Опасное влечение

Джойс Бренда

Сестры были очень похожи, но Конни была светлой блондинкой, а Франческа — чуть более смуглой.

— Красота проходит, а характер остается навсегда, — серьезно изрекла Франческа.

Конни воздела глаза к небу и, ни на мгновение не отпуская ее руку, вывела сестру из комнаты.

Большой зал находился на третьем этаже особняка, однако гости собирались внизу, в холле. По широкой белоснежной лестнице сестры спустились в просторный зал с мраморным полом и украшенными коринфскими колоннами стенами, высокий потолок был расписан пасторальными сценами. Дом Кахиллов был прозван «Мраморным дворцом»

сразу же после постройки.

Уже съехалось более двух десятков гостей, которые стайками появлялись в дверях и отдавали швейцару зимнюю одежду. Сестры остановились на верхней площадке лестницы. Джулия величественно приветствовала входящих. Выглядела она весьма эффектно в платье из темно-красного шелка, отделанном черными кружевами, и с ног до головы усыпанная бриллиантами. Франческа внезапно вздрогнула. Кого она обманывает? Она не может тягаться с матерью. И от этой мысли сердце у нее упало.

— Спасибо за помощь, Конни, — произнесла она наконец.

Конни сжала руку сестры, чтобы ее успокоить.

— Выше голову. Здесь полно молодых симпатичных повес. Пусть не с Уайли, тебе сегодня может повезти с кем-то другим. — Она улыбнулась и подтолкнула сестру вперед.

Франческа заметила в группе мужчин Монтроуза, который оживленно разговаривал. На мгновение ее сердце замерло. Он был высок, черноволос и смугл и дьявольски красив, особенно в смокинге. Он ни разу даже не взглянул в ее сторону. Она видела, как Конни подошла к мужу и обняла его за талию. Монтроуз любовно посмотрел на жену и притянул ее поближе к себе. Франческа решительно отвернулась.

Возможно, она относилась бы к замужеству совершенно иначе, если бы в качестве будущего мужа выступал Монтроуз. Но Конни была старше, и вполне справедливо, что сначала он был представлен Конни. Сестре очень повезло: Монтроуз был не просто видный и красивый, но к тому же умный, честный и благородный мужчина.

У Франчески кровь застучала в висках. Он был также отцом двух очаровательных крошек. Она любила свою сестру и племянниц и изо всех сил старалась не давать воли ревности и зависти. В общем-то она рада тому, что у Конни так удачно сложилась жизнь. У ее сестры золотое сердце, и она вполне заслуживает такого мужа, как Монтроуз, и двух очаровательных дочурок.

Франческа глубоко вздохнула, чтобы успокоиться и быть готовой к предстоящему вечеру.

Однако Джулия внимательно следила за дочерью. Их взгляды встретились.

Франческа поняла, что мать призывает ее к себе, и двинулась к Джулии через все прибывающую толпу, на ходу кивая гостям.

— Франческа, дорогая, у меня есть кое-кто на примете, и ты должна с ним познакомиться, — улыбнулась Джулия.

Это была красивая женщина не старше сорока пяти лет, пользовавшаяся известностью и авторитетом в высшем свете. Несомненно, обе дочери похожи на нее. Она происходила из уважаемого голландского рода. Ее отец нажил состояние на банковских операциях, дед был кораблестроителем и членом городского совета. Джулия гордилась и своими корнями по материнской линии: ее красавица мать была уроженкой штата Джорджия, а их род восходил к старинной французской аристократии.

Джулия знала всех, у кого в жилах текла голубая кровь, кто был богат или облечен властью.

Иначе говоря, она знала всех, кто хоть что-нибудь да значил. Временами это пугало, по крайней мере Франческу. Сейчас мать крепко держала дочь за руку, словно знала, что иначе Франческа бросится в толпу и убежит.

— Мама. — Франческа поцеловала мать в щеку, и та, исполненная сознания собственного долга, повела рукой в сторону какого-то мужчины, судя по всему, мистера Уайли. У Франчески упало сердце, и она внутренне съежилась.

— Мистер Уайли особо просил представить его тебе, Франческа, — раздельно, по слогам произнесла мать. Ее тон никак не вязался с улыбкой на лице. — Он заметил тебя на днях на вечере у Дельмонико. Разумеется, мне ничего не оставалось, как передать дочери ваши комплименты, — продолжала Джулия, обращаясь к худому и высокому молодому человеку, ростом не менее шести футов и шести дюймов [1] .

Франческа почувствовала, что улыбается какой-то деревянной улыбкой.

1

Свыше 198 см . — Здесь и далее примеч. пер.

Уайли засиял и зарделся.

— Моя дочь святая, дорогой мистер Уайли. Здесь нет другой женщины с более добрым сердцем. Она оделяет бесплатным супом бедных рабочих и неимущих по воскресеньям, навещает сирот в приюте раз в две недели, а то и чаще, а совсем недавно посетила одну из городских больниц и принесла больным цветы. — Джулия так и лучилась приветливостью. — Семья мистера Уайли занимается банковским делом, дорогая. Мистер Уайли работает у своего отца. У них контора на Уолл-стрит.

Франческа с изумлением смотрела на мать, не веря своим ушам.

— «Уайли и сыновья», — с готовностью подсказал мистер Уайли. У него были светло-каштановые волосы и голубые глаза. Он улыбался, однако его щеки оставались пунцовыми от смущения.

Франческа почти не слушала его. А ее мать, наверняка чувствуя, что в дочери с каждой секундой нарастает раздражение, по-прежнему улыбнулась.

— Я уверена, что мистер Уайли с радостью пригласит тебя на завтрак в понедельник, дорогая.

Франческа была так расстроена и рассержена, что молчала, не в силах говорить. Они с Джулией нередко спорили из-за ее благотворительной деятельности. Мать ненавидела филантропию и утверждала, что финансовые пожертвования значат намного больше, чем личная благотворительность. Если бы не отец, Франческе вряд ли было бы позволено посещать сирых и убогих.

— О да, — горячо подхватил Уайли, покраснев при этом еще гуще. — Приходите непременно! Понедельник подходит как нельзя лучше.

— В таком случае — в понедельник, — сказала Джулия, расточая улыбки обоим.

И тут у Франчески прорезался голос. Ведь в одиннадцать утра в понедельник у нее экзамен.

— В понедельник? Боюсь, что…

Джулия метнула на дочь такой взгляд, что Франческа замолчала на полуслове.

— Дорогая, ты не можешь отказаться от подобного приглашения. И непременно подари мистеру Уайли танец. — Джулия с улыбкой поцеловала дочь в щеку. Повернувшись, она пошла приветствовать других гостей.