Окольный путь
Шрифт:
Он склонился вперед и в предвкушении потер руки.
— А теперь расскажи мне о нем.
После того как Велисарий закончил говорить, Иоанн какое-то время неотрывно смотрел на него.
— Ты все равно что-то от меня скрываешь, — объявил он. — Я не верю, что эти твои… видения, если пользоваться твоим термином, просто появились из ниоткуда. За ними кто-то или что-то стоит.
Велисарий кивнул.
— И ты не собираешься назвать мне, кто? По крайней мере, сейчас.
Велисарий снова кивнул.
Иоанн нахмурился и отвернулся. Несколько секунд спустя
— Ладно, это я переживу. По крайней мере пока, — сказал он.
Он погладил бородку.
— Но есть еще один вопрос, на который я должен получить ответ. Сейчас. Заговор направлен против власти? Против императора?
Велисарий твердо покачал головой. Иоанн во все глаза уставился на него.
— Поклянись, — велел он. — Я знаю твою репутацию, полководец. Если ты мне поклянешься, мне этого достаточно.
— Я клянусь тебе перед Богом, Иоанн Родосский, что заговор, частью которого ты также являешься, не направлен против императора Юстиниана.
— Но он про него ничего не знает? — с разбойничьей улыбкой спросил Иоанн.
— Нет.
— А императрица?
— Нет. По крайней мере, пока нет.
Иоанн встал и принялся ходить из угла в угол.
— Хорошо. Пусть так пока все и остается. В особенности в том, что касается Юстиниана. — Морской офицер скорчил гримасу. — Такой подозрительный тиран.
Мгновение спустя Иоанн снова надул щеки и посмотрел на верстак.
— Хотя, учти, тут пока особо и скрывать-то нечего. Столько темных мест, так мало стоящего…
— У тебя вообще нет никаких успехов?
— Никаких… кроме небольших усовершенствований греческих штучек, которые мне сюда доставили. Знаешь такие, стреляют огнем во время морского боя? Но ничего, что может хотя бы отдаленно подходить для сухопутной битвы.
Велисарий поднялся.
— Давай выйдем на улицу, я хочу, чтобы ты кое с кем познакомился, — предложил он.
Не обнаружив аксумитов в доме, Велисарий решил, что их следует искать в казармах. И оказался прав.
Казармы кишели солдатами, в особенности огромный зал, который бывшая владелица усадьбы использовала для официальных обедов. Солдатам новые «казармы» нравились. Фракийцы наслаждались роскошью с момента появления в усадьбе. Но сейчас все были увлечены турниром, проходившим в центре зала.
Увидев Велисария, люди из его ближайшего окружения расступились, чтобы он мог видеть стол. Велисарий осмотрел происходящее и раздраженно вздохнул.
Гармат, к его чести, очевидно старался держать ситуацию под контролем. Как и Маврикий, конечно. И двое солдат из сарва Дакуэн вели себя традиционным образом — так, как ожидается от опытных ветеранов, окруженных другими, незнакомыми ветеранами. Вежливо. Осторожно.
Но принц, к сожалению, был молодым человеком, полным гордости, и горел желанием себя показать. Не все фракийцы, входившие в отряд Велисария, были так же опытны, как Анастасий и Валентин (которые, как заметил Велисарий, с дружелюбным видом развалились на стульях поблизости). Нет, в окружении полководца имелось и много молодых людей, большинство которых так же, как и принца, переполняло желание себя показать. Их нисколько не смущало его монаршее происхождение.
В этом желании — проверить,
Причина для растущего недовольства была очевидна. Кулак фракийского парня по имени Менандр грохнул по столу. Менандр буркнул что-то в ярости и отвращении. Темное же лицо принца Эона озаряла улыбка. Оглядываясь вокруг, Велисарий понял, что по крайней мере трое фракийских парней уже побеждены аксумитом. И очень этим недовольны.
Он снова вздохнул. Во время путешествия из Константинополя в Дарас Велисарий нашел принца обаятельным парнем. После того как Эон справился с некоторой отчужденностью, которая, как знал Велисарий, являлась лишь способом поддержания достоинства в море иностранцев, принц показал себя умным и добродушным. Ему даже удалось — после нескольких подзатыльников давазза — перестать таращиться на Антонину. Он прекрасно поладил с Ситтасом и, к удивлению полководца, даже еще лучше поладил с Ириной. Высокомерная манера поведения аксумита скрывала острый ум, который очень понравился начальнице шпионской сети.
Но… он все равно был еще чуть больше чем ребенком и необычно гордился собственной силой.
Велисарий уже видел обнаженного по пояс Эона, поэтому знал о его геркулесовском телосложении. Однако принц оказался слишком явным вызовом для некоторых фракийцев.
— Достаточно, Эон! — рявкнул Гармат.
— Пусть поборется с Анастасием, — потребовал голос из толпы.
— Несомненно, — поддержал Усанас. — Анастасий!
Давазз, сидевший за столом рядом с принцем, широко улыбнулся огромному пентарху. Анастасий зевнул.
— Парень для меня слишком силен. Кроме того, я по природе человек ленивый и меланхоличный.
Принц слегка нахмурился. Анастасий сидел с самым серьезным видом, но… Эон почувствовал, что в отказе Анастасия скрывается насмешка. Давазз тоже ее почувствовал и привлек к ней всеобщее внимание. Его улыбка стала еще шире.
— О! Не надо над нами насмехаться! Что за притворное самоуничижение? Это большое оскорбление для королевского достоинства молодого принца! Принц теперь должен защитить свою честь!
Велисарий решил, что пришло время вмешаться.
— Достаточно, — скомандовал он. И сурово посмотрел на давазза. — Кажется, твой долг — удерживать принца от глупостей.
Усанас удивленно посмотрел на Велисария.
— Полная чушь! — воскликнул он. — Невозможно удержать молодого человека королевской крови от глупостей. Это то же самое, что удержать крокодила от поедания добычи.
Усанас грустно покачал головой.
— Ты, Велисарий, — великий полководец. Вот и занимайся своим делом. Давазз из тебя получился бы ужасный.
Улыбка вернулась на его лицо.
— Единственный способ научить принца не делать глупостей — это одобрять и провоцировать ошибки. — Он развел руками. — Если руку этого младшего царского сына, который, вероятно, никогда не станет царем, хорошенько выкрутят, может, это его чему-нибудь научит. Может быть. Может, и нет. Вероятнее всего, нет. Особы королевской крови — дураки по природе. Подобно крокодилам.
Он внимательно оглядел зал.
— Здесь много воинов. Я задам вам вопрос, воины. Как убить крокодила?