Он был странным…
Шрифт:
Очень скоро на смену прохладе пришел жар разгоряченного желанием мужского тела. Я ощутила бедром напряженный член. Он смачно плюнул на ладонь, провел ею между моих ног, смазывая промежность, палец скользнул в глубину дырочки. И я выгнула спину, ощущая внутри движение его пальцев. Секунда и место пальца занял твердый, готовый к бою пенис. Я охнула и закрыла глаза.
Вогнав его сразу на всю длину, он задвигался медленно, точно пробуя мою вагину на вкус. Далее ускоряя темп… Удерживая меня за бедра, не давая сделать шагу, он вставлял его с такой силой, что казалось, вот-вот проткнет насквозь. Мне же оставалось
Он вынул его, оставляя внутри головку… Я ахнула, когда член снова вонзился в мою плоть, уже влажную изнутри, смазанную соками возбуждения. Вадим замычал и, прильнув ко мне спиной, сжал ладонями напряженные холмики грудей.
– Деееетка, – простонал он, вынимая член и заканчивая рукой. Я почувствовала брызги его семени на коже. Он отстранился от меня, тяжело привалился к машине.
– Прости, – прошептал Вадим, наблюдая, как я изучаю перепачканную спермой юбку, – еле успел вытащить.
– Ничего, – заверила я, натягивая одежду.
Я, привыкшая к быстрому сексу, воспринимала его жажду на свой счет. Полагая, что возбуждение, вызванное близостью, не дает акту продлиться дольше. Значит, со мной он теряет голову? Настолько, что едва успевает вытащить? И готов отыметь меня в любом месте, в любое время.
С одной стороны такая страсть льстила женскому самолюбию… Но с другой, кратковременная близость лишь распаляла меня, не давая освобождения. И, как правило, мне приходилось довольствоваться малым, работая над достижением оргазма самостоятельно. Благо, годы тренировок сделали меня мастером мастурбации. И я считала своим долгом утолить мужское желание! Ибо свое собственное я в силах утолить сама.
Глава 3
Теперь возвращение домой превратилось для меня в аттракцион. Главной целью которого стало – избежать встречи с соседом. Я, как и прежде, поднималась пешком. Но, уже дойдя до третьего этажа, останавливалась, прислушиваясь, вынюхивая отголоски табачного дыма. Стоило понять, что этажом выше кто-то есть, как я вызывала лифт, и с третьего на пятый добиралась, минуя лестничный пролет.
Инцидент в лифте почти забылся. Первое время я размышляла об этом, задаваясь вопросом – почему позволила себя поцеловать. А решись он на большее, я бы также безропотно стояла, не в силах противиться натиску?
«Но ведь это не измена? Всего лишь поцелуй, к тому же, в темноте… Никто не видел, а значит, никто не знает! Едва ли он решит поделиться случившимся с кем-то еще». Он не был похож на болтуна. Так что, в этом случае, его молчание было мне на руку.
Когда происшествие уже почти забылось, и я благополучно простила эту небольшую шалость, сосед напомнил о себе весьма странным образом…
Как обычно, проверяя почтовый ящик, я обнаружила внутри конверт. Конверт был странным, абсолютно белым, без марок, без адресатов. Вообще без единого намека! «Чей-то прикол», – решила я. Однако на просвет внутри обнаружился листок. Мне стало любопытно, и я взяла находку с собой, решив изучить содержимое без посторонних глаз.
Перед сном, закрывшись в комнате, я вынула из конверта свернутый пополам лист бумаги. На внутренней стороне его был рисунок. Портрет весьма профессионально изображал девушку, с длинными волосами. На лице застыло выражение задумчивости, пухлые губы
Мне стоило взглянуть в зеркало, чтобы опознать в незнакомке… саму себя!
Я еще раз удивленно оглядела рисунок. На листке, кроме изображения девушки не было ничего: ни автографа, ни единого слова. Первой мыслью было – «Вадим», и я едва не набрала его номер, чтобы узнать. Но вовремя опомнилась – рисование никогда не значилось в числе его увлечений. Тогда кто? Догадка явилась сама собой, в образе хмурого, молчаливого парня, с жестким ежиком русых волос и трехдневной щетиной на лице.
Раздражение, возникшее при мысли о нем, было настолько сильным, что я еле сдержалась, чтоб не порвать бумагу на мелкие кусочки. И все-таки, рисунок был хорош! Еще раз, изучив его до мельчайших деталей, я разглядела даже очертания сережек в форме звезд на мочках ушей.
«Неужели он так подробно рассмотрел меня?», – от этой мысли я вновь ощутила на себе пристальный взгляд его серых глаз, и невольно поежилась. Сунув рисунок в ящик стола, я легла спать.
Но, вопреки обыкновению, этой ночью мне снились не поцелуи Вадима, его настойчивые, жадные ласки… Мне снилось лицо человека, имени которого я даже не знала.
Глава 4
В пятницу у давнего друга Вадима был день рождения. На это событие надлежало явиться всем. И мне в том числе! По случаю торжества Андрей предусмотрительно снял целый зал в одном из самых злачных клубов нашего города. Музыка, угощения, и даже фейерверк – все удовольствия за счет именинника. Вадик приготовил другу подарок, мне же оставалось только улыбаться и выглядеть с иголочки.
В их компании я была новенькой. И часто ловила на себе завистливые взгляды женской половины. Мужчины смотрели заинтересованно, видимо, стремясь угадать, что нашел во мне этакий мажор. Вадим был карьеристом, и работа в большой компании сулила хорошие перспективы. Новая квартира в центре, уже почти готовая к переезду. Машина, на которой он гонял по ночному городу. Завидные данные и природная харизма помогали ему без труда менять девчонок. До меня в его постели побывало, наверное, с дюжину красоток. Но, ни одна не продержалась дольше месяца.
И вдруг я… Скромная девушка, бухгалтер, одна из многих. Бесприданница, которая в свои 25 делит квартиру с мамой и кошкой. У меня не было присущего барышням его уровня гламурного налета. Я почти не красилась, в свои годы выглядела на 19, не особенно разбиралась в моде, на вкус многих парней была худощавой. И могла похвастаться разве что пышной шевелюрой и выразительными чертами лица, что достались мне от бабушки. «Фигура – дело наживное», – говорила она, когда я с досадой изучала свое отражение в зеркале.
До Вадика в моей жизни было всего лишь два сексуальных партнера. Первый, не самый приятный опыт – с ровесником. И второй, чуть более удачный – с мужчиной постарше, который был женат.
– Привет, красотка! – воскликнул Андрей. Среднего роста, коренастый парень. С Вадимом они дружили с детства. И я слегка комплексовала в его присутствии. Ведь он знавал лично каждую из его девушек, и мог сравнить.
– Привет, – улыбнулась я.
Андрей подставил щеку и поманил меня пальцем:
– Пока Вадик не видит, можешь поцеловать именинника.