Олигарх-подкаблучник
Шрифт:
— Я не верю, что она могла ЭТО сделать! — попыталась возразить Леся.
Бесполезно. Кирюша был безутешен.
— Ее арестовали! Арестовали за убийство моей матери. Так или нет?
— Да, — были вынуждены подтвердить подруги.
— Вот видите.
Глаза Кирюши снова были сухими. Но голос его звучал надтреснуто и печально. Да, тяжело приходится парню. Любимая женщина убила другую его горячо любимую женщину. Как жить дальше с таким грузом? Как посмотреть в глаза одной и как вымолить прощение у призрака другой?
— Оставьте
— Да, да. Разумеется. Мы тебя понимаем.
И потрясенные подруги, осторожно ступая, словно шли босиком по острым осколкам, выбрались за дверь. На прощание они попытались потрепать и дружески тронуть Кирюшу за руку, но он ответил им таким тяжелым взглядом, что подруги сочли за лучшее просто уйти. Молча.
Глава 15
Только оказавшись на улице, подруги немного пришли в себя. Те ужасные темные и мрачные чувства, которые испытывал сейчас Кирюша, буквально подавляли их. Но на улице стало чуть лучше. Все-таки солнце, снег лежит, люди ходят. Одним словом, кто бы там ни убил Лидию Алексеевну, а жизнь вокруг продолжается.
— И куда нам теперь? — спросила Леся, когда они немного отдышались после разговора с Кирюшей.
— Помнишь, что сказала Леночка?
— Что?
— Сегодня похороны Сары.
— Наверное, мы уже опоздали.
— Глупости! Похороны — это не сеанс в кино. Когда придем, тогда и придем.
— Мы одеты неподходящим образом.
— Купим пару черных платков или шарфики. И дело с концом. Никто сейчас не придерживается строгого траура. К тому же Сара не была нам близкой родственницей или подругой.
У метро подруги купили себе два черных шарфика, а Леся еще и перчатки. Не потому, что собиралась демонстрировать их на поминках, просто перчатки были отличного качества, мягкие и шелковистые на ощупь.
— Сносу им не будет, — сказала продавщица, тут же отворачиваясь к другим покупателям. — Из лайки!
— Неужто? — удивилась Леся, которая считала, что это кожа отличной выделки и стоить сущие копейки точно не может.
Но продавщица была уверена в своей правоте:
— А то! Конечно, из лайки. А они, знаешь, какие живучие?
— Кто? — изумилась Леся еще больше.
— Лайки эти! За полярным кругом ведь псины живут. Весь год в нартах бегают, да на снегу спят. Здоровенные псины! У моего дядьки была одна такая. Он с ней на медведя в тайгу ходил. Здоровенная тварь.
— Кто? Медведь?
— Медведь, само собой, тоже! Но я про собаку говорю! Про лайку! Никогда бы не подумала, что у такой собачищи может быть такая тонкая шкура. Или они эти перчатки из щенков шьют?
Фраза про щенков вконец доконала Лесю. Она даже попыталась вернуть перчатки назад, но продавщица заорала:
— Пробитый товар назад не берем! Ишь, чего удумали! Товар без всякого брака. Лайка самой чистой породы! Купила — носи и радуйся!
Кира потащила подругу подальше от
— Успокойся ты! Вовсе не из собаки эти перчатки. И не лайка это вовсе. Просто кролик, только очень хорошей выделки.
Но и кролика Лесе было жалко. Вообще, нервы у нее расшатались. А тут еще Эдвард Карапетович надумал звонить, намекая на то, что они вроде бы договорились с дорогой Лесенькой. Он свое обещание выполнил, с женой поговорил, о разводе той намекнул. Пора бы и Лесеньке тоже проявить свое желание и заинтересованность в их отношениях.
— Поужинаем сегодня в ресторане?
— Хорошо, — согласилась Леся, лишь бы отвязаться. — Вечером обязательно поужинаем.
А положив трубку, набросилась на подругу:
— Ты меня в эту историю впутала, ты и выпутывай! Этот Эдвард Карапетович просто похотливый удав! Так и обвивается, так и обвивается вокруг меня!
— Не беспокойся! Все будет в порядке.
— Ты уже придумала, как нам от него отделаться?
— Пока нет, но до вечера обязательно придумаю.
— Если не придумаешь, я с ним в ресторан не пойду! — предупредила ее Леся. — Я — честная девушка. И с мужиками, которые мне не нравятся, по ресторанам только для того, чтобы полопать на халяву, не хожу. У меня свои принципы!
— Твои принципы останутся при тебе. А Эдвард Карапетович получит по заслугам. Это я тебе обещаю!
На похороны Сары собралось много народу. Многие пришли в черном. И уж точно какой-то элемент темного цвета в одежде у всех присутствовал. Быстро обмотав шарфиками головы, подруги скользнули в толпу. Действовать следовало быстро. Шарфики были шерстяными. Так что в тепло натопленной квартире сразу же стало жарковато.
— Принесем свои соболезнования и уйдем!
Но быстро уйти не удалось. Подруг усадили за стол, налили им водки и даже слушать не стали, что они за рулем.
— Раз пришли, нельзя не помянуть рюмочкой. Хоть несколько капель пригубьте, Саре на том свете приятно будет.
В общем, поминки шли по четко организованному плану. Оказалось, что в семье Сары есть множество непривычных подругам обычаев, как следует провожать в последний путь близкого человека. За столом не было ни ножей, ни вилок, только ложки. И то почему-то алюминиевые. Блинов не было, вместо них лежали круглые печенюшки из пресного теста, которые надо было заедать медом.
— Чтобы Саре на том свете сладко жилось.
Учитывая, что есть эти смазанные медом печенюшки следовали с обычным рассольником, обычай подругам не понравился. Но дело-то не в еде. Главное, что поминали гости Сару добрыми словами. А затем мать Сары вынесла из дальней комнаты ворох тряпья и принялась оделять всех собравшихся подарками от имени покойницы.
— Возьмите на память от Сарочки, — говорила она, протягивая каждому гостю какую-то вещь, явно принадлежавшую ранее погибшей девушке.
— Странный обычай, — прошептала Леся. — Дарить вещи покойницы!