Опасные руины
Шрифт:
– Ты, животное!
– выпалил он.
– Оно тоже разговаривает?..
– удивилась Холли и нахмурила лоб, словно пытаясь понять, как такое неразборчивое кваканье может что-то означать.
– А что оно сказало?
– Он только что назвал меня животным, - сообщил Маггот, не отрывая взгляда от лица Эррена.
Холли фыркнула.
– Смешно! Оно называет тебя животным!
И снова Маггот задумался, почему Холли так упорно называет Эр-рена «оно», тогда как сам Маггот почти с самого начала для нее «он». Нужно как-то докопаться до истины, но расспрашивать Холли сейчас
Эррен злобно сверкнул глазами.
– Ты можешь разговаривать с этим существом? Может быть, ты заколдовал его, как заколдовываешь своих демонов в змеином обличье?
– Никаких змей, видишь?..
– Маггот еще раз продемонстрировал Эррену свой высунутый до отказа язык.
– А теперь отвечай: откуда ты знаешь мой язык?
Прежде чем Эррен успел ответить, в разговор вмешалась Холли.
– Эй, Маггот!..
– Что?
– Ты обещал свежее мясо.
– Обещал, но…
– Так чего же мы ждем?
– Троллиха без церемоний сжала голову Эррена в своих мощных, узловатых лапищах и стала поворачивать из стороны в сторону - совсем как человек, который собирается покупать тыкву. Эррен снова завопил.
– Хочешь откусить первым? Давай быстрее, а то я здорово проголодалась.
– Нет, Холли, его мы есть не будем.
По морде Холли скользнула гримаса гнева и разочарования. Одновременно троллиха с такой силой стиснула голову Эррена, что он сразу перестал кричать. Казалось, стоит Холли нажать чуточку сильнее, и череп мага лопнет.
– Но ты обещал!
– заголосила она.
– Зачем же мы тогда на него охотились?
– Я обещал тебе свежую оленину. С помощью его лука, - по-тролличьи лук назывался «убивающей улыбкой», должно быть, из-за своей формы, - я добуду оленя, и мы попируем на славу. Оленина гораздо вкуснее, чем человечина.
Гримаса Холли выражала глубокое сомнение.
– Ты когда-нибудь ела людей? Холли высунула язык. Маггот повторил ее жест.
– Тебе бы не понравилось, - сказал он уверенно.
– Жестко, невкусно. Тьфу!..
На самом деле он никогда не пробовал человеческого мяса - и пробовать не собирался. Тролли не ели себе подобных, и Маггот не видел причин поступать иначе. К тому же ему не хотелось терять свой единственный источник информации. Кто, кроме самого Эррена, мог объяснить, почему сначала он притворился другом, а потом пытался убить Маггота?
– Но я не могу ждать до завтрашней ночи!
– вскричала Холли.
– Тебе и не придется, - успокоил ее Маггот.
– Скажи, твоя пещера достаточно велика, чтобы все мы в ней поместились?
– «Все мы» в тролличьем языке передавалось одним словом, звучавшим так же, как «клан».
– О, да, конечно. Правда, весь клан в ней бы не поместился… я имею в виду свой прежний клан, - уточнила Холли.
– Отлично. Сейчас я свяжу этого парня покрепче, и мы отнесем его в пещеру, а потом я отправлюсь на охоту и постараюсь добыть свеженького мясца, - пообещал Маггот.
Холли выпустила голову Эррена, тот ударился затылком о камень и, застонав, посмотрел на Маггота почти с надеждой.
– О чем вы говорили?
– спросил он слабым голосом.
– Холли хочет оторвать
– Собственно говоря, - добавил Маггот, выдергивая руку Эррена из-под ноги Холли и привязывая к ней конец веревки, - я был не совсем точен. Язык троллей так удобно устроен, что они могут действовать им, как ложкой. Холли просто вычерпает твой мозг своим языком, понимаешь? Ты, наверное, никогда не видел, как это делается?
Эррен дернулся, но Маггот был сильнее, и ему не удалось вырваться.
– Если хочешь убить меня ради своей Змеиной Царицы - убей!..
– с горячностью воскликнул маг.
«Царица» - именно это слово Маггот не расслышал раньше, но оно ничего ему не говорило. Он просто не знал, что такое «царица».
– Убей, но не смей надо мной издеваться!
– Да брось ты… - возразил Маггот и, перешагнув через Эррена, принялся вытаскивать из-под ступни Холли его вторую руку.
– Я сам несколько раз видел, как тролли вычерпывают мозги из вскрытых черепов при помощи одного только языка.
Эррен в последний раз вяло трепыхнулся и прекратил борьбу.
– И ты способен бросить меня на съедение одному из этих чудовищ?
– жалобно вопросил он.
Маггот крепко связал ему руки за спиной, потом похлопал Холли по коленке, и та встала. Дернув за веревку, Маггот заставил пленника подняться на ноги.
– Я этого не сделаю, если ты расскажешь, зачем следовал за мной.
– Я следовал за тобой?..
– переспросил Эррен с неподдельным изумлением. Казалось, он даже забыл о своем незавидном положении, но тут Холли нетерпеливо причмокнула языком, и ноги у Эррена подкосились.
– Во всяком случае мне так показалось, - рассудительно заметил Маггот.
9.
Они в молчании вернулись к пирамиде. По пути Холли то и дело беспокойно принюхивалась. Воздух был холоден и тих - до утра оставалось совсем немного, и это нервировало троллиху.
– Не позволяй ей съесть меня, - сказал Эррен, когда они подошли к ведущей наверх лестнице.
– В конце концов, мы с тобой люди, а не чудовища, как эта тварь.
– Холли не чудовище, - сердито отозвался Маггот, подталкивая Эррена в спину и делая вид, будто не замечает Холли, которая то и дело с любопытством спрашивала:
– Что оно сказало? Что оно сказало, а, Маггот?
Входом в пещеру Холли служило довольно большое отверстие в стене у северо-западного ребра пирамиды, которое Маггот сначала принял за дверь, прорубленную неведомыми строителями. Узкий туннель, заваленный обломками мрамора и экскрементами, вел в глубь пирамиды. На первый взгляд, он казался мрачным и таинственным, но на самом деле был довольно коротким: за первым же его поворотом - и не более чем в пяти шагах от него - находилась небольшая, правильной формы комнатка, насквозь пропахшая троллями. Запах здесь был таким густым, что Эррена с непривычки едва не стошнило.