Оленька
Шрифт:
На лбу Димы выступил холодный пот. Он лихорадочно собирал ветки для костра, к счастью нашлась береста и костёр легко загорелся. Вдруг он увидел предмет выпавший из мастерки Ольки во время борьбы. Дима поднял складной нож. Он тебе больше не понадобится. Он положил его к себе в, карман.
“Вот ты и усугубил своё положение!" — подумала Олька.
— Оль, ну как ты?
Димка присел на колени возле Ольки и принялся нежно убирать с лица спутавшиеся,
— Ты знаешь… у меня есть расческа, давай..
— Я сама! — отрезала Олька. Приняв из диминых рук расческу, Олька привела в порядок спутанные волосы. Все же так лучше.
— Ладно, ничего не говори. Послушай, Оль… Ладно давай не будем… Дима присел на колени возле Ольки и прошептал: "Я люблю тебя" И начал продвигаться ближе. Давай мастерку мою постелим…
Идти куда-либо было бесполезно. Телефон сел-пока Дима собирал ветки Олька его проверила, да и на такси в таком виде нельзя, да есть ли с собой деньги у Димки… Олька денег не брала.
Периодически Дима обновлял костёр, подкладыаая новую партию веток.
Всю ночь молодые люди грелись у огня и несколько раз занимались любовью. Олька упорно не желала разговаривать с Димой. Под утро они задремали, но когда забрезжил рассвет, Оля поднялась.
Идем! — отрезала она.
И я пойду одна!
Какое-то время Дима плелся за ней, но видя этот напор, отстал.
— Оль, отдохни, я приду вечером хорошо? Оль, я приду-кричал он.
Как в каком-нибудь американском фильме, Олька должна была повернуться и показать ему фак, однако она, потриая больные места и периодически останавливаясь, чтобы поприличней прикрыться димкиной мастеркой, уверенно шагала вперёд.
Глава 12. Месть
Полиночка прости из-за меня ты не пошла на работу, пришлось меняться…
— Оля, даже не думай, все нормально…
Полина смахнула пару слезинок и сделала над собой усилие, чтобы сдержаться.
— Оля, ну тебе то хуже. Причем здесь моя работа. И вообще они мужики все козлы. Влад не звонил?
— Он только вечером позвонит, у них связь только на горе, ты же знаешь, сегодня похороны, ему не до меня… Вот после поминок и всех дел, он сходит на гору…
— Блииин, Дима… Надо же, подкараулил, когда Вадима в городе нет, у человека горе, бабушка умерла. А он! Оля ну зачем ты пошла за мной!
— Полин… Ну понимаешь, я чувствовала, что Влад не придет. А я знаю, ты плакать будешь. Идти и плакать. Знаю, как тебе будет тяжело… Думаю, если всё-таки он придет, я тихонько развернусь и уйду… Ведь для чего
— Ну что ты, Оля. Блин бывает конечно. Мы же всё-таки созвонились и встретились. И сюда пришли, а тебя нет. И телефон молчит. Где тебя искать… Я же знаю, что Вадима в городе нет. Всю ночь не спала, переживала.
Девчонки обнялись и обе заплакали навзрыд. Наплакавшись вдоволь, Полина предложила:
— Оля, давай выпьем!
— Ты что, милиция приедет…
— А точно. Блин.
— После милиции. Пива. Я бы выпила.
— Оль, давай я Кукой сгоняю. И я, ещё с мамой разговаривала сегодня, она посоветовала синяки мазать троксевазином.
— Только деньги возьми у меня из сумки. Свои не трать.
И пива сразу возьмешь? В холодильник уберем, чтобы не бегать.
— Да, давай.
На кинув куртку, Полина выскочила за дверь.
Олька сняла маску и принялась с довольным видом прибираться в квартире. В прихожей она взглянула на себя в зеркало. Лицо было и правда в синяках, почти вся левая сторона, куда попадали удары. В синяках были и запястья, которые Дима сжимал с неимоверной силой. Правая рука пострадавшая при падении слушалась плохо. Не перелом, но вывих хороший. Завтра нужно идти к хирургу.
И все же Олька осталась довольна собой. Она сплавила такого мешающего персонажа. Полина… пусть ещё пока поживет. В конце концов можно придумать что-то ещё… Торопиться некуда. Пока можно построить мелкие козни. Придумается. Хы-хы. А Дима придет, сегодня, обязательно.
***
Около 9 часов вечера Дима пришел к Олькиному дому. Он очень волновался, простит или нет. Значит ли ночная близость что-нибудь? Вернее не так: значит ли это что-нибудь для такой как она?
Возле дома его уже ждали.
— Молодой человек, вы арестованы по подозрению в изнасиловании. Пройдемте.
Дима поднял глаза на милое окно.
Олька мелькнула в проeме и торопливо скрылась за шторой. Больше никогда Дима её не видел.
Олька за этот день успела, написать заявление в милицию, пройти медэкспертизу, поплакать на руках у Полины и еще раз занять пьедестал почёта лучшей подруги, а также убедить милиционеров, что Дима придет, ведь он её постоянно преследовал. Дело сделано. Она чувствовала себя победителем, пусть и в другой номинации. Вместе с победой пришло и долгожданное удовлетворение.