Око шторма
Шрифт:
– Откуда ты знаешь, брат?
– Со мной на связь вышел Верховный координатор: он их больше не чувствует, а значит они уже за чертой. Спускайся к нам. Поможешь дотащить раненых…
За чертой. Ну что же – они уже там, оберегают Монолит другим, непонятным нам способом. Вы хорошо сражались. Здесь Вас будет не хватать. Что-то снова внутри протестующе заговорило: «Это и Сенька тоже погиб, не может быть? Только что говорил с ним и вот…» Откуда приходят такие странные мысли? Не «погиб», а «за чертой», и не «Сенька» - а номер два, Сенькой его звали еще до Просветления. И тут, когда шел на соединение с капитаном ХХ, меня как током ударило: вспомнилось мое очень странное
На ходу, проглотив содержимое консервной банки – военный трофей из рюкзаков побежденных, Денис заспешил куда-то по разбитым, местами вообще непроходимым улочкам Припяти. Теперь я видел и воспринимал себя уже как бы со стороны, не в силах ни вмешаться, ни отвернуться – совсем как там, в Рыжем лесу: будто бы смотришь 3D от первого лица и даже слышишь мысли персонажа, но себя осознаешь только временами. Что же случилось, первые два раза я был непосредственным участником действа, а теперь что, просто зритель?
Опять наваждение. Мотаю головой – все, прошло. Кажется, пришел. Вот он, ход в подземелья под городом: ржавая крышка канализационного люка с гордой цифрой, едва проступающей через толстый слой следов, оставленных безжалостным времени. 1986 – год первой катастрофы. С трудом выдираю ее из належанного гнезда – давно этим ходом никто не пользовался. Внизу темнота, но это ничего: я с фонариком. В ноздри сразу ударил прелый запах подземелья. Вспомнил, как когда-то в детстве я обожал прятаться по подвалам нашего микрорайона в… Нет, это все неважно, ни к чему эти воспоминания о животном прошлом. Быстро вниз. Не успел еще толком протиснуться, как в голове зазвучал голос:
– Приветствую тебя, брат. Что привело тебя сюда?
– Ловец, со мною происходит что-то ужасное, я иногда не только мыслю, но и веду себя как животное, а не как тот, у кого есть миссия.
– Так бывает со всеми, лишь сам Монолит не знает сомнений. Возвращайся, все в порядке, я не сержусь на тебя. Придя сюда, ты уже прошел испытание крепости своей веры.
– Нет, здесь все гораздо хуже: я чувствую, что в меня вторглось что-то чуждое, иное. Возможно, что оно хочет навредить Монолиту.
– Хорошо, я осмотрю тебя. Наши враги могли найти способ, как смущать Братьев и превращать их снова в животных. Спускайся, я укажу тебе, куда идти.
Полчаса петляю по запутанной паутине коридоров. Голос Ловца все время указывает мне правильный путь. Как здесь вообще можно передвигаться: ну никаких ориентиров? Чем же это все было раньше? Это точно не канализация – больше похоже на коридоры какого-то подземного комплекса. Вон, среди паутины и пыли угадываются силуэты дверей. На одной даже сохранилась надпись «Ц…нт изу…ния но..ры». Что бы это могло значить? Чем тут занимались?
– Брат, не задерживайся надолго перед творениями людского тщеславия, ты уже успел убедиться в их недолговечности, так к чему цепляться за них? Теперь направо, дверь открыта, тебя уже ждут.
Сворачиваю направо и точно, прямо посреди коридора
– Ловец, помоги мне.
Фигура приветственно кивает мне и исчезает за стеной слева. Там должен быть проход. Дверь легко поддается: она единственный предмет в этом царстве забытия, который выглядит как часть реального мира. В глаза бьет резкий голубоватый свет - сияет сам воздух. Вижу маленькую и абсолютно пустую комнатку – 2х2 не больше. Ловец, как всегда, аскетичен.
– Здравствуй, брат. Слава Монолиту ты добрался. Итак, ты утверждаешь, что некто или нечто вторглось в твой разум, это некто или нечто терзает тебя и склоняет к измене.
Голос звучит уже не в моей голове: теперь он разлит в голубоватом свечении. Как красиво!
– Не совсем так, брат. Это некто или нечто не толкает меня на измену. Просто иногда я веду себя так как не должен вести себя защитник Монолита: помню то, что не должен, испытываю страх и даже ненависть. Временами я веду себя как животное – Ловец, это не просто временные сомнения, что-то хочет погубить меня, сделать не тем, кем я есть.
– Удивительно, но твои поступки говорят об обратном. Это ты пытался спасти братьев от бессмысленного пересечения черты и это было правильно: ведь Монолит очень нуждается сейчас в тех, кто еще не пересек черту. Не твоя вина, что спасти удалось лишь себя самого. Это ты нашел в себе силы, смог преодолеет животный страх и спасти от вероятной гибели еще пятерых братьев, не допустить прорыва неверных в священные чертоги Монолита. Это ты не поддался на соблазн легкой победы – дал неверным шанс на спасение и раскаяние. Это ты своими выстрелами сжалился над тремя из них и позволил присоединиться к братству. Это ты сам пришел ко мне. Где же, скажи, признаки твоей измены?
– Дух, мой дух теперь не только мой. Как будто еще кто-либо сидит во мне. Излечи меня, ибо я ощущаю себя одержимым этим духом.
– Хорошо. Может быть, ты действительно нуждаешься в помощи. Ты согласен пропустить меня в свой разум? Однако учти, это очень болезненно и небезопасно.
– Да-да. Избавь меня от сомнений.
О-о-о. Только не это! Опять они! Прячусь, скорее прячусь. Только зашел посмотреть что да как и такое.
Голубое сияние заколыхалось. В нем появились приятные яркие искорки, радующие глаз. Они стали кружиться в хороводе быстрее, быстрее и быстрее… Как же это прекрасно. Дорога к истине пряма и проста, но почему же тогда все выбирают окольные тропинки? Чьи же это слова? Мозг пронзила тысяча малюсеньких иголочек, стало очень жарко - неприятно, но терпимо. В воздухе разлился тоненький звук: как будто сотни комариков одновременно загудели – режет слух, но и это терпимо. Неожиданно и таинственные хороводы искорок, и маленькие иголочки в голове, и жар, и даже комарики в один миг исчезли. Но зато возник голос, восторженный голос Ловца. Очень странно, никогда не замечал за ним эмоций.
– Свершилось, свершилось!
– Что свершилось, брат? Что-то плохое, я проклят? Мне пора добровольно уходить за черту?
– Великое благо случилось с тобой. Твой разум стоек как никогда. Он настолько стоек, что служение Монолиту пропитало твою душу и не нуждается в постоянной подкормке со стороны малого выжигателя ереси. Ты сможешь вернуть Монолиту его законные земли. Ты сможешь сделать невозможное - снова включить «Великий выжигатель ереси» - неверные зовут его «Выжигатель мозгов».
Я пребываю в недоумении, но нет, Ловец душ никогда не ошибается.