Ольга. Часть 2
Шрифт:
Крупнокалиберная, стальная, бронебойно-зажигательная пуля Б-32, вместе с осколками бронированного стекла попала в лицо водителю «Ханомага» и, снеся ему полчерепа, полетела дальше, разыскивая следующую жертву в тесно набитом кузове. Нога водителя соскользнула с педали газа, а мощный низкооборотистый 4-х литровый мотор, не получая питания, резко притормозил движение машины, которая, наткнувшись на очередную
Пока гранатометчики ставили личные рекорды по бегу на семьдесят метров, немецкие солдаты успели открыть задние дверцы бронетранспортера и начали вываливаться наружу, но это им не очень помогло. Одна из гранат, брошенных чересчур сильно и под довольно острым углом, рикошетом от противоположного борта, через открытые задние дверцы выпала на землю, как раз на солдат, успевших выскочить и залечь. После прогремевших взрывов, гранатометчики подбежали к распахнутым задним дверкам и автоматным огнем добили всех шевелящихся, как на земле, так и в кузове.
Автор удачного броска потом с пеной у рта доказывал товарищам, что это была не счастливая случайность, а тонкий расчет. Успокоился он лишь после обещания лейтенанта подать представление о награждении обоих спринтеров.
Одну лошадь все-таки тяжело ранили, и пришлось добивать. Ее затащили в кузов «Ханомага», туда же забросили трупы и оружие убитых немцев. Хорошо, что один из сержантов умел водить грузовик. Его посадили за руль бронетранспортера. Еще двое бойцов погнали за ним трофейных лошадей. Они должны были загнать транспорт в ближайший лесок, там собрать трофеи: оружие, форму, боеприпасы, коня освежевать (не пропадать же добру), навьючить все на это добро на трофейных лошадей и двигаться на временную базу взвода.
Перед этим привести транспорт в полную негодность, но без огня и дыма. Лейтенант дал по этому поводу руководящие установки. При работающем двигателе, выстрелить из карабина в дно картера.
Лейтенант Копытов с остальными бойцами остался. Только перебрался метров на двести ближе ко второму полувзводу. Как говорится, от добра, добра не ищут. Задумка с засадой в чистом поле оказалась удачной, для врага неожиданной. Да и сколько усилий вчера потрачено, чтоб закрепить свежесрезанные колосья еще зеленоватой пшеницы в специальные, многочисленные затяжки на маскхалате.
День длинный и только начался. Наверняка кто-то еще приедет. Он не знал, успел ли уничтоженный дозор что-то передать по рации, но искать будут в любом случае. Да и кони немецкие больно хороши. Ради таких коней и рискнуть можно. Вряд ли на розыск вышлют подразделение суммарной численностью больше взвода, а если и больше, никто же не заставляет на него сразу нападать. Пойдут по следу бронетранспортера, там разделиться придется, «Ханомаги» по лесу не ездят. Если пустят кавалеристов по следу, тут уже их в лесочке лейтенант Копытов и его взвод ждать будут. А чтоб взвод успел, сержант сейчас выписывает на трофейном транспорте изрядный крюк, вместо того, чтоб двигать в лесок по прямой.
«Финны, те похитрей немцев будут. В кошки-мышки играть сразу умели… получше нас… дорого поначалу за науку платить пришлось. По сравнению с финской, тут курорт, тьфу, тьфу, тьфу, чтоб не сглазить… в поле, на солнышке, это тебе не в снегу, на морозе…»
Лейтенант уже доложил ротному о первой стычке без потерь, трофеях и своем решении. Ротный одобрил и обещал информировать о передвижениях противника, как только получит информацию от других подразделений.
А первый день войны только-только вступил в свои права, и было еще безумно долго до его окончания. В Москве и в Берлине, высшие руководители страны и армии с нетерпением ожидали первых сообщений, торопили штабы армий с подготовкой информации о первых часах и результатах боестолкновений на пространстве от Черного до Балтийского моря…