Олигарх-подкаблучник

Калинина Дарья Александровна

— Что вы там все шепчетесь? — капризно поинтересовался у подруг Гога. — Что за Сенька? Он ваш знакомый? Шапку потерял?

— Гогочка, а с тобой в последнее время ничего странного не происходит?

— Со мной? Нет.

— Никто за тобой не следит?

— Не замечал.

— Странные люди по телефону тебе не звонят?

— Нет.

— А девушки?

— Эти — да! — расплылся в довольной улыбке Гога. — Эти постоянно звонят. Только ничего странного в этом нет. Я есть я!

И он снова расправил свои плечи. Самовлюбленный

павиан! В комплекте с толстым папиным загашником. Как же подруги его сейчас презирали! Ни одного дня не работал, ничего полезного в своей жизни не сделал, только ел, пил и спал. А думает, что весь мир у его ног.

— Нет, Гога, ты не понял. Именно эти две девушки тебе в последнее время не досаждали?

— Маринка с Лидой, что ли?

— Да.

— Нет. Маринка моего нового телефона вообще не знает. Ха! Лида, кстати, тоже! Я ведь свой пятый мобильник посеял, когда с ней расстался. Ну, и поменял на новый.

— Посеял?

— По правде сказать, я его продал, — пустился в откровенность Гога. — А чего скрывать-то? Отец у меня сквалыга. Вот и приходится изворачиваться.

Скажите тоже, Лида не знала его телефона. Можно подумать, большое дело его телефон узнать! Тоже агент секретной безопасности нашелся!

Проблема была не в том, чтобы выяснить номер. А в том, чтобы дозвониться до самого Гоги. Но ведь подруги нашли его. Значит, Лида с Маринкой при должном упорстве тоже бы его нашли.

— Не-а, — помотал головой Гога. — Не появлялись они.

Кира с Лесей оказались в тупике. Вот они нашли парня, чьи фотографии были в сумках у Лиды и у Маринки. И что дальше? Что им делать с этой информацией? Как прилепить этого парня к кражам сумок и к убийству Лидии Алексеевны? Чтобы Гога отправился убивать пожилую женщину? Нет, он и сумку у старушки спереть не способен. Совершенно аморфная личность.

Все это настолько не укладывалось ни в какие рамки, что даже буйная фантазия подруг спасовала. Верней, рисовавшиеся перед ними возможности были настолько невероятными и фантастическими, что никак не годились для реальной жизни. Например, версию о том, что Гога — это на самом деле никакой не Гога, а очень хорошо замаскировавшийся шпион иностранной разведки, сделавший себе пластическую операцию, убивший настоящего Гогу и занявший место папенькиного сынка, и вот теперь он гоняется по городу за сумками производства КНР, подруги отбросили без всякой жалости.

А сам Гога решительно, ну просто решительно никаких версий не подбрасывал подругам. Известие о том, что до недавнего времени его фотографии пребывали в сумках его прежних подружек, он воспринял со снисходительной иронией.

— Дуры они! Обе! Небось надеялись, что я к ним вернусь когда-нибудь. Ха-ха! Да у меня таких девчонок пяток на пучок!

Оставалось предположить последнее. Гогу пытались подставить. Таким вот немыслимо странным окружным путем, но пытались.

— Гога, а у тебя есть враги?

— Да вы чё?! —

вытаращил на них глаза Гога. — Меня все любят!

— А у твоего отца?

— У него — да, у него есть. А как вы думали, в бизнесе без этого нельзя!

— А не могут эти враги подкапываться под тебя?

— Да с какой стати? Похитить меня, что ли, захотят? Так сразу вам скажу, этот фокус у них не пройдет.

— Почему?

— А не даст им за меня отец бабла! Больше — точно не даст.

— Больше? Так тебя уже похищали?

— И не один раз! — хмыкнул Гога.

— Да ты что?

— Ага! Первые два раза батя им, ясное дело, заплатил. А в третий насторожился.

— И что?

— Что, что. Проследил. А я разве знал, что он такую подлую штуку выкинет? Не знал. Ну и спалился по-глупому.

Оказалось, что мальчик Гога, почувствовав некоторое стеснение в материальных благах, исходящих от его родителя, просто-напросто сам себя похитил. Дело было совсем нехитрое. Ему даже не пришлось особо напрягаться. Снял себе квартирку на пару недель, а потом якобы от лица похитителей послал родителям письмо, в котором сообщал живописные подробности, которые произойдут с их сыном, если они не раскошелятся.

— Зря на целых две недели хату снял. Столько ждать и не потребовалось. Родитель в первый же день деньги на счет перевел. Любит он меня, зря я на него напраслину возводил.

Все-таки обучение в экономических вузах дало Гоге некоторую платформу. Во всяком случае, связываться с наличными он не стал. И торопиться снимать деньги со счета тоже. Перевел его через Интернет в одну оффшорную зону, потом в другую, а потом взял выручку и вернулся к своим обрадованным родителям. Целый и невредимый.

И во второй раз у него все получилось отлично. А вот в третий не повезло.

Подруги слушали и мотали на ус. Эге, да этот тюфяк только на первый взгляд кажется таким увальнем и никчемным лодырем. Когда дело доходит до наживы, он может проявить и ум, и изобретательность, и дьявольскую смекалку. Так, может быть, афера с сумками тоже его рук дело? Но зачем ему это надо? Господи, зачем?!

— Слушай, а Лида с Мариной тебе про свою подругу Леночку ничего не рассказывали?

— Про Ленку? — равнодушно пожал плечами Гога. — Да чего мне про нее рассказывать? Я с Маринкой через Ленку и познакомился!

Вот это да! Вот это улов! Какой сегодня счастливый для подруг день! Оказывается, и этот красавчик тоже входит в круг общения Леночки! Пусть и не в самый близкий, но как знать, как знать. Поистине, тесен мир.

— Слушай, а ты ее откуда знаешь?

— Леночку?

— Да!

— Так сеструха моя с ней тусуется.

— У тебя есть сестра? Младшая?

— Не-а! Старшая. Да и не она одна. Еще и постарше ее сестра есть. Но та уже замужем. Ей с Ленкой тусоваться и по клубешникам ходить недосуг. Да и муж ей ревнивый попался. Одну никуда не пускает.