Омут

Абдулова Мария

– Можно, конечно, но зачем тебе? – хмурится Николай, давая отмашку водителю.

– Здесь Денис Романов живёт. Хотел к нему заскочить.

– Раз так, то иди, но мы ждём тебя дома через два часа, милый, хорошо? – Эмма, обернувшись и протянув руку, ласково мажет ладонью по его щеке. – Не приедешь в назначенное время – обижусь, разозлюсь и…

– Я всё понял, - Кир улыбается и поднимает ладони вверх, признавая поражение. – Можешь дальше не продолжать.

Солнечный свет ослепляет, а шум города на миг оглушает, когда он выходит на улицу. До нужного дома доходит быстро, только стоит какое-то время перед дверью,

нажимая на звонок, а когда та открывается, не может удержаться от раздражённого вздоха.

Дениса явно разбудил его приход. Он щурит глаза спросонок и трёт шею, чуть сгорбившись, отчего Кир смотрит на друга сверху вниз. Чувствуется запах алкоголя, сигарет и кое-чего запрещённого, что заставляет Авдеева морщиться и раздражаться с удвоенной силой.

– Что вы… - начинает Романов на английском и, узнав в неожиданном госте друга, резко переходит на русский, округлив глаза от удивления: - Кирюха?! А ты здесь как…?

38. Кир

Глаза Дениса нездорово воспалены, а под ними – тёмные круги, словно он не спал несколько дней подряд. На скуле красуется алая ссадина и наливающийся синим синяк. Ворот белоснежной футболки разорван, а на правом плече виднеются пятна крови.

Киру недовольно щурит глаза и напоминает себе, что вчера обещал Михе не давить на его старшего брата. Не читать нотации. Просто узнать жив, вообще, или…

– Доброе утро, Ден. Впустишь?

Романов растерянно моргает и только потом, опомнившись, отходит в сторону, пропуская в прихожую, и, дождавшись, когда Авдеев закроет за собой дверь, крепко его обнимает.

– Кирюх, дружище, я уже подумал, что мне приснилось… Ты реально что ли приехал?

– Приехал, - Кир кивает и хлопает Романова по спине. – Давно обещал.

Денис широко улыбается и тянет за собой на кухню, где усаживает Кира на стул и, оглядев гору посуды в раковине, предлагает заварить свежий чай.

– Не хочу. Спасибо.

Парень откидывается на спинку и с удобством вытягивает ноги, наблюдая за тем, как Романов старательно пытается вовлечь его в разговор о переменчивой погоде и пробках на дорогах, попутно, не обратив внимания на отказ, включая чайник. За стенкой в соседней комнате слышится звон стекла и приглушённый женский голос.

– Ден, я не вовремя?

– Брось, Кирюх. Конечно, вовремя. Не говори ерунды.

Парень протягивает кружку и становится напротив, прислонившись к кухонному гарнитуру.

– Лучше расскажи, как дела? Как Алек с родителями?

Кир переводит взгляд с кружки на друга и, покачав головой, усмехается.

– То есть тебя только это интересует и больше ничего?

Улыбка с лица Романова медленно исчезает. Денис, достав потрёпанную пачку сигарет из кармана шорт, закуривает и вздёргивает подбородок вверх, выдыхая дым.

– Если есть, что сказать, то говори сразу, Авдеев, ладно? Не будем тратить время.

– Может, тебе есть, что сказать? Например, какого хрена у тебя разбито лицо, а квартира пропахла травой? Мне будет очень интересно тебя послушать, правда. Давно не виделись всё-таки…

Друг тянет едкую ухмылку в ответ и запускает ладонь в волосы, откидывая отросшие пряди на затылок. Кир успевает заметить сбитые в кровь костяшки, прежде чем парень прячет руки в карманах.

– У меня есть право не свидетельствовать против себя?

– Боюсь, что нет.

Денис

затягивается и отворачивается к окну. Авдеев терпеливо ждёт, пока тот соберётся с мыслями и старается не раздражаться ещё больше.

– Миха с тобой приехал? – спрашивает Романов, продолжая разглядывать что-то за стеклом. – Он в Лондоне?

– Думаешь, будь он здесь, то не зашёл бы к тебе?

– На его месте я бы так и сделал.

– Ты забываешь, что мы говорим о твоём брате.

– Он не мой брат, - тихо бормочет себе под нос Денис, но Кир успевает разобрать. И услышанное ему не нравится до зубного скрежета и сжатых в кулаки пальцев.

– Может, тогда и я тебе не друг, Ден? Ты скажи заранее, чтобы я не был последним придурком, каким сейчас, наверняка, Мишка себя чувствует.

– Б*я, Кирюх, слова не передёргивай!

За стенкой снова слышится женский голос, и Романов тушит сигарету в пепельнице, а потом жёстко проводит ладонью по лицу.

– Тогда следи за тем, что говоришь!

– А что я такого сказал, Кир? Разве это не правда?!

– Это полная херня и ты сам это знаешь!

Если семью Кира четыре года назад разрушила авария и смерть любимой дочери и сестры, то семья Романовых начала разваливаться немного раньше из-за случайно подслушанного разговора, после которого Денис, пусть и ранее до этого отличающийся бесшабашностью и импульсивностью, изменился до неузнаваемости, а Миша резко повзрослел и поменялся со старшим братом ролями. Именно он искал Дена по друзьям, барам и девчонкам, необременённых моралью, а после врал родителям, что это от него пахнет алкоголем, но никак не от Дениса, что бессовестно спал в своей комнате, пьяный в стельку. Именно Миха отдавал последние деньги и сбережения, которые откладывал на осуществление своей давней мечты, на взятку сотрудникам полиции, чтобы те не оформляли протокол и не звонили родителям, когда нетрезвый Денис с друзьями устроили погром в ночном клубе, по пьяной лавочке сцепившись с какой-то другой подвыпившей компанией. После следующих подобных случаев, увеличивающихся в геометрической прогрессии, Авдеев, не выдержав, высказал Дену всё, что о нём думает. Разнимать брата и лучшего друга пришлось тому же Мише, который, как оказалось, обладал нескончаемым запасом терпения и железной выдержкой.

– Уже столько времени прошло, Деня, - устало напоминает Кир и машинально потирает небольшой шрам на скуле, оставшийся напоминанием о той стычке. – Не пора ли уже смириться и прекратить вести себя как десятилетний ребёнок?

– А ты смирился, Кирюх? Со смертью Алисы смирился?

Авдеев вздрагивает и сжимает зубы до заходивших под кожей желваков.

– Не сравнивай. Это разные вещи.

– Возможно, но почему-то всё равно отмахнуться и спокойно жить дальше не получается.

– А ты пробовал?

– Забыть, что я приёмный? – вопросительно хмыкает Романов и достаёт новую сигарету. – Пробовал, конечно. Но раз за разом ловлю себя на мысли, что, не узнай бы я правду тогда, то до сих пор бы ни о чём подозревал.

– И что в этом плохого? – Кир непонимающе хмурится. – Зная твою реакцию, на месте Мишки я бы тоже промолчал. Ты не имеешь права винить ни его, ни родителей в случившемся.

– Ты повторяешься.

– А ты ведёшь себя как му*ак с людьми, для которых ты навсегда останешься родным сыном и братом. Не мне тебе это объяснять!