Он просто спятил
Шрифт:
В то время, когда не стонала под ним, девчонка была холодной, отстраненной, смотрела на него практически с жалостью. Именно это поднимало со дна души всю накопившуюся за долгие годы муть. Стасу хотелось любым способом стереть с ее лица равнодушие и унижающую достоинство жалость, он хотел видеть в ее глазах привязанность, влюбленность.
– Я все сказал. Жди звонка. Не приедешь, как позову, мои парни притащат за волосы, - сказав, поднялся со стула и вышел из квартиры.
Близился рассвет, но Полина не спешила ложиться спать. Сидела на постели с ноутбуком на коленях, искала информацию о любовнике.
Станислав Громов – успешный предприниматель, и акула местного болота, был не женат, не судим, и прочие бла-бла-бла.
Полина зевнула и выключила компьютер.
Через два дня, сняв деньги со счета и откопав среди прочих документов загранпаспорт, Полина улетела в Лондон.
Город встретил сырой, зябкой влажностью и пониженной температурой. После зноя на родине, туманный Альбион приятно остудил не только тело, но и эмоции.
Мимолетная связь с эгоистичным мерзавцем, угрозы и запугивание, показались Полине далекими и какими-то нереальными. Девушка рассчитывала, что за время ее путешествия, он найдет себе новое увлечение, а о ней благополучно забудет.
Она заехала в гости к отцу, они чинно выпили послеобеденного чаю, обсудили последние новости, затем Полина расцеловалась с очередной мачехой и отбыла в гостиницу. Фальшь их любви была такой явной, что Полине хотелось скрежетать зубами. Жить так, как живут отец и его любовница, девушка не желала.
Полина отдыхала, ходила на прогулки и по магазинам, дважды танцевала в ночных клубах, но спустя две недели заскучала. Город был дружелюбным, интересным, но чужим. Хотелось вернуться и вдохнуть полной грудью зной пополам с выхлопными газами, послушать лекции и позабавляться смущением новенького философа. Преподаватель был молод, румянец на его щеках проступал свекольно, и не сходил до тех пор, пока Полина не опускала взгляда.
Еще, тайно каясь, очень хотелось увидеть Стаса. Почувствовать его тепло, наслаждение от близости. Как ни крути, а начала привыкать, привязываться. Такие мысли девушке не нравились, они шли вразрез с ее планами, но, как известно, глупому сердцу приказать невозможно.
К началу третьей недели, девушка взяла билет на обратный рейс и, прихватив пару сувениров из Дьюти Фри в аэропорту Хитроу, вернулась домой.
Стас не моргая смотрел в монитор. Там транслировалось онлайн видео из квартиры Полины.
Он отправил специалиста установить камеры по всему жилищу девушки. Давно, на следующий день после их знакомства, и пока Полина была на работе, юркий человек нашпиговал камерами каждую комнату в квартире – не пропустил даже ванную, оставив мертвую зону только в уборной. Большего личного пространства своей любовнице Стас дать не мог.
Он хотел наблюдать за ней круглыми сутками, хотел смотреть, как она обедает, читает, как пританцовывает под музыку, ложится спать, мельтеша у кровати смешными
Стас был вне себя, когда понял, что она полетела в Великобританию. Да, понимал, что Полина свободный человек и имеет однозначное право путешествовать и делать то, что вздумается, но собственник внутри него кричал, что это совсем не так.
Сейчас Громов смотрел, как она купается после дороги из аэропорта, и поглаживал себя, представляя, как ее губы смыкаются на его члене. Как золотоволосая голова ритмично двигается вверх-вниз, а язык жарко и влажно скользит вслед за губами. Стоило мозгу нарисовать подобную картинку, как тело мгновенно бросило в жар, а сердце забилось гулко, как отбойный молоток.
После перелета, девушка наспех убрала в квартире. Вытерла с поверхностей толстый слой пыли, выбросила вон забытую на полке холодильника, и оттого прокисшую за время отъезда, сосиску, вымыла полы. Затем, приняла холодный душ, прилегла на пару минут с намерением отдохнуть, и не заметила как уснула.
Стас открыл дверь своим ключом. Естественно, дубликат ему сделали без ведома хозяйки, но, на такие мелочи, как нарушение уголовного кодекса, мужчина не обращал внимания.
Полина проснулась как от толчка. Открыла глаза и встретилась взглядом со Стасом - он лежал рядом на постели и в упор ее разглядывал.
– Даже не хочу спрашивать, как ты вошел, - зевнула, - для таких проходимцев, как ты, подобные трудности сущие пустяки. Верно, Громов? – сонно потерев рукой глаза, приветствовала девушка.
– Интересовалась биографией? – самодовольно хмыкнул Стас.
– А как же, ведь должна знать фамилию придурка, что не дает мне спокойно жить.
– Губы давно зажили? – поинтересовался, склонив голову набок.
– Смена климата пошла на пользу, - кивнула Полина.
– Кстати о климате. Кто разрешал уезжать? – вдруг нависнув, нахмурился Громов.
Глаза его вмиг стали злыми, уголок рта дернулся и затих. От такой наглости Полина приподнялась на подушках, забыв оттолкнуть от себя Громова, и очутилась с ним нос к носу.
– Ты вообще кто такой, что я должна отпрашиваться? Проваливай, давай из моей постели и жизни – немедленно. Видеть тебя больше не желаю.
– Я - твой полноправный хозяин, - прошипел Стас ей в губы.
Полина рассмеялась ему в лицо и Громову это очень не понравилось.
– Заведешь собаку и будешь ей хозяином, а для меня ты - никто и никем останешься.
Стаса едва не подбросило от бешенства от таких слов.
– Пора преподать тебе маленький урок. Чтоб место свое знала, - прищурившись, ответил мужчина.
И через мгновение, отвесил пощечину. Полина в ответ ударила его головой в нос и, пользуясь минутной заминкой, соскочила с постели. Вреда удар Громову не нанес, только пуще разозлил. Они на миг замерли друг напротив друга, между разделяющей их широкой кровати. Полина часто дышала, грудь высоко подымалась, а руки были сжаты в кулаки. Громов казался расслабленным, но эта поза виделась девушке напускной.