Опасная девочка миллиардера

Стужева Инна

Через двадцать минут мы уже выходим на участок.

Темно, но территория освещена достаточно хорошо. Недолго думая, мы направляемся к площадке, и Вера тут же начинает исследовать все, что здесь есть. Горку, качели и песочницу.

Вбираю в легкие свежий воздух и наслаждаюсь тишиной и спокойствием. Потому что из-за перекрестного огня, которым обменивались Илона и Алена, за столом было ну очень жарко. И как только Бергману удавалось сохранять невозмутимость в таких условиях. Но он сохранял и даже периодически интересовался

у меня или дочки, что нам еще положить на тарелки.

Со стороны дома отделяется фигура. Я напрягаюсь в первый момент, но тут же расслабляюсь, потому что узнаю в человеке, приближающемся сейчас к нам, Давида.

— Решили прогуляться? — спрашивает он и встает рядом со мной.

— Да, раз уж появилась такая возможность.

— Хорошо.

Несколько минут мы наблюдаем за тем, как Вера ловко забирается на горку, а потом скатывается с нее, с довольным повизгиванием.

— Женя, — произносит Бергман, — только что мне звонил Виктор. Нашли того человека, который напал на вашу няню.

— Правда? — ахаю я.

— Задержан в аэропорту, пытался выехать за границу. Сейчас он в отделении и его уже допрашивают.

— Что ж, отлично. То есть, я хочу сказать, значит, его теперь можно не опасаться.

— По всей видимости, да. А что касается Белова…

Бергман молчит несколько секунд, но потом продолжает.

— Очень может быть, что его пытались сбить из-за дела, которое он вел в последнее время. И это не имеет никакого отношения к вам с Верой.

— Правда?

— Он же юрист, и неплохой. Недавно вел дело о разводе одного очень богатого предпринимателя. Жена, точнее бывшая жена, осталась ни с чем и вполне могла разозлиться настолько, чтобы свести счеты с тем, кто помог оставить ее без миллионов, на которые та очень рассчитывала.

— Неужели могут быть такие совпадения?

— Почему нет? Женщина, кстати, брюнетка.

— Еще скажи, что она ездит на черном Джипе.

— Она нет. Но вот у одного из ее любовников, из-за которых, собственно, и состоялся развод, черный Джип имеется.

— Не могу поверить.

Веруня снова съезжает с горки, но при этом слишком сильно разгоняется, и когда встает на ножки, ее начинает тянуть вперед.

Я кидаюсь к ней, но Давид меня опережает и подхватывает дочку за секунду до того, как она уткнется носом в землю.

— Аккуратнее, вот так, — говорит Веруне и ставит ее на ножки.

— Паси, — говорит Вера.

— Это значит, спасибо, — перевожу.

Давид выпрямляется.

— Веруш, не устала? Может, пойдем домой?

— Поде, — кивает дочка.

— Да, похоже, пора идти спать, день был длинным, — говорю Давиду.

Беру Веру за ручку, и мы втроем идем обратно к дому.

— Давид, слушай.

Мне на ум приходит одна мысль, и я спешу ее озвучить.

— Если Лешу действительно пыталась сбить та женщина, то значит,

она может повторить попытку, если увидит, что первая не удалась.

— Не обязательно.

— Но все же не исключено.

— Не исключено, — соглашается Бергман.

— Что же тогда делать? Ему нужно организовать охрану.

— Навряд ли она сунется в больницу, это было бы слишком глупо.

— Да, но…

Досказать я не успеваю, потому что к нам на крыльцо выходит, точнее выпархивает, Алена.

— Вот вы где, — восклицает блондинка и спешит к нам.

На улице прохладно, но она даже не подумала накинуть на себя что-то из верхней одежды.

— А я ищу вас по всему дому.

Ищет, конечно же, Бергмана и я решаю не мешать задушевной беседе.

— Ладно, нам с Веруней пора спать, всем спокойной ночи, — говорю преувеличенно бодро.

Подхватываю дочку на руки и поскорее ухожу в дом, оставляя этих двоих за спиной. Соперничество из-за мужчины, это точно не мое.

Но не успеваю сделать и десятка шагов, как нос к носу сталкиваюсь с Илоной.

— Женя, вот ты где, — холодно произносит женщина, — мне как раз нужно с тобой поговорить.

— Извините, но не сейчас. Мне нужно укладывать дочку.

Хочу пройти, но Илона загораживает проход.

— Вот об этом и речь. Ты, конечно, знатно запудрила мозг Давиду, но не думай, что все вокруг тебе верят. Я просто уверена, что ты водишь его за нос и со всей ответственностью заявляю, что совсем скоро я выведу тебя на чистую воду.

Примерно чего-то такого я подсознательно ждала от нее все это время, а потому речь помощницы Бергмана не производит особого впечатления.

— Что ж, выводите, — говорю спокойно, — только делайте это, пожалуйста, молча. Потому что у меня нет никакого желания выслушивать все это.

Аккуратно выщипанные брови Илоны взметаются вверх.

— Вот так, да? Даже не возражаешь, а сразу признаешься в своем вранье Давиду?

— Признаюсь в том, что не собираюсь обсуждать с вами эту тему. И я только что прямо об этом сказала. А сейчас извините, нам нужно идти.

Огибаю женщину и быстро прохожу к выделенной нам комнате.

— Тетя! — восклицает Веруня, когда мы отходим от Илоны метров на десять.

— Да, тетя, — ворчу себе под нос.

Неприятная и, безусловно, наглая донельзя.

Но если Давид рассчитывает, что я буду церемониться с его правой рукой, он очень ошибается.

У самого входа в комнату мы сталкиваемся с экономкой и я, на всякий случай, узнаю у нее куда кого поселили. Илону, слава богу, в другое крыло, а вот комната Давида достаточно близко, всего через две от моей. Это не может не радовать.

Закрываюсь изнутри на ключ и весь остаток вечера посвящаю дочке.

Веруня и правда утомилась, а потому совсем скоро уже сладко посапывает на новом месте.