Они нашли
Шрифт:
Но её губы плотно сжаты.
========== Глава 12 ==========
Мари хватает лишь несколько секунд, чтобы заметить присутствие постороннего. Книга не привлекает внимания так, как незнакомые шаги в паре метров от себя.
Hurts в ушах не лишают возможности чувствовать происходящее вокруг. Она поднимает глаза, несколько раз моргнув.
Мари сидит в библиотеке, поджав колени. Рядом — торшер, ведь в комнате совсем нету окон. Тёплый золотистый свет помогает сосредоточиться на содержании, не упуская ни одного эпитета. Взгляд зелёных глаз скользит
Она чувствует вибрацию, а затем поднимает голову, настороженно хмуря брови. Снимает один наушник, теперь уже чётко слыша медленные размеренные шаги в паре метров от себя.
— Кто ты? — молвит довольно-таки громко, когда песня сменяется другой.
— Ты знаешь, — отвечает ей из полутьмы голос мужчины, слегка хриплый, но в то же время безмерно уверенный. — Прекрасно знаешь, Мари, — девушка едва заметно вздрагивает, услышав из уст незнакомца своё собственное имя. — Ты умна так же, как и твоя мать, и хитра, как отец, — тихий смешок, а затем Мари замечает тень в паре метров от себя. Она непроглядно-черна и глубока, её обладатель явно человек подтянутый, но в то же время и накачанный.
— Нет, ты лжёшь, — мотнув головой, говорит девушка. С громким хлопком захлопывает книгу, тут же поднимаясь в полный рост.
— Ты знаешь, что нет, — она делает несколько шагов в темноту, постепенно отдаляясь от света.
Что-то впереди определённо манит и тянет к себе. Знакомое и родственное, в то же время необычное.
— Я — загадка для людей, — говорит она, выдыхая. Мурашки бегут по обнаженным рукам, воздух заметно холодеет. — И им тяжело отгадать без подсказок, — сглатывает, ведя беседу с кем-то, кого здесь уж точно не должно быть.
Это пугает. Это настораживает, заставляя невольно сглотнуть и потерянно оглянуться вокруг себя.
— И это я знаю тоже, — незнакомец усмехается, белоснежная улыбка мелькает во тьме. Мари делает ещё один шаг вперёд, скрывая невольную дрожь пальцев.
— Ты не можешь знать всё, — отрезает, тихо кашлянув. Мари пальцами сжимает свою майку, чёрную и со странным, чаще всего непонятным людям, рисунком.
— Могу, — усмешка из темноты, а тень будто бы становится ближе. Она неподвижна, расслаблена. Похоже, в этой комнате напряжена сейчас только она.
— Ты не можешь быть богом, — говорит она, мотнув головой. Отрицает, понимая, что правда вряд ли сойдётся с её предположениями сейчас.
Чаще всего они ошибочны.
Чаще всего они правдивы.
— Могу, — хмыкает тёмная фигура, сделав ещё один шаг вперёд.
Между ними остаётся примерно два метра.
— Не можешь, — вновь отрицает девушка, оборачиваясь. Обводит взглядом кресло, в котором она ранее сидела, и книгу, теперь мирно лежащую на столе.
— Ты пошла в мать, — Мари качает головой, нервно сжимая пальцами тёмную ткань футболки.
— Тогда почему я всё ещё жива в отличии от неё? — внезапно чувствует прилив
— Твоя мать была удивительным человеком, — её раздражает его уверенность. Мари тихо рычит, сужая глаза.
— Плевать. Она мертва. Мой отец для меня — тоже, — отрезает хмуро, едва сдерживая злость внутри.
— Это как минимум невежливо, — вновь следует фраза, что тут же получает ответ:
— Плевать.
— Ты не хочешь нормально поговорить со своим отцом? — учтиво интересуется он, вздыхая. Волосы острижены коротко, но взлохмачены.
А вот глаза, как и у Нико, непроглядно-чёрные.
— Я уже это делаю, — громко произносит девушка, теперь отступая назад. — И я не хочу продолжать. Меня с тобой ничего не связывает, — она хватает книгу и клетчатую рубашку, затем уже телефон с наушниками. Музыка стремительно набирает обороты, теперь её уже хорошо слышно и без наушников.
— Ты правда считаешь, что тебя не связывает со мной совсем ничего? — незнакомец наступает, останавливаясь уже в метре от неё.
— Я…я… — она теряется, оглядываясь. Тьма будто сгущается. Это пугает. — Я знаю, что ты — мой отец. Так же знаю, что ты — властитель мира мёртвых и фактически изгой на Олимпе.
— Я никогда не сомневался в твоём уме, — хмыкает мужчина, проводя пальцами по короткой щетине.
— Я в себе никогда не сомневалась. Но теперь мне плевать на тебя, Аид. Тебя не было в моей жизни никогда. Ты не учавствовал в ней, я никогда не знала своих настоящих родителей. И я не побегу, внезапно обрадовавшись, к тебе в объятия, — девушка набрасывает на плечи клетчатую рубашку. Брюнетка шурит глаза, не реагируя ни на что, но в то же время стойко выдерживая пронзительный взгляд тёмных глаз, на глазах становящихся тёмно-голубыми.
Взгляд Аида спокоен и печален. Бог мёртвых хмур и задумчив.
— Ты моя дочь.
— Это ничего не меняет. Ты мне — лишь отец, пакет генов. Спасибо, что решил подняться из своего грёбанного…
— Достаточно, — резко говорит бог, выходя из тени. Он одет в джинсовую рубашку и джинсы, теперь уже раздражен. — Я не пришел, чтобы выяснять с тобой отношения. Я не пришел, чтобы доказывать тебе, что я важен для тебя самой, — Мари выгибает бровь, сжимая губы. — Я здесь, чтобы помочь тебе, как своей дочери, что теперь — часть пророчества. Я хочу сделать так, чтобы у меня тоже были наследники.
— Значит, всё сводится к власти, — хмыкает Мари, уже собираясь уходить.
— Ты такая же, как мать. Ты любопытна, но спокойна.
— Мне плевать на свою биологическую мать, — Мари хмурит брови, оборачиваясь. Моргает, озадаченно приоткрыв губы в немом вопросе.
— А зря, но мы не об этом поговорим сегодня, — вздыхает Аид раздраженно. — Тебе остаётся выбор. Я хочу заполучить Яблоко.
— Ты его не получишь, — отрезает девушка.
— С твоей помощью.
— А если я откажу? — оживляется девушка, чувствуя нарастающую в дцше силу.