Олимп
Шрифт:
– Плоховато, – нахмурилась будущая мать.
Ханна шагнула к огню, который постоянно горел у Ямы.
– Дорога на остров занимает четверть часа в один конец. Машина не может лететь быстрее.
– А соньер добрался бы меньше чем за минуту, – вмешался Лоэс, один из самых вспыльчивых членов общины. – Минут через десять мы все были бы на месте.
– Но у нас нет соньера, – бесцветным голосом произнесла бывшая хозяйка особняка и невольно покосилась на юго-запад: там, за рекой, в гуще лесов поджидали своего часа пятьдесят
Никто был прав. Даже если перенести всех людей на остров, серые твари нагрянут через несколько часов или даже минут. Несмотря на то что факс-узел Ардиса по-прежнему не работал (двое дежурных проверяли его днем и ночью), войниксы как-то ухитрялись факсовать. Похоже, поняла Ада, колонистам уже нигде не укрыться от горбатых убийц.
– Давайте займемся ужином! – воскликнула она, заглушая тягучий холодный голос отродья Сетебоса, опять пронизавший головы всех присутствующих:
– Мамуля, папуля, мне пора выходить. Откройте решетку, папуля, мамуля, не то я сам управлюсь. Я уже сильный. И очень голодный. Мы скоро встретимся.
Греоджи, Даэман, Ханна, Элиан, Боман, Эдида и Ада просидели за разговорами до поздней ночи. Над их головами, как и всегда, безмолвно вращались экваториальное и полярное кольца. Большая Медведица низко висела над северным горизонтом. Лунный серп выглядел маленьким, как белая лунка на ногте.
– Думаю, завтра на рассвете мы позабудем затею с островом и начнем эвакуировать людей на Золотые Ворота Мачу-Пикчу, – сказала супруга Хармана. – Надо было так и сделать недели назад.
– За это время дурацкий плот как раз добрался бы до Золотых Ворот, – ввернула ее подруга. – К тому же он может поломаться и вообще не долететь. Никто еще устранил бы неисправность, а так пассажиры окажутся в ловушке.
– А если машина сломается здесь, то нам всем наступит конец, – произнес Даэман и, вдруг испугавшись за побледневшую брюнетку, осторожно взял ее за плечо. – Ханна, ты великолепно управлялась с плотом, но эта технология выше нашего понимания.
– Разве мы хоть что-нибудь понимаем в технологиях? – пробормотал Боман.
– Самострелы, – подала голос Эдида. – Мы стали чертовски хорошо разбираться в изготовлении самострелов.
Ни один человек не засмеялся в ответ.
Несколько минут спустя Элиан проговорил:
– Расскажите еще раз, почему это войниксы не могут забраться в жилые пузыри вашего хваленого Моста на Мачу-Пикчу.
– Жилые пузыри висят подобно гроздьям винограда на лозе, – начала Ханна, долее всех остававшаяся в тех местах. – Они соединяются между собой и покрыты чем-то вроде прозрачного пластика. Сверху – какое-то силовое поле, созданное либо учеными Потерянной Эпохи, либо самими «постами». Серые твари с него просто скатываются.
– Чем-то похожим были покрыты окна вездехода, на котором Сейви вывезла нас из Иерусалима в Средиземный
– Хотел бы я повстречать этих калибано, – проворчал Элиан. – А то и самого Калибана.
Губы и прочие черты лица лысого мужичины указывали на его силу и врожденное любопытство.
– Нет, – мягко ответил сын Марины. – Ты бы вряд ли обрадовался такому знакомству. Особенно рандеву с Калибаном. Можешь поверить на слово.
Наступившую тишину нарушил Греоджи, высказав то, о чем все думали:
– Придется тянуть соломинки… Или что-то в этом роде. Только четырнадцать из нас полетят к Золотым Воротам. С собой захватят лишь оружие, воду, минимальный запас еды. Можно и по пути поохотиться, зато людям хватит места. Все прочие останутся здесь.
– То есть выживут только четырнадцать из пятидесяти четырех? – проговорила Эдида. – Как-то несправедливо получается.
– Ханна полетит среди первых, – продолжал мужчина. – Если путешествие удастся, она вернется на небесном плоту за другими.
Подруга Ады мотнула головой.
– Греоджи, ты мог бы с таким же успехом управлять этой штукой. Невелика хитрость, я научу ей любого. Так что мое участие в первом полете вовсе не обязательно. К тому же вы догадываетесь… вы знаете, что второго просто не будет. Посудина не в том состоянии. Войниксы все прибывают. Сетебос растет и крепнет с каждым часом. Те, кому достанутся четырнадцать коротких соломинок или длинных соломинок – не важно, – получат надежду выжить. Остальные погибнут здесь.
– Все решится, как только рассветет, – заключила супруга Хармана.
– Возможно, будет бой, – заметил Элиан. – Люди рассержены, голодны, они в отчаянии. Не каждый согласится тянуть жребий по такому серьезному вопросу. Им легче захватить плот, нежели ждать позволения сесть.
Ада кивнула.
– Даэман, отбери себе десять людей, пусть окружат летучую машину еще до того, как я созову совет. Эдида, собери с друзьями сколько сможете бесхозного оружия.
– Сейчас большинство спят в обнимку с винтовкой, – ответила блондинка. – Даже из рук не выпускают.
Бывшая хозяйка имения снова кивнула.
– Сделайте что сумеете. Я поговорю с колонистами. Объясню им, что это единственный выход.
– Проигравшие потребуют в лучшем случае перенести их на остров, – сказал Греоджи.
Боман кивнул.
– Я бы с радостью. Так и сделаю, если вытащу не ту соломинку.
Ада испустила вздох.
– Не поможет. На острове, здесь ли – какая разница, где умирать. Войниксы и туда нагрянут через пару минут, едва лишь мы останемся без защиты Сетебоса. Но это придется сделать. Сначала перевезем всех желающих на середину реки, потом отпустим лететь к Мосту тех, кому повезет.