Опасная магия
Шрифт:
– Но это было бы вполне естественно. Особенно сейчас. Ведь ваша свадьба через два месяца.
– Да, но пока мы не женаты. Я лучше приготовлю тебе ужин.
Ей хотелось избежать продолжения этого неожиданного разговора, хотя отец вел себя так, будто интересовался чем-то обыденным. И в сотый раз Кэтрин спросила себя: все ли с ней в порядке, нормальная ли она?
– Ничего не готовь. Приглашаю тебя поужинать. Я заказал столик в «Золотом тельце».
Она радостно улыбнулась ему еще и потому, что интимный разговор сам собой прекратился. Хотя они всегда были близки с отцом, но на подобные темы никогда не говорили.
– Прекрасно!
– Перестань, Кэт, – улыбнулся отец. – Ты скоро будешь такая же красивая, как твоя мать. Может, я пристрастен. Может, ты и сейчас уже очень красивая…
Как и дочь, он до сих пор не оправился от внезапной смерти Марии. С Марией они познакомились на службе. Она была стюардессой. Они поженились вскоре после знакомства. Все, что помнила Кэтрин о жизни семьи, – счастье. Никогда никаких ссор, не то что в доме Гарри. Ее родители жили душа в душу. И теперь, после смерти Марии, в их жизни возникла пустота. С помощью Гарри Кэтрин пыталась ее заполнить.
– Ты действительно хочешь за него замуж?
– Я же люблю его!
– Проверь себя, Кэт, – тихо посоветовал отец. – Существует много разновидностей любви. Не перепутай. Я что-то волнуюсь за тебя.
– Не надо волноваться. – Она взяла его за руку, прижалась к его плечу.
– С твоей матерью мы не могли жить друг без друга. Взаимное влечение между нами возникло при первой же встрече, и мы ему не противились. Наша страсть никогда не угасала. Я хотел бы, чтобы и ты испытала эту магию страсти.
– Но мне она не свойственна, – пробормотала Кэтрин.
– Разве? Странно…
Да, она унаследовала внешность матери и характер отца, спокойный и ровный, с его быстрой реакцией, которая позволила ему стать одним из лучших пилотов.
Забавно, что отец сам заговорил о том, что ее мучает. Нет, она не красивое страстное создание, которое смеется, плачет и занимается любовью с равным жаром. Она другая. Темпераментность ее не отличает.
Отец ожидал ее возле лестницы. Кэтрин спустилась, и взгляд его потеплел. Черные, блестящие в ярком свете кудри обрамляли лицо, темные улыбчивые глаза светились мягким светом. В ее внешности действительно чувствовалось что-то итальянское. И это что-то – главным образом кожа, нежно-оливковая, и персиковый румянец на щеках.
– Ты красивая, – тихо сказал отец. – Надеюсь, Гарри это понимает. Правда, тебе не мешало бы чуточку поправиться. Я уверен, что без меня ты очень мало ешь.
– Я ем вполне достаточно, – засмеялась Кэтрин, взяв его под руку. – И чтобы доказать это, сегодня буду есть за двоих. Я скоро стану женой фермера, так что мне придется научиться как следует готовить.
– А тебе представится такая возможность? – насмешливо спросил отец, открывая перед ней дверь.
– Может, и нет. Моя будущая свекровь считает, что я не гожусь для фермы, поскольку не родилась и не росла на ней.
– Бог ты мой!
Отец отрывисто засмеялся и быстро пошел к машине. Кэтрин села сзади. Когда он уйдет на пенсию, ей станет спокойней. Всего дважды отец встречался с миссис Хадсон и оба раза гак твердо смотрел ей в глаза, что та держала себя в руках. Наверняка кузен Гарри, который собирается приехать, хлебнет ее гостеприимства…
Дня через два позвонил Гарри и пригласил Кэтрин на ужин. Отец уже отправился в рейс, и, оставшись без
Кэтрин вошла в пустой дом. Завтра в это время отец уже приземлится в Бангкоке. Поселится в каком-нибудь шикарном отеле, будет плавать в бассейне с морской водой. Иногда ей казалось, что мать Гарри именно из-за этого не одобряет его образа жизни. По ее понятиям, пилоты дальних рейсов живут слишком роскошно.
Кэтрин аккуратно сложила чистые вещи отца, чтобы они были готовы к его приезду, а он обещал появиться на выходные. Дом, в котором они жили, был солидный, с большим садом. Не какая-нибудь маленькая деревенская избушка. Когда-то, может, он и был таким, но каждые хозяева что-то пристраивали, и в итоге получилось огромное строение. А без матери еще и пустое.
Кэтрин быстро собралась на ужин. Пусть Гарри выведет ее из мрачного состояния одиночества, в котором она пребывала всякий раз после отъезда отца.
Было темно, когда она приехала на ферму; ледяной воздух обжигал. Гарри выбежал навстречу, крепко прижал ее к себе и сразу же потащил в дом, спасая от холода. Но как только они переступили порог, снова привлек к себе, жадно целуя, и Кэтрин подчинилась ему, радуясь, что он рядом. Разговор с отцом подействовал на нее, теперь она знала о себе немного больше. Да, она почти ничего не чувствовала, когда Гарри целовал ее, ей было безразлично, но это ничего, нормально, у многих так бывает. Однако замужество ее непременно будет счастливым. Гарри тяжело перевел дыхание. Кэтрин смутилась, ибо его мать могла появиться в любую минуту и посмотреть на них осуждающе. Обычно Гарри так далеко не заходил, но, видимо, он тоже думал об их разговоре и предстоящей брачной ночи. Она смутилась сильнее, заметив, что какой-то мужчина с интересом наблюдает за ними, опершись о косяк двери гостиной и не пытаясь отвернуться хотя бы из вежливости.
– Подглядываешь? – спросил со смехом Гарри, и его живые глаза сощурились от удовольствия.
– Просто удивлен. Я и не знал, что ты так умеешь.
Взгляд голубых сверкающих глаз пронзил Кэтрин подобно молнии, а плотно сжатые губы раздвинулись в язвительной улыбке.
– Как я понимаю, это моя новая кузина?
– Почти, – счастливым голосом подтвердил Гарри, в то время как Кэтрин стояла точно вкопанная. Голубые глаза неотступно смотрели на нее, не позволяя отвести взгляда.
Ей пришла в голову ужасная мысль, что Гарри нарочно проявил такую страстность, зная, что кузен станет наблюдать за ними. Но она тут же отбросила ее. С какой стати?
– Это Зейд, – представил незнакомца Гарри, но Кэтрин и сама уже поняла.
Итак, приехал Зейд Маккензи. Человек, от которого просто так не отмахнешься. В нем было нечто такое, что заставляло даже мать Гарри тушеваться в его присутствии.
– Она умеет говорить? – с легким заокеанским акцентом спросил Зейд глубоким голосом, и Кэтрин поняла, что стоит и завороженно смотрит на незнакомого мужчину.
Он был выше ее отца, худощавый, крепкий… волнующий. Его глаза были настолько ярко-голубыми, что от них невозможно было отвести взгляда. Только сейчас Кэтрин заметила, какой он загорелый, подтянутый, ни одной унции лишнего веса. И вдруг она догадалась, почему миссис Хадсон не любит его. Он неприступен. Почти опасен.