их учили приемам единоборства и самообороны, но вот так, с четырьмя здоровыми парнями на темной улице, Кате сталкиваться еще не приходилось. Оставалось надеяться на Пашку. Лишь бы только героя из себя не разыгрывал, а понял, что самая хорошая защита – это бегство.
Но флегматик Павел так не считал. Своей фигурой он не выделялся среди хулиганов, по крайней мере, не выглядел здоровее их. В тот момент, когда заводила дернул его подругу за юбку и когда она отскочила назад, Паша не стал терзаться сомнениями. Сделав неожиданно энергичный шаг вперед, он сгреб своими лапищами мелкого и, ухватив его за шею и плечо, отшвырнул влево. Да с такой силой, что заводила сбил с ног своего дружка, и они с воплями грохнулись прямо на газон.
Двое других, которые находились сзади и справа от Павла, видимо, ожидали сопротивления, но не такого энергичного. Стоявший сзади подпрыгнул как-то не очень умело и нанес в прыжке удар ногой Павлу в спину. Паша только пошатнулся, но первым делом занялся тем, кто находился справа. Этот тоже возомнил себя самураем и тоже попытался ударить ногой, но она тут же оказалась в тисках рук Павла. Энергичный рывок вверх и вперед, и парень перевернулся через голову. При падении раздался характерный стук об асфальт, и пострадавший со стоном скорчился, держась обеими руками за затылок.
– Паша! – взвизгнула Катя, пытаясь предупредить о новом нападении сзади.
Павел мгновенно развернулся на месте, одновременно делая шаг назад и в сторону. Кулак, нацеленный ему в голову, просвистел мимо. Удар ноги тоже пришелся мимо бедра, второй кулак рванулся вперед, но наткнулся на блок. Неожиданно парень согнулся пополам и захрипел. Катя не сразу поняла, что он напоролся на страшный удар в солнечное сплетение. Павел чуть помедлил, а потом подставил колено и огрел своего противника кулаком по затылку. Тот взвыл и повалился на землю.