Она - только способ...
Шрифт:
И почему я их раньше не заметила? А, впрочем, всё равно, пусть слушают.
– Теперь мы подслушиваем, - щурит глаза Смирнов, - один-один, Валерия Гордеевна.
Облизываю пересохшие губы и сипло бросаю.
– Я аннулирую решение отца принять вас на работу.
– Это сделать невозможно. Генеральный подписал приказ, его аннулировать без моего согласия нельзя. Вы сталкивались с трудовой инспекцией? Я в нее обязательно обращусь после вашего необоснованного приказа. Уволить меня тоже не за что.
Вскидываю подбородок, но тут из-за спины раздаётся писк Ульяны.
–
Савелий удивлённо поднимает бровь, а мое лицо начинает гореть.
Да что со мной такое? Секретарь несет чушь, а я краснею!
Губы Смирнова трогает улыбка, которая окончательно выбивает меня из колеи.
– Можете идти куда угодно, главное проваливайте из офиса - оба.
Спрятав руки в карманах пиджака, стремительно удаляюсь из коридора.
***
Александр всё же приносит мне заявление об увольнении после обеда. Ульяна тоже уходит с работы, предварительно закатив новую истерику в приемной.
Девушка рыдала, кричала, но я не реагировала и в итоге к трем часам дня, ее заявление лежало у меня на столе.
Отдел кадров, по поводу устранения Смирнова, я пока не штурмовала, но завтра с утра хотела вплотную заняться этим вопросом.
***
К шести вечера у меня был целый список проблем, которые появились благодаря вредительски-слаженной работе отца и Александра. Но самое главное - они запороли большую отправку древесины, и этот инцидент будет стоить нашему предприятию больших средств. Да и наш клиент, который должен был получить эту партию, больше к нам не обратится. Еще и скидку потребует на продукцию, которую в итоге получит. Сухое дерево, хранившееся с осени в ангарах, неделю пролежало под проливным дождём и теперь не имело былой ценности.
Как такое можно было допустить? Александр даже начальника цеха слушать не стал. Он пять чертовых дней вел переговоры с железной дорогой, пытаясь выпросить скидку за большой объем перевозимого груза. Идиот!
Закончив основные дела, в восемь часов выхожу из здания офиса и сразу же вижу Смирнова, который курит на крыльце.
Твою мать! Разговор с ним точно меня добьёт.
Выбросив сигарету, парень приближается ко мне.
– Не напрягайтесь так, я с миром. Вижу, как вы устали.
Глава 11
Я действительно устала, поэтому выбираю самую простую стратегию поведения из возможных – игнор. Пусть наглец Смирнов плетет, что угодно, реагировать не буду. Вдоволь наелась событий сегодняшнего дня и теперь хочу просто отдохнуть.
Пройдя мимо Савелия, медленно спускаюсь с крыльца и оглядываю глазами пространство рядом с офисом. Снова ни на парковке, ни на площади никого нет. Благо здание офиса находится вдали от производства, а то ненужные слухи уже бы расползлись по предприятию. Подумать только – уродку-директрису обхаживает молодой красавчик.
– Валерия Гордеевна, мне нужно с вами переговорить, по делу.
Парень
– Подумайте о предстоящем проекте. Благоустройство уже началось, не станете же вы разрывать предварительные договорённости с субподрядчиками. Я проверял и…
– Послушайте! – резко перебиваю Смирнова и останавливаюсь, - как вам ещё обозначить мою позицию? Вы нам не подходите. От слова совсем. Я посмотрела ваш проект и не нашла в нем ничего, кроме новомодных названий и непрактичных материалов. Хотя, дело даже не в этом. Ваша наглость, напор, панибратство – недопустимы. Я не хочу работать с людьми, которые не видят рамок, не знают элементарных правил субординации. Даже если бы ваш проект на сто процентов соответствовал нашим требованиям, всё равно бы вас не взяла. Деловой этикет – важная составляющая любого...
– Понял вас, - прерывает мой монолог Савелий и я снова сталкиваюсь с его пронзительным и очень серьезным взглядом, - признаю, что вел себя слишком нагло и неразумно. Я учусь на своих ошибках и уверяю вас, что всё сделаю, чтобы этот проект был по максимуму выполнен.
– Нет, - тихо отвечаю и быстро отвожу глаза.
Мне гораздо тяжелее находиться со Смирновым, когда он такой... Странно всё это, но справиться с расползающейся по телу дрожью, не могу.
Выдохнув, обхожу Смирнова и хочу продолжить свой путь домой, но… но тут он ловит мой локоть и тянет к себе.
– Погоди…те.
Моё тело сталкивается с его телом, и я чувствую, как к дрожи прибавляется головокружение, а мышцы сковывает… страх.
Даже через его свитер и мой пиджак, я чувствую какой Савелий горячий, огненный просто. Пытаясь отстраниться, толкаю Смирнова в грудь ладонью и сразу же ощущаю под пальцами сердцебиение. Размеренное и глухое - парень очень спокоен и хладнокровен. Зато я трясусь как дура и моё сердце качает кровь с небывалой скоростью.
Рвано выдохнув, задираю голову и сталкиваюсь с его светлыми, чуть прищуренными глазами.
– Я не договорил. Полминуты, - шепчет парень и я сразу же чувствую, как в нос забивается запах табака и мяты.
Глотнув слишком большую порцию воздуха, закашливаюсь и опускаю голову. Одновременно с этим чувствую, как его рука очень медленно скатываются с локтя на талию, а вторая ложится мне на спину. От шока, замираю и снова поднимаю вверх голову.
Лучше бы я этого не делала. Мои глаза примагничиваются к его губам, и я никак не могу отвести от них взгляда.
"Чокнутая" - стучит в голове, когда чувствую, как его лицо медленно начинает приближаться к моему.
"Чокнутая" - снова кричит нутро, но для меня эти слова становятся лишь фоном, потому что слежу, как его губы постепенно сближаются с моими.
"Ты чокнутая" - набатом кричит сознание, когда с придыханием приоткрываю губы.
"Точно чокнутая" - стихая, бормочет душа, и я прикрываю веки в ожидании…
Не знаю, как это, когда тебя целуют, я не умею отвечать на поцелуй, но… Но сейчас мне до жути хочется, чтобы Смирнов меня поцеловал. По-настоящему.
Чокнутая! Чокнутая! Но я хочу.