Олимпик
Шрифт:
— Пока меня не было, ты превратился в параноика, Гриссом?
— Станешь тут параноиком, — сплюнул полковник, напряжённо всматриваясь в приближающегося пришельца. — Эти штуки, настолько не стабильны, что могут принять любой вид.
— Пробовали?
— Это всего лишь подозрение.
— Я видел только три их состояния. Сейчас четвёртое было.
— Это ни о чём не говорит.
Ну, вряд ли Кромвель подмигнул бы Кэрри, когда подошёл ближе. И вряд ли бы он спокойно отнёсся к убойному для кришту оружию. Так что
И тут же пришёл вызов от О'Нила.
Он сообщил, что атака на башню КТК прошла успешно. Точечным ударом ракета взорвала антенну, установленную на крыше небоскрёба, заодно снесла ещё много разного. Сопротивления никакого не было, жертв, кажется, тоже.
Следом за генералом последовал вызов от Веллера.
— Появилась связь с внешним миром, полковник, — объявил тот. — Принимаю кучу сообщений. Похоже, наше центральное командование направило к Олимпику крейсер. Коммандер «Яузы» очень настойчиво хочет с вами поговорить, шеф.
— Так перенаправь сигнал на мой коммуникатор, — Гриссом продолжал наблюдать за Пикардом и, похоже, начинал верить, что он — это он.
Пришелец, тем временем, подошёл к Кэрри, они начали о чём-то болтать. Похоже, журналистка делилась тревогой по поводу необычного поединка, где Пикард имел все шансы проиграть.
— Всё давно готово, — обиделся Веллер. — Я хотел только предупредить.
— Сформируй пакет из того, что нам известно, — продолжил полковник. — Пусть поизучают, а то, боюсь, не поверят в нашу историю.
— Переключаю на коммандера Павлова.
Всё самое интересное к этому моменту на полигоне закончилось. Полицейские и спецназовцы разошлись, кто в административные здания, кто к заводским корпусам. Отряд, исследовавший «Файерфлай» на предмет, нет ли там ещё кого, не успев выйти на свежий воздух, тут же получил новое задание и отправился к башне КТК. Оттуда поступило сообщение, что торговцы «вывесили белый флаг». Конечно же, не в прямом смысле. Так что полицейский департамент собирается идти на штурм и, чтобы исключить подвох, собирает все наличные силы. На полигоне оставили лишь отряд лейтенанта Сайдла.
Похоже, башня держалась только благодаря Кромвелю. Не стало его, и всё пошло наперекосяк. Благодаря нам и Пикарду, большое дело превратилось в натуральный пшик.
Для колонистов с планеты кришту последние часы становились полной катастрофой. И, если отбросить в сторону пару аспектов дела, если поверить, что они озабочены безопасностью человеческой расы, то есть все в белом, мы, Комитет галактической безопасности, получаемся злодеями, работающими на «саранчу». Либо настолько слепыми, что не видим ничего вокруг. И не хотим оглядываться.
Никто не мешает нам произвести глубокую разведку космоса в направлении, откуда предположительно могут нанести визит роботы. Остаётся только этим и успокаиваться. Когда я рассказывал Гриссому всё, что узнал и всё что надумал,
Разговор с коммандером Павловым не занял много времени. Полковник вкратце рассказал обо всём, добавив, что подробности зашифрованным файлом должны быть уже высланы. Вид коммандера был кислым. На его голову вылилась такая уйма невероятной информации, что всех нас можно объявлять сумасшедшими, а в качестве доказательства предъявить данные, поступившие в память бортового компьютера.
Я наблюдал за Павловым со стороны, так, что коммандер не мог меня видеть. Его взгляд метался то на экран с полковником, то на ложащиеся перед ним листки отчётов. Наверняка, из нашей посылки. Он некоторое время молчал, переваривая услышанное и, когда мы уже отчаялись услышать от него хоть что-то вразумительное, Павлов, сиплым голосом, осторожно произнёс:
— То, что вы узнали, и в чём приняли участие, на первый взгляд, выглядит невероятно. Сейчас же важно другое — к Олимпику движется корабль пришельцев и мы должны его перехватить. Когда он будет здесь?
— Точно не знаем, — ответил Гриссом. — Несколько часов. Наш человек смог вырваться с «Ковчега» и прилетел на Олимпик недавно.
— Хорошо, мы подождём его неподалёку. Думаю, нашего арсенала хватит, чтобы разнести его в пыль.
— Ни в коем случае! — я чуть было не закричал. — Его нельзя уничтожать!
— Это кто там такой недовольный, полковник? — удивлённо поднял брови коммандер.
— Капитан Крис Хаппельмайер, — вздохнул Гриссом. — Непосредственный участник событий.
Похоже, он пожалел, что не отправил меня куда подальше на время разговора.
— Что он там хочет сказать? — заинтересовался Павлов. — Что-то о том, что «Ковчег» нельзя уничтожать? Он сможет объяснить, почему?
Гриссом передал мне коммуникатор с видом, не обещающим ничего хорошего. Потому что я не обо всём успел доложить своему непосредственному начальству. И потому, что только что нагло перепрыгнул через его голову. Образно, конечно. Но сейчас не до этого. Сейчас главное сохранить корабль, колонию нанитов и экипаж, который умеет с ним работать и знает о новом существе больше нас. Возможно, это наша единственная надежда.
— Добрый день, коммандер, — с экрана коммуникатора Павлов выглядел мощным, несмотря на то, что ему можно дать лет пятьдесят с хвостиком. — На корабле уникальнейшее существо, которое может пригодится нам в дальнейшем.
— А также, — прервал меня коммандер, — исходя из ваших показаний, на том корабле есть люди, прошедшие через симбиоз с этим, как вы говорите, уникальнейшим существом. Судя по всему, они весьма опасны, и их трудно уничтожить. Вы уверены, капитан, что Олимпику стоит принимать у себя это существо?