Он все видит!
Шрифт:
– Зачем?
– Заявление на нее имеется, по поводу ее хулиганских действий.
– А поточнее сказать не можете?
– Кравцовой комнату в общежитии дали, она туда вселилась и стала соседку вытеснять, а та комендантше нажаловалась. Смирнова пришла навести порядок, а Кравцова кулаки в ход пустила, после чего исчезла – с концами. Скоро уже шесть месяцев будет, как она там не появляется и за комнату не платит.
– Ну, теперь вы знаете, где ее искать.
– Да, большое спасибо вам за информацию! Будьте уверены, завтра же Кравцову оттуда уберут.
– Я
Прошло несколько дней, и я снова поехала в Пролетарку, поднялась на второй этаж и позвонила наобум в одну из квартир. Честно говоря, я рассчитывала напасть на свою знакомую старушку, но просчиталась. Дверь мне открыл Дашин отец. Он был трезв, поэтому я осмелилась с ним заговорить:
– Здравствуйте! Вы – Александр Засухин?
– Да, а вы кто?
– Я знакомая вашей дочери. Хотите о ней поговорить?
– Что с Дашей?! Она жива?
– Да, жива. Вы позволите мне пройти?
– Да, проходите, конечно, – Засухин распахнул дверь, отступив в коридор. – Она точно жива, с ней ничего такого за последние два месяца не случилось?
– А почему вы только о последних месяцах спрашиваете? – удивилась я.
– Она, это… раньше за квартиру исправно платила, а тут мне все квитанции с долгом приходят…
– А, так вас Даша интересует только с этой точки зрения? – спросила я, начиная жалеть, что завела этот разговор.
– Нет, почему же… я ее давно не видел, соскучился… Почему она ко мне не приходит?
Я обвела взглядом захламленный коридор и сказала:
– Она как-то пришла сюда, чтобы пригласить вас на свадьбу, но услышала через дверь пьяные голоса и ушла.
– Так Даша замужем?! Вот так новость! Это надо обмыть. Что же вы стоите у порога, я сейчас быстро что-нибудь на стол соображу…
– Не трудитесь, пожалуйста. Я сюда не пить пришла.
– Понял… И что, давно Даша замужем? Детей у нее пока нет?
– Даша вышла замуж прошлой осенью, а через три месяца ее муж умер.
– Как умер?! Почему? Старый, что ли, был?
– Нет, ему было двадцать пять лет.
– Вот молодежь пошла! Гнилая совсем. Или его убили?
– Простите, вам интересна дальнейшая судьба вашей дочери?
– Да, конечно…
– Даша беременна, сейчас она уже на седьмом месяце. Беременность ее протекает с осложнениями, вероятно, вплоть до родов она останется в больнице.
– В какой? Я ее навещу!
– Это не в Горовске.
– И что же мне теперь делать?
– Давайте поступим так. Я оставлю вам свой номер телефона. Вы тут пока осмыслите информацию, а как созреете, позвоните.
– Не понял, а для чего я должен созреть?
– Вы считаете, что вам совершенно не о чем подумать? Вот вы зайдете к ней в палату – и что скажете? Даша, дай мне денег на долг по квартплате, так, что ли?
– Нет, ну почему же? – Засухин пригладил пятерней жидкие волосы и сказал: – Да, это все не так просто. Бедная моя девочка, кровиночка моя, только она одна
– Вот номер моего телефона, – я протянула Засухину клочок бумаги, вырванный из блокнота. – До свидания!
– До свидания, – сказал Дашин отец и скомкал в руке этот клочок.
«Ладно, – подумала я, – пусть он не позвонит мне. Но задуматься-то он все равно может о том, почему родная дочь от него ушла. Может, возьмется за ум». Надежда на это была слабенькой, но все-таки она имела право на существование.
Из Пролетарки я поехала в бюро товарных экспертиз. Действие отпугивателя для кротов и землероек там проверили и выдали мне на руки заключение о том, что оно не соответствует техническим параметрам, указанным в маркировке товара. Далее шла очень заумная фраза, изобилующая терминами из области физики волн, смысл которой был недоступен простому обывателю. Я перевела взгляд, перескочив пару строчек, ниже и прочитала: «Использование этого прибора по назначению опасно для здоровья человека». А если не по назначению?
Из бюро товарных экспертиз я поехала в общество по защите прав потребителей. Там этим случаем сильно заинтересовались и пообещали принять меры для того, чтобы с прилавков магазинов исчез этот вредный для здоровья человека товар.
С чувством полного и глубокого удовлетворения я вернулась домой.
Прошла еще неделя. Мне позвонил Аркадий и сказал, что его матушка сегодня будет смотреть свой любимый сериал по новому «ящику».
– Какой ты заботливый! – ответила я. – Прежде всего о маме подумал.
– Да, я такой! Оля, я и о тебе буду заботиться.
– Это хорошо.
– Мы сегодня встретимся?
– Встретимся. Куда ты меня приглашаешь?
– Ну, мы же хотели обменять банкноту и поужинать где-нибудь, – напомнил Савин.
– Так мы и сделаем. В какой ресторан ты меня приглашаешь?
– А какой в Горовске самый лучший?
– «Сытый слон».
– Вот туда я тебя и позову.
– Хорошо, тогда давай встретимся в половине шестого возле «Слона». Там неподалеку есть отделение сбербанка, где мы сначала порванную купюру поменяем.
– Лады.
– Да, Аркаша, ты документы на телевизор не забудь прихватить с собой, я их посмотрю… Вдруг мне захочется себе такой же купить?
– Понял, возьму.
– Тогда до вечера, Аркаша!
– До вечера.
Для встречи с Савиным я снова сделала макияж а-ля Вера Холодная, но вот оделась иначе. Жара несколько спала, поэтому я могла позволить себе многослойную одежду. Сначала я надела топик и шортики, а сверху – вечернее платье из плотного шелка цвета электрик. Парик оставила тот же, но вот шарфик повязывать поверх него не стала. Поскольку Савин был одного роста со мной, я отказалась от каблуков, обула ярко-синие балетки. Затем я долго и упорно искала среди своих запасов подходящую сумочку и наконец нашла. Когда-то я ее очень любила, она была небольшая, но вместительная, без ручки, но с длинным ремешком. Он немного потерся, но – не беда.