Он меня понимает
Шрифт:
Но лишь немного позже Хелли, вспомнив, где находилась, со всех сил толкнула Мирдала к берегу, отчаянно колотя по воде мокрыми крыльями.
– Прочь... – она зашлась в кашле. – Из воды... Бу-ургх-х!
Пегаска погрузилась на несколько метров. Каждое её копытце, мордочка, крылья – всё оказалось опутано проклятыми щупальцами, принадлежавшими такому страшному существу, что пони против воли повысила уровень воды в озере. Щупальца, окружавшие покрытую острыми зубами пасть, не смутились такой реакции и вонзились в обе её дырочки. Одновременно толстый обрубок опутал её поперёк живота и сильно сжался,
Если бы Мирдал её настолько ненавидел, чтобы послушаться.
В воду опустилось уже не тело зверодракона, а чистое сияние его энергетики. Хелли подумала, что это и был свет Астрала – таким же приятным и добрым его и описывали – и вскоре Селестия, вернувшаяся с празднества, проведёт пегасочку по коридору из кадров её жизни, коря за глупость и беспечность, но понимая подвиг спасения её особенного. Но свет, вместо того, чтобы принять в себя, просверкнул через нава, заставив того скукожиться и убежать по дну далеко, сворачивая щупальца, а затем, обнимая в тёплые лучики, подтолкнул к небесам.
– Пра-а-кха-кха! – под фанфары дичайшего кашля пегаску вытолкнуло из воды и взвило вверх, а затем, отплёвывавшуюся и дрожащую, обрушило на берег, в последний момент замедлив скорость падения и боле-менее мягко опустив на травку. Ещё испуская яркий свет, рядом с ней повалился Мирдал, которому не повезло запачкать всю шкурку – он упал точно на клеёнку, и теперь сахарная вата застряла у него под крылом, а рыба прилипла к хвосту.
– Давно... Не практиковался? – слабо спросила Хелли, продолжая кашлять. Всё её тело заполнила какая-то непонятная лёгкость, а вот голову наоборот, тянуло к земле. Хотя она и так на ней лежала.
– Я напугался!.. – Такой как был, измазанный не только в еде, но и ещё в собственном удовольствии, Мирдал подскочил к пегаске и вынул телекинезом из лёгких остатки влаги, заставив её болезненно скорчится, зато полностью исцелиться. Нет, не полностью... Мирдал коснулся лапами крылышек, и зажатый в суставе нерв, вместе с щупальцами заставивший пегасочку кончить (как же хорошо, что только в положительном смысле!), выправился и встал на место. – А для верхней формы... Нужно чувствовать только радость и любовь.
– Меня... Сейчас... Опять вырвет... – простонала пегаска и ткнулась носиком в лапу Мирдала. – Унести меня отсюда, пожалуйста...
Без лишних слов Мирдал принял на передние пегаску и полетел к покинутой деревеньке – всё же, по энергетике, она выглядела всё ещё кое-как обитаемой, да и была поближе, чем Утгард.
Деревушка в действительно оказалась заброшенной – большая часть домов стояли пустыми, с дырами в крышах, некоторые и вовсе скосились на бок. Впрочем, двухэтажное здание местной харчевни ещё стояло, да и выглядело вполне обжитым. Для вымотанных и напуганных крылатых это место могло оказаться хорошим убежищем, чтобы восстановить силы и перелететь в Утгард, немного омрачив празднование сообщением о наглой
– Господин Агнар? Вы вернулись?
На пороге появился молодой... Нет, даже ещё юный зелёный чешуйчатый дракон. Он изумлённо уставился на Мирдала, перевёл глаза на Хелли и отступил назад в дом.
– Навий хаос...
“Занесло же нас к хаосистам...” – с тоской подумала Хелли. – “Этим бы с Дискордом познакомятся, узнают, какой он, Хаос...”
– Светлейший Мирдал! – воскликнул Алгамир и неожиданно пал перед золотым на передние лапы, расправив крылья. – За что вы так наказали моего учителя?
– Расскажи мне, пожалуйста, кто твой учитель, и дай побыстрее чего-нибудь тёплого выпить ей! – Мирдал почти перепрыгнул через склонившегося перед ним дракона – в иное время он бы поднял его с колен, сопровождая поучительной проповедью о бескорыстном творении добрых дел, но сейчас момент был не тот – надо было снимать нервное напряжение с пегаски, которую он усадил на диван, спихнув с него крылом несколько металлических деталек , и накрыл её старым плащом. Шерсть Хелли уже давно высохла, соприкасаясь со светящимся Мирдалом, но импровизированный плед сейчас выполнял больше функцию чего-то мягкого для укрытия, помимо собственных крыльев.
От Алгамира не могло укрыться странно-заботливое отношение Мирдала к столь изуродованному первоматерией Агнару — во всяком случае, именно за него и принял пони ученик техномага – тем не менее, он нашёл в себе волю принести термос с побудой.
– С-с-спасибо... – выбивая зубами дрожь, кобылица приложилась к термосу и невероятным усилием протолкнула напиток в желудок. Остальное она протянула Мирдалу.
– Это что, пони? – спросил зелёный, чуть наклонив голову и рассматривая странное существо.
– Хелли... – представилась кобылка и протянула красное копыто.
– Алгамир, – ответил дракон, осторожно взяв копыто в лапу и пожав его. – Теперь я вижу, ты только на него похожа. И откуда вы такие мокрые?.. И напуганные?
– Вам бы стоило энергетический щит от Утгарда пошире раздвинуть... Не знаю даже, на всю планету... – Мирдал сейчас настолько нервничал, что не отказался и от питья, хотя обычно бы не стал тратить на себя чужое гостеприимство. И немного поморщился от терпкой горькоты отвара. Но зато тело сразу прошибла тёплая волна, приводя в чувство, успокоив нервы и вернув бодрость, которой так не хватало после траты сил на верхний облик.
– Он бы тогда сжирал по по всему населению Нашара душ в день, – пробубнила пегаска, копытом отобрав у Мирдала термос и совершая ещё глоток, – ну да, не тебе казну Инанны разорять...
Крылатая пони вдруг поперхнулась отваром побуды и округлила глаза, забегав ими от Мирдала к Алгамиру. Да нет, списали на шок и нервы, кажется.
– У нас наверху есть пара незанятых комнат... Но я не могу вас туда пустить без разрешения хозяина, – произнёс Алгамир. – Может, вы расположитесь в моей комнате?