Она не принцесса
Шрифт:
Однако, высказав бы ему все это, она ничего не добилась. В эту минуту не стоило больше настаивать. Будучи оптимисткой, Лючия решила, что лучше отступить и надеяться, что ей еще выпадет удобный случай. Она взглянула на шахматы и попыталась сосредоточиться на игре.
Он взял у нее коня. Лючия знала, что еще раньше загнала его в угол и, после этого он проигрывал. Еще один ход – и он безнадежно попадет в ловушку.
Она протянула руку, но заколебалась и убрала ее. У нее мелькнула мысль, что еще не поздно нарочно проиграть ему. Это могло бы ей помочь. Но позволять ему побеждать в игре никогда не было
Он сразу же подался вперед и ответил на ее ход и мат.
Ее губы раскрылись от изумления. Она проверила все оставшиеся на доске фигуры и убедилась, что и на самом деле он обыграл ее, а она и не заметила, как это случилось.
Лючия мгновенно вспомнила, что происходило в последние часы, и только теперь смогла понять, что скрывалось за его, казалось бы, предсказуемой стратегией и как гениальны были его случайные непродуманные ходы. Он снова приготовил ей ловушку, и она опять попалась в нее. Гениальную западню, вынуждена она была признать Теперь это было совершенно ясно. Почему она не заметила этого раньше?
– Никто не обыгрывал меня в шахматы, – тихо сказала она, все еще не в состоянии поверить этому. – Никто.
– Не надо так хмуриться. Я научился играть в шахматы еще мальчиком, в восемь лет. Я играю в эту игру дольше, чем выживете.
Эти слова не успокоили ее, и он, должно быть, почувствовал это.
– Вы отлично играете, – сказал он, – и с вашим воображением вы можете победить даже более искусных играх, чем я. Но осмелюсь предложить вам совет: не будьте слишком самоуверенны и заранее не считайте победу намеченной.
– Вы отвлекли меня в середине игры, заговорив об этом вашем проклятом списке.
Он улыбнулся, качая головой:
– Отговорки, отговорки.
– Это правда. – Однако была и другая правда, которую она честно признала. – Но все равно я должна винить только себя. Мой ум был занят тем, как найти способ уговорить вас посмотреть на вещи с моей колокольни, и я не думала о шахматах.
– Так и было.
Лючия опустилась на стул в полном унынии. Опершисьлоктем о стол, она положила щеку на ладонь и смотрела, как он расставляет по местам фигуры.
– И ничего не получилось, – добавила она с досадой, ее женская гордость страдала. – Мои чары не подействовали на вас.
Он перестал расставлять фигуры.
– Я бы этого не сказал.
Неожиданное волнение в его голосе удивило ее, и она, взглянув на него, увидела, что он пристально смотрит на нее. В свете лампы его лицо казалось, как и прежде, гладким и непроницаемым, однако что-то изменилось в этих серых глазах. Вместо холодной блестящей стали она увидела нечто, больше похожее на горячее расплавленное серебро, и у нее перехватило дыхание.
– Вы все-таки живой человек, – с изумлением прошептала она.
– Из плоти и крови, как любой мужчина. – Он снова принялся разбирать шахматные фигуры. – И так же чувствителен к чарам прелестной женщины.
При этом признании она воспряла духом. Не теряя времени, она сразу же воспользовалась моментом:
– Так, значит, я могу составить собственный список?
Он даже не колебался:
– Ни в коем случае.
Глава 6
Непреклонна.
К счастью, у его брата было последнее издание «Книги пэров» Берка. Всю ночь Йен просматривал имена, составляя список потенциальных женихов для мисс Валенти. Он упомянул о списке лишь в напрасной надежде, что обсуждение ее будущего мужа поможет ему не забывать о своем долге.
Этим утром он предварительно узнал у Грейс, кто из мужчин, занесенных в список, в настоящее время находится в городе, и кто, возможно, подыскивает себе жену. Женщины, подобные Лючии Валенти, заставляли королей отрекаться от престола, а полководцев завоевывать своих соседей, но, может быть, кому-нибудь из пэров в его списке вздумается жениться на итальянской копии Елены Троянской. В таком случае он должен убедиться, что по крайней мере некоторые из этих несчастных, беззащитных глупцов будут присутствовать на любительском концерте леди Кеттеринг, который состоится через три дня. Может быть, один из тех, кто познакомится с ней, окажется и сильным, и красивым, и достаточно страстным, чтобы Йен мог сбыть ее с рук. После этого он вернется к обычной жизни.
Ему бы ничего не стоило уступить ей вчера, позволить – оставить свой список, выбрать самой подходящих для брака претендентов. Если бы человек удовлетворял требованиям Чезаре и хотел жениться на ней, он мог бы разрешить ей выбрать любого, кого она пожелает. Но она разозлила его своими нежными вздохами и смелыми взглядами на его тело, ее (о, такими невинными!) потягиваниями и покачиваниями бедрами. Слава Богу, у него хватило ума подойти к этой глупой картине и смотреть на нее, пока к нему не вернулось самообладание.
Эта женщина была соблазнительницей и прекрасно осознавала. Как ей удавалось так долго сохранять девственность, было выше его понимания. Поразительно, что какая-нибудь жертва ее пыток еще не лишила ее невинности.
И только после того, как ее усилия повлиять на него оказались напрасными, она попробовала действовать открыто. А когда Лючия Валенти решалась быть честной, откровенность не знала границ.
Карета остановилась, прервав его мысли. Йен выглянул в окошко и, пока его кучер открывал дверцу, смотрел на парадную дверь лондонской резиденции лорда Блэра. Блэр, граф по рождению, являлся еще и кузеном и наследником маркиза Монфорта. Блэр отвечал всем требованиям принца Чезаре. Что касалось, однако, желаний дочери Чезаре, тут Йен был не так уверен.
Перед его глазами все еще стоял ее образ – странная, смелая женщина, сидящая перед ним с распущенными волосами, ее черные глаза пылали, когда она говорила ему, какого мужчину он должен был найти для нее. Ее постыдная речь привела в смятение его разум, ибо в этот момент он не мог ни о чем думать, кроме как о желании отшвырнуть в сторону стол и показать ей, что такое стоящая мужская сила.
Дверца кареты распахнулась, напомнив Йену, где он и зачем. Он поправил галстук, успокоился и подумал своем долге. Мисс Валенти повезло, что он цивилизованный человек.