Олимпиада-80
Шрифт:
Они еще раз разлили водку по стаканам, выпили, и, громко хлопнув в ладоши, Лапа сказал:
— Ну что, давай перейдем к практике, сыграем.
— Я так просто не играю, — в ультимативной форме ответил ему еврей.
— Ладно, — Лапа покопался в карманах и вытащил мятую купюру, — ставлю трешку.
Еврей недоверчиво повертел купюру в руках, посмотрел на просвет, и, вытащив из карманов целую горсть мелочи, отсчитал три рубля.
— Ну и еврей, всю мелочевку выгреб, — едко произнес Лапа, — дай сюда, — он
В это время входная дверь с шумом широко распахнулась и в комнату ввалился еле держащийся на ногах мужчина, от него сильно разило перегаром.
— О! Пескарь пришел, здорово, — радостно поприветствовал вошедшего Лапа.
Пескарь мутным взглядом окинул комнату, даже не обратив внимания на Макса, и качающейся походкой попытался пройти в угол комнаты. По пути, не удержав равновесие, он повалился на Лапу, выбив у него из рук карточную колоду и едва не свалив стол.
— Эй, осторожнее, — с негодованием вскрикнул Лапа. Крепко взяв пьянчугу под руку, он проводил того к куче старой одежды.
Пескарь повалился на одежду и, казалось, сразу заснул.
— Перетрудился, — с насмешкой произнес Лапа.
Еврей передал ему собранную колоду карт, и они снова сели за стол.
— Слушай, а чем тебе в Союзе не нравиться? — раскладывая карты спросил у еврея Лапа.
— Это ты меня спрашиваешь чем мне не нравиться? — удивленно спросил тот. — Вот представь у меня же есть мозги, и они прекрасно работают. Я бы мог запросто принимать законы или даже руководить целыми отраслями хозяйства, а чем я занимаюсь сейчас?
— Ну да, только твои мозги работают только как бы чего стащить и подороже продать. Если тебя пустить руководить ты все растащишь, а скажешь потом, что во всем виноваты евреи, — со смехом произнес Лапа.
— Вот давайте только без оскорблений, хорошо? Между прочим, я вам так просто напоминаю, у нас очень древний уважаемый род, мы держали шинки и даже одну ссудную лавку, а потом у нас все разом отняли. И я все это верну, еще и с процентами, попомните мое слово.
— Значит вам все еще должны, да еще и с процентами, — задумчиво смотря в карты пробормотал Лапа.
— Ну все не все, а те кто против нас еще умоются кровавыми слезами, попомните мое слово, — потрясая в воздухе скрюченным пальцем вскрикнул еврей, переходя на истеричный визг. — Мы должны все вернуть! Заводы, земля и недра не могут принадлежать государству и обществу — это преступная идеология марксизма! Экономикой должны править деньги, а мы должны править деньгами! Скоро все вокруг будет нашим, скоро мы станем очень, очень богаты. Все будут служить нам и восхищаться нашим управленческим даром. Эта страна должна пасть, процесс уже запущен, роли распределены. Всевидящее око знает — этой стране остались считанные годы! Эта страна падет! — последние его слова больше напоминали
— Да ты что, правда что ль? — с ироничным сарказмом произнес Лапа. — А я то было думал что Советский Союз вечен.
Очнувшись от криков еврея, Пескарь вяло перевернулся на другой бок, еле слышно пробормотал в пьяной полусонной дреме: «Эх, граждане, ошибаетесь, родные, Брежнева, Андропова и Черненко еще вспомните…» и тут же отключился от реальности снова.
За столом продолжалась карточная игра. Еврей, находясь в возбужденном состоянии после своей эмоциональной тирады, сделал неловкую попытку подменить карту, тут же замеченную его оппонентом.
— Ах ты мухлюешь, еврейская свинья! — мгновенно побагровев от гнева заорал на него Лапа. — Да я тебе сейчас покажу сколько и кто тебе должен, да еще и с процентами.
Лапа, грозным движением отодвинув стул, вскочил из-за стола, делая попытку схватить еврея за шиворот. Тот пулей вскочил со своего места, ловко увертываясь от пытающихся схватить его рук.
— Не убивай, не убивай меня Лаврушка, мы же честно играли! — завопил он, убегая к входной двери.
— Честно? Я тебе щас покажу честно, я тебе сейчас все пейсы пообрываю. Стоять! — рассвирепел Лапа, гневно приближаясь к еврею.
— Не надо мне ничего, бери себе все, ты выиграл, выиграл! — умоляюще причитал еврей, пытаясь открыть замок.
Лапа подошел совсем близко, уже занося руку для удара. Замок на двери поддался и еврей силой распахнув дверь, стремглав помчался по коридору, со всей мочи вопя: «Помогите! Убивают!».
На вопли убегающего еврея в дверях появился молодой человек с сильными мускулистыми руками, столь широкий широкий в плечах, что практически касался обоих косяков двери.
— Что за крик, а драки нет? — сурово осматривая Лапу произнес он.
Лапа моментально ссутулился.
— Ничего, гражданин начальник, — заискивающим тоном ответил он.
— Я тебе не начальник, — презрительным тоном сказал молодой человек.
— Так точно, товарищ командир, — все более пресмыкающимся тоном произнес Лапа.
Молодой человек вошел в комнату и окинул ее брезгливым взглядом.
— Здорово, а ты что здесь делаешь? — заметил он Макса. — Вроде нормальный с виду, а с этим отребьем водишься. Не с ними?
Макс отрицательно покачал головой.
— Тогда пойдем, нечего здесь делать.
Молодой человек развернулся и вышел из комнаты, Макс последовал вслед за ним. «Ты нас не знаешь» услышал Макс тихий шепот склонившегося в учтивой позе Лапы.
Оказавшись в коридоре, молодой человек обернулся к Максу:
— Ну, давай знакомиться, меня Сергей зовут. А тебя как?
Макс назвал свое имя.
— Максим, значит. И как тебя угораздило, Максим, оказаться в логове этой кодлы?