Олимпиец
Шрифт:
— Подожди, — махнул рукой Зевс, и юноша, помедлив секунду, повиновался. Но взгляды, которые он меня бросал… у-у-ух. Очень страшно. — Объяснись, — бог немного помедлил и добавил. — Адриан.
Я философски пожал плечами.
— Нечего объяснять, дядя. Я так понял, ты хочешь убить этого ребенка? Так вот, я тут чтобы этому помешать.
— А-а-а, — расплылся в улыбке царь богов и дружелюбно расхохотался. — Храбрец. Понимаю. Родная кровь в тебе бурлит, племяш. Родная кровь. Только вот, — он слегка
Он взмахнул рукой, и Мина позади меня страшно закричала. Я с трудом подавил желание наброситься на улыбающегося бога с голыми руками и разорвать на части. Все равно ведь не выйдет.
Вместо этого я медленно развернулся и пошел к прямо к девочке. Та сидела на коленках и, уткнувшись носом в землю, тихо плакала.
— Эй,— присев рядом с ней корточки, ласково позвал я. — Ты как?
— Не смотри. Не смотри, — вскрикнула она и закрыло лицо ладошками. — Пожалуйста.
— Мисс Мина, — я погладил ее по очаровательной головке. — Ты чего? Забыла наше обещание?
Девочка тихо вскликнула. Сначала мне показалось, что ничего не произойдет, но через пару секунд, она, все также смотря строго вниз, отняла от лица ладошку с оттопыренным мизинцем и подняла ее вверх.
— Точно, — улыбнулся я. — Я же обещал, что все будет хорошо. Будь храброй, малявка. Ты же храбрая?
— Да, — прошептала девочка.
— Вот и молодец, — я ухватил ее вытянутую руку и осторожно поднял на ноги. — А теперь хватит прятаться. Посмотри на меня.
Она все еще медлила.
— Ты же видела Элайса, — улыбнулся я. — Поверь, после его уродливой рожи, меня вообще невозможно напугать.
Мина против воли фыркнула, кое-как утерла слезы и одним резким движением подняла голову. По толпе прокатился вздох. Кто-то был испуган, кто-то просто удивлён. Но самой частой эмоцией была ненависть.
Если бы мне потребовалось найти самую близкую ассоциацию к лицу Мины, то я бы сказал… фарфор. Разбитый фарфор. Лицо по большей части бледное и лишенное красок, но при этом испещрённое сотней мелких трещин. Только если у фарфора трещины обычно коричневые или черные, у девочки цвет был другой. Кроваво-красный.
— Ты меня испугала, малявка, — шумно выдохнул я и покачал головой. — Я-то уже себе столько всего напридумывал, ты не поверишь. Десять глаз, паучьи жвала или еще что-нибудь такое. А ты просто неудачно косплейшь Джокера.
— Мистер Адриан, — девочка явно не поняла ни слова про косплей, но зато уловила смысл. — Вам правда… Не страшно?
— Да нет, — я пожал плечами и повернулся обратно к Зевсу. — Дядя, кажется, ты ошибся. Тут нет зверей. Все еще ребенок. — Я почувствовал как девочка прижалась к моей спине. — Напуганный ребенок.
А вот это ему это не понравилось.
Когда
Например, слово «буквально» давно потеряло свое прямое значение. Обычно, когда мы говорим «буквально» имеется ввиду разговорное «действительно» или «в самом деле», а не само значение слова.
Вроде, «буквально мороз по коже». Никто не подразумевает, что кожа покралась инеем и заледенела. И так везде. «Буквально творил чудеса», «буквально взлетел».
Так вот сейчас над Зевсом очень даже буквально, в самом старом и самом правильном значении этого слова, начали собираться тучи.
— Ты еще слишком молод, племянник. Ты не обладаешь ни моим знанием, ни моим опытом. А у меня нет ни времени тебе что-то объяснять. — Теперь его голос звучал словно гром в чистом небе, а глаза так и сверкали угрозой. — Поэтому я скажу один раз.
Я почувствовал, как за моей спиной задрожала Мина. Огромная, затмевающее само небо, фигура Повелителя Богов нависла прямо надо мной.
— Уйди. С моей. Дороги.
Я немного склонил голову набок и твердо встретил взгляд его сверкающих глаз.
— Заставь меня.
Во дворе стало очень тихо. Не было слышно ни шума птиц, ни шороха ветра. Ученики, учителя, жрецы и охранники — все затаили дыхания, ожидая, что произойдет дальше.
Казалось, пауза могла тянуться бесконечно.
И тут, где-то в метрах десяти от нас раздалось шарканье и тихая ругань. Кто-то явно прокладывал свой путь через толпу людей прямо к нам.
Это был директор.
Аккуратно распихав учеников в стороны, мужчина ровной походкой приблизился к центру круга и низко поклонился.
— Владыка, — разнесся по воздуху его бархатистый голос. — Вы меня вызывали?
Я сразу почувствовал, что напряжение спало. Зевс отступил на два шага назад и даже вернул себе на лицо свою дружелюбную улыбку.
— А, вот и ты, старый друг. Наконец-то. Я уже тебя заждался.
— Прошу прощения, Владыка, — еще поклонился мужчина и пригладил свои короткие усики. — Я торопился, как мог.
— Ничего. Я позвал тебя, потому что в твоей школе возникла, — Зевс искоса глянул на меня и Мину. — Проблема.
— Проблема, Владыка? — директор перевел на нас взгляд, словно только что заметил. — А-а-а. Вы про «Проклятую»?
— Ты знал? — в голосе бога послышалось нешуточное удивление.
Директор в ответ пожал плечами.
— Конечно. Но в нашем государстве нет законов, которые бы запрещали принимать «Проклятых» в учебные заведения. А мы должны придерживаться законов, — косой взгляд в сторону Зевса. — Не так ли?