Олеся
Шрифт:
– А Петька? Ты его любишь?
– Петя, - я вздохнула.
– Там все тоже не просто.
– Какая у тебя жизнь, оказывается, сложная, - съехидничала Лилька, но без злобы, необидно.
– В последнее время, даже слишком, - пожаловалась я.
– Мне иногда кажется, что все идет помимо моей воли, само собой. И с одной стороны, мне это не нравится, а с другой - сил сопротивляться нет.
– Тебе надо встряхнуться, -
– Например, в клуб сходить, - съязвила я.
Лилька рассмеялась.
– Давай уже забудем про клубы. Но ты чего-нибудь придумай.
– Я уже знаю, чем развлекаться буду сегодня, - кровожадно заявила я.
– Чем?
– поинтересовалась Лилька.
– Петьке мозг буду вправлять на законное место, а потом при встрече и второму сообщу, что бои во имя дам, в наше время, это пошло и никому не нужно.
– Ты думаешь, Петька даст читать себе нотации?
– А кто его спрашивать будет?
– удивилась я.
– Ты так о нем говоришь, словно это другой человек. Не такой, каким я его себе представляла.
– Так вы спорите все время, подкалываете. Вы нормально разговаривали хоть раз?
– хмыкнула я.
– Не доводилось.
– Он нормальный парень, без заморочек, которые на публике демонстрирует. Будь у него понты, он бы ничего не пытался добиваться сам, укатил бы к папе.
– А отец не здесь живет?
– Нет, отец в Москве, а мама, когда они развелись, вернулась сюда, она выросла в этом городе. Отец им квартиру купил. Вот они и живут здесь.
– А зачем к отцу?
– Ну, там фирма у него своя, да и в Москве вроде как круче. Только Петьке этого не надо. Говорю же, он нормальный парень, хотя и ведет себя иногда как кретин, - закончила я, вспомнив про драку.
– Своя фирма, - пробормотала Лилька, рассеянно поглаживая щеку, и потеряно глядя в пространство.
– Вот значит как.
– Ага, - кивнула я.
– Лиль, я поеду, раз уж прогуливаю пару. У меня ещё планы на вечер.
Лилька продолжала о чем-то напряженно думать, и попрощалась рассеянно. А я отправилась домой.
Петька ждал в машине. Мы и так немного опаздывали - он задержался на работе.
Увидев его лицо, я сначала ойкнула, и потянулась приласкать, а потом вспомнила, почему губа разбита, и ссадина на скуле и сурово спросила:
– Это что?
– Привет, я тоже рад тебя видеть, - он потянулся ко мне, но
– Петька, это что такое?
– А ты не видишь?
– Хорошо, поделись, откуда такое украшение.
– А где же сочувствие? Утешение? Твой мужчина тут с боевыми ранами, - начал паясничать он.
– Ты...
– зашипела я.
– Раненый... на всю голову... Ты что вытворяешь?
– А что я вытворяю?
– Петька, - я посмотрела серьезно, чтобы понял, что время шуток прошло.
– Рассказывай.
– Олесь, - он все-таки меня схватил и попытался обнять.
– Это мои дела, чего мне тебя ими грузить.
Значит так, в партизан играем?
– Петь, а твои дела не Эльмиром случайно зовут?
Петька нахмурился.
– Откуда ты знаешь?
– Блин, да уже кто только не знает! Кроме меня! Я как всегда не в курсе!
– я сердито отпихнула его от себя.
– Почему вы дрались?
– Олесь, да это чисто мужские дела.
– Петя, раньше ты не разделял, и все рассказывал!
– Хорошая моя, забудь, - сдается мне, разговор уводят в сторону.
– Ничего страшного не произошло. А вообще мы на день рождения собираемся, ты там будешь сидеть и злится.
– Петька, ты меня целовал, чтобы его позлить, да?
– Я целовал свою девушку, когда мне того хотелось, а то что он это видел, его проблемы. И я не хочу больше об этом говорить, - сердито ответил Рыжик.
Зачем ты меня злишь, а?
– Петь, это, по-твоему, нормально, что я от Лильки узнаю обо всем?
– Да ты с ней, зачем вообще общаешься? Мало тебе приключений в её компании? Она чего лезет не в свои дела?
– Ты прав, - кивнула я.
– Это не её дела, но меня они касаются. И я имею право знать.
– Тебе это не нужно.
Я поджала губы. Вот что за скрытность.
– Не поняла. У тебя от меня секреты? С каких пор?
– С тех пор, как ты моя девушка. Олесь, ты просто положись на меня и все, - если он думал, что такое объяснение меня успокоит, то ошибался.
– Петя, мне это не нравится!
– Олесь, мужчины на то и нужны, чтобы заботиться и опекать.
– А если мне не нужны забота и опека? Я взрослый человек, между прочим!
– Олесь, - он все-таки притянул меня к себе.
– Я ведь тебя и раньше защищал.
– Раньше ты хотя бы спрашивал, нужно ли это.