Опасное влечение
Шрифт:
Молодые люди оказались наедине.
Франческу трясло. Ей казалось, что она поскользнулась и ударилась всем телом о твердый мраморный пол. Конечно, она не может пойти. Во всяком случае, в понедельник. Мать поставила ее в ужасно неудобное положение.
Джулия уже не впервые использовала такой прием. Однако на сей раз это переходило все границы.
— Мисс Кахилл, с вами все в порядке? Вы, кажется, чем-то расстроены.
Франческа вздрогнула и встретилась глазами с озабоченным взглядом Уайли.
— Со мной все в порядке. — Она выдавила улыбку. Уайли напоминал неуклюжего щенка, готового услужить,
— В центре есть несколько великолепных ресторанов, — сказал он.
— Не сомневаюсь, — пробормотала Франческа, подумав, что завтра пошлет ему письмо с отказом от приглашения на завтрак. Она вовсе не собиралась быть невежливой. Девушка огляделась вокруг.
В зал входили Элиза и Роберт Бартон. Они жили в соседнем особняке, куда переехали два года назад. Когда Бар-тоны отдавали прислуге пальто и зонтики, их окружила обменивающаяся оживленными репликами толпа. Элиза, далеко не красавица, что-то сказала, и все засмеялись ее словам. Даже ее муж заулыбался и любовно дотронулся до локтя жены.
— Бартоны, кажется, ваши соседи? — спросил Уайли, проследив за взглядом Франчески.
Франческа отвела взор от жгучего брюнета, который так ее притягивал, и посмотрела на Уайли.
— Да, их дом рядом с нашим.
— Замечательные люди! — поспешил сказать Уайли. — Миссис Бартон — весьма остроумная женщина.
— Судя по всему, окружающие уже оценили ее остроумие, — признала Франческа. Она втайне удивлялась тому, как Элиза Бартон добивалась такого эффекта. Едва она появлялась в гостиной, как ее тут же окружали поклонники обоего пола. Она была одной из самых интересных женщин среди тех, кого Франческа когда-либо встречала. Она всегда прямо и откровенно высказывала свое мнение, не боясь кого-то обидеть. И похоже, высший свет ее обожал.
Франческа не удержалась от того, чтобы еще раз не посмотреть в сторону Элизы, хотя в это время Уайли что-то говорил. На Элизе было весьма открытое темно-красное платье, почти скандальное, ибо оно откровенно подчеркивало все прелести ее обольстительной фигуры. Ее черные волосы были забраны вверх, губы были в тон платью темно-красными. И все же в этом вызывающем платье она выглядела вполне элегантно. Она что-то сказала о новоизбранном мэре. Франческа напрягла слух, чтобы лучше слышать.
Элиза сказала, что мэр похож не столько на свою болонку, сколько на злющую кайманову черепаху.
— В результате, — с улыбкой заключила она, — он ни лает, ни кусает, а только огрызается.
Все дружно рассмеялись.
Улыбнулась и Франческа. Элиза была куда оригинальнее, чем пресса.
Очевидно, Уайли тоже расслышал реплику Элизы, так как он весело фыркнул.
Франческа взглянула на него и увидела, с каким восхищением он смотрел на эту женщину. Муж Элизы повел жену через зал к гостиной. Элиза улыбалась без намека на фальшь выглядела по-настоящему счастливой. Встретившись взглядом с Франческой, она снова улыбнулась.
Франческа ответила ей застенчивой улыбкой.
— Замечательная публика, вы не считаете? — сказал Уайли, нервно пощипывая себя за ус.
Франческа снова снизошла до своего поклонника. Он по крайней мере не груб.
— Да, в самом деле. — Она глубоко вздохнула, понимая, что по правилам этикета нужно завязать беседу на какую-нибудь
Уайли непонимающе захлопал глазами:
— О чем это вы?
Похоже, он понятия не имел, о чем она говорит. Такое впечатление, что он никогда не слыхал о Томасе Плэтте, самом могущественном человеке в штате.
— Вам наверняка известно, что сенатор Плэтт и губернатор Оделл рассорились. Оделл считался человеком Плэтта. Вероятно, Плэтт теперь уже не тот? Как вы считаете? — Франческа уже не могла сдержаться. — Вероятно, дни его могущества позади?
Уайли в изумлении смотрел на нее.
— Разумеется, я знаю об их трениях, — вымолвил он наконец, глядя на нее круглыми от удивления глазами.
— И я сомневаюсь, что это пройдет, — добавила Франческа. Уайли промолчал, и девушка испытала новый приступ отчаяния. Нет, он ей совсем не пара! Зачем мама это делает? Неужели ей невдомек, что у Франчески есть дела поважнее, чем встречи с претендентами на ее руку, которые хотят видеть ее жеманной и игривой барышней, и им наплевать, что она с мозгами? Почему мужчины боятся умных женщин? Как удается Элизе привлечь их внимание? Франческа вдруг почувствовала, что на нее накатывает отчаяние.
— Я должна развлекать маминых гостей. — Она натянуто улыбнулась. — Было приятно с вами познакомиться.
— В таком случае — до понедельника, — с готовностью откликнулся Уайли.
Франческе оставалось только кивнуть. Но завтра утром она первым делом отправит ему письмо с извинениями. Что же до Джулии, то с ней придется серьезно объясниться. При мысли об этом у Франчески заныло сердце.
Внезапно девушка остановилась. Впереди она увидела отца — невысокого, с седой шевелюрой, бородой и с пышными бакенбардами. Он беседовал с джентльменом, которого Франческа прежде не встречала, но сразу же узнала по снимкам в газетах, появившимся после Нового года. Ее сердце неожиданно замерло. Эндрю Кахилл заметил дочь и просиял:
— Дорогая!
Франческа пошла к отцу, но неожиданно встретилась взглядом с его собеседником. У него были янтарные глаза, смуглое лицо и светло-каштановая шевелюра. Он был необычайно привлекателен — может быть, черты его лица чуть грубее, чем у Монтроуза, но он тоже высок и широкоплеч. Как и большинство присутствующих, он был в черном смокинге с атласными лацканами и с элегантным атласным поясом. Эндрю Кахилл схватил дочь за руку и притянул поближе к себе. Франческа знала, что его представительный собеседник недавно назначен комиссаром полиции.
— Ты должна познакомиться с этим человеком, — сказал Кахилл, зная свою дочь; кстати, жажда преобразований была унаследована Франческой именно от отца.
Девушка улыбнулась ему в ответ. И хотя ее взгляд был устремлен на отца, она остро ощущала рядом присутствие Рика Брэгга.
— Не ругай меня за опоздание, — ласково сказала она, хотя собственный голос показался ей странным — каким-то задыхающимся и неестественно высоким. А тем временем в ее мозгу со скоростью молнии проносились мысли. Полицейское управление города погрязло в коррупции, и все попытки его перестроить с треском проваливались. Ожидалось, что именно Брэгг осуществит давно назревшую реорганизацию. Но удастся ли ему это? Франческа украдкой бросила взгляд на комиссара полиции.