Они поклялись победить
Шрифт:
– Ну какие могут быть возражения?
– Тогда поступим так. Вы займитесь размещением штаба – мой НШ вам в этом поможет – и решением задач по «коридору», то есть своими делами, а мы тут с ротой определимся. Как освободитесь, заходите, отработаем вопросы согласованности во взаимодействиях роты и батальона. И давай, комбат, на «ты» перейдем, так будет проще.
– Ничего не имею против! – кивнул Ступалин.
– Тогда давай, Саня!
Ступалин и Кувшинин покинули КНП парашютно-десантного батальона. Голубятников предложил ротному присесть. Тот сел за стол совещаний; собранный, сосредоточенный Голубятников устроился напротив. Вошел
– Сколько у тебя бойцов в роте, капитан?
– Восемьдесят четыре.
– Техника? БМП или БТРы?
– БТРы, восьмидесятые.
– Их мы поставим в укрытия – туда же, где спрятаны наши БМД. Обороняться придется без брони. Да она и не нужна в наших условиях. Общая обстановка, капитан, такова…
Комбат быстро, но подробно, используя карту, довел до прибывшего ротного общую обстановку, закончив доклад словами:
– Вот так! Сзади нас прикрывают десантники Псковской дивизии, площадь мы контролируем, духи имеют возможность атаковать нас с трех направлений, что они и делают. Причем постоянно, и днем, и ночью. Солдат своих предупреди: вражеские снайперы работают беспрерывно. Твоя рота займет позиции подразделения капитана Кошерева.
Командир 7-й роты удивленно взглянул на комбата:
– Не понял? А мы куда?
– А вы, Юра, должны до утра занять дом, что справа от позиций 9-й роты. Рассредоточиться в нем, тем самым фактически блокировав весь 1-й квартал, дорогу от Департамента государственной безопасности, и частично прикрыть подходы со стороны северо-западного сектора частных домов. Твоих сорока орлов вполне хватит, чтобы захватить ночью дом и в дальнейшем удерживать его. Все же для обороны строящегося нового вокзала и прикрытия восточного направления сил у тебя маловато, а вот у полноценной мотострелковой роты их хватит вполне.
Кошерев кивнул:
– Я понял! Жилой дом, нам, конечно, проще будет оборонять. Сколько сейчас в нем духов, неизвестно?
– Точно – нет. Но немного. Крупную банду ребята Боревича и Телинского засекли бы. А возможно, в нем только снайперы.
– Бил же их там Стрельцов…
– Рыбаки в пруду тоже в сезон постоянно сети ставят, однако рыба не переводится. В общем, задача ясна?
– Так точно! Когда приступать к обработке объекта?
– Ориентировочно часа в 2–3. А до этого времени вместе с Табаниным займись передачей объекта. Помоги рассредоточить бойцов, определиться с секторами ведения огня, укажи особо опасные направления, откуда чаще всего прут духи. Поделись опытом их уничтожения. Пока рота спрячет технику, пока рассредоточится в здании нового вокзала, организует караульную службу, время и пролетит. Как закончите со всеми мероприятиями, доклад мне. Заодно познакомим Владимира с нашими командирами и ротным Ставропольской бригады. Связисты наладят связь. Ну, а затем, Юра, займешься домом.
– Понятно! О снайперах комбата предупредили?
– Да. Но предупредить – это одно, а вот на своей шкуре испытать, что это за хрень, постоянно держащая бойцов в напряжении и зачастую убивающая их, – совсем другое.
– Мы тут с Боревичем, Стрельцовым и Телинским, – сказал Кошерев, – эту тему обсудили и решили: а не пора ли нам шугануть их, хотя бы в близлежащих секторах? Ну, надоели, товарищ подполковник, честное слово. А сейчас, когда на позицию встанет необстрелянная мотострелковая рота, данный вопрос становится
– И когда же вы успели обсудить эту тему? – глянул комбат на командира 7-й роты.
– Так когда переговоры шли.
– И кто разрешил собраться всем вместе?
– А мы не собирались. Поговорили по связи.
– И пришли к выводу, что надо провести рейд по территории, прилегающей к плацдарму?
– Ну, не по всей: во второй квартал и захочешь – не сунешься. А вот частные сектора зачистить можно! Оттуда больше всего и бьют снайперы.
– Я приму к сведению ваше предложение. А сейчас займись передачей объекта со всеми сопутствующими мероприятиями.
– Есть!
КНП покинули и командиры рот.
Но недолго оставался Голубятников в обществе связиста сержанта Выдрина. В 20.10 вернулись командир мотострелкового батальона майор Ступалин и начальник штаба парашютно-десантного батальона майор Кувшинин. Начальник штаба доложил:
– Определились с размещением КНП майора Ступалина.
– Тебя все устроило? – спросил у комбата Голубятников.
– Да, что особенного нам надо?
– Верно. Мы с твоей ротой тоже вопрос решили, будет стоять в недостроенном здании нового вокзала, прикрывать восточное направление.
– Тогда я займусь «коридором».
– Давай! Поужинал?
– Успею!
Ступалин ушел. Голубятников прикурил сигарету, взглянул на Кувшинина:
– Инициатива снизу прошла, Сергей Станиславович.
– Ты это о зачистке близлежащих территорий?
– А ты уже в курсе?
– С недавнего времени.
– Интересно получается: все что-то обсуждают, можно сказать, готовят решение, а командир об этом ни хрена не знает. И как это назвать?
– Да никто ничего не готовил. И для меня предложение ротных стало неожиданностью. Кстати, я Кошереву посоветовал обсудить этот вопрос в первую очередь с тобой. Что он, видимо, и сделал.
– Сам-то как относишься к вылазке?
– Да не мешало бы проучить духов, а то совсем обнаглели, бьют уже из зоны ответственности, подходят вплотную к позициям и перемещаются по секторам, потеряв всякий страх. Уверен, получив по мордам, они больше сближаться с позициями не будут. А бить издали – это уже не то. Поспокойней у нас станет.
– Значит, поддерживаешь инициативу?
– В общем, да, но зачистку надо тщательно подготовить, подобрать ребят, две группы. И скрытно через «железку» перебросить в частные сектора. Держать наготове взводы поддержки.
Комбат, выкурив сигарету, ударил ладонью по столу:
– Хорошо! Вот ты и займись подготовкой рейда.
– Но мне с мотострелками работать…
– Я займусь рейдом! – сказал подошедший Жураев. – Если, конечно, ты, – он взглянул на Голубятникова, – не против.
– Не против. Можешь особиста привлечь. Понятно, что он как бы сам по себе. Но не здесь.
– Я понял. А Лифанов не откажется. Он у нас особенный особист.
– Хорошо сказал!.. Ладно, работайте.
Майор Лифанов, оперуполномоченный особого отдела дивизии, не только не отказался от подготовки рейда по частным секторам, но и вызвался возглавить одну из антиснайперских групп, объяснив желание тем, что надоело сидеть на КНП – пора и стариной тряхнуть, молодость боевую вспомнить. Голубятников не возражал.