Око Пейфези
Шрифт:
Рон немедленно шагнул вперед.
— Я могу.
— И я, — подхватила Гермиона.
— Вы еще дети, — возразил турок. — Да, уже совершеннолетние, но совсем неопытные.
Гриффиндорцы было возмутились, но вмешался Гарри:
— Он прав, Рон. Это не значит, что я вам не доверяю. Но нам нельзя ошибиться.
Друзья нехотя закивали. Конечно, взрослый маг сможет гораздо лучше исполнить роль Проводника. Это понимали все.
— Мистер Уизли, — попросил Дамблдор, — пожалуйста, позовите сюда профессора МакГонагалл.
Рон
— Скажите, а если участники все-таки окажутся близкими по крови, как это может повлиять на обряд?
— Это очень плохо, — ответил тот. — Если Проводник недостаточно силен, он может умереть. И даже сильный колдун значительно ослабнет — его магия просто начнет перемещаться к Вместилищу, даже если тот будет очень далеко. Пик ослабления наступит примерно через сутки. В это время колдун может почти полностью лишиться магической силы, и будет очень уязвим.
— А Вместилище? — забеспокоилась гриффиндорка.
— Если процесс высвобождения магической энергии пройдет до конца, ему ничто не угрожает. Может не поздоровиться Указующему, ведь он единственный, кто в обряде активно использует собственную магию.
— А как можно остановить процесс? — поинтересовался Гарри.
— Если формула произнесена полностью, то никак и ничем, — ответил турок в разом установившейся тишине. — Можно прервать процесс раньше, если Око в момент высвобождения вдруг окажется не у Проводника, а у другого участника обряда, но в этом случае оно убьет и Проводника, и Указующего, и Вместилище. Как раз это и произошло с Сатией и ее приневоленными помощниками. Эти двое смогли справиться с заклятьем подвластья и сами принесли себя в жертву, прихватив с собой и Пейфези,
— Мохаммед помолчал и глухим голосом добавил: — Еще можно попытаться убить Источник до начала высвобождения магии. Если успеть это сделать, остальные выживут, и процесс будет остановлен.
— Ну, мы такие варианты рассматривать не будем, — успокаивающим тоном произнес Дамблдор. — Нам это ни к чему.
Вскоре вернулся Рон вместе с профессором МакГонагалл. Мохаммед начал объяснять ей порядок обряда, но та нетерпеливо отмахнулась:
— Мистер Дасэби, меня еще успеют ввести в курс дела. Давайте скорее продолжим проверку.
— Хорошо. Дочка, — обратился Мохаммед к Халифе, — просто думай о том, чтобы не причинить никому вреда. Око послушается тебя.
Потом он что-то напевно заговорил, указал палочкой на пол, и там начала появляться пентаграмма, обозначающая позиции участников обряда. Гарри с любопытством приглядывался к чертежу и странным символам. Внимательно следящая за процессом Гермиона поинтересовалась:
— А если участников обряда переставить местами, их роли изменятся?
— Разумеется, — кивнул Дасэби. — Странный вопрос, ханым. Пентаграмму необходимо воспроизвести
— В вашем манускрипте на схеме не отражены названия участников, — заметил Дамблдор, тщательно изучая ветхий свиток с чертежом. — А в копии?
— Нет, и там одни лишь условные обозначения, — ответил турок. — Заметки Сатии сохранились только в нашей семейной книге. Я сейчас все покажу.
Директор поправил очки-половинки.
— Так значит, и у Волдеморта тоже нет расшифровок обозначений?
Дасэби довел последнюю линию и, задумчиво прищурившись, ответил:
— Полагаю, что так.
У Халифы вдруг появилось странное чувство — будто она вот-вот должна что-то вспомнить… Появилось — и пропало.
Готовая пентаграмма замерцала, подернувшись по краям дымкой. Халифа, Гарри, МакГонагалл и Дамблдор по очереди встали на свои места.
— А разве Вместилище не должно располагаться напротив Источника? — снова беспокойно спросила Гермиона. — Почему на этом месте стоит Проводник?
— Как же вы дотошны, ханым, — улыбнулся Мохаммед. — Похвальное качество для будущего ученого, если вы решите избрать эту стезю. Да, согласен, с точки зрения логики схема должна быть именно перекрестной. Но Сатия Пейфези руководствовалась иной логикой. Здесь магия пойдет волной по спирали.
Мохаммед подал Минерве Око, которое тут же слегка засветилось. Заглядывая в свиток, Дамблдор произнес длинную витиеватую фразу. Помещение заволокло туманом.
— Артефакт нагревается, — прозвучал в дымке голос МакГонагалл.
— Все правильно, — отозвался Дасэби. Он хотел добавить еще что-то, но тут свет стал ярче, палочка Дамблдора заискрилась, и от Ока в центр пентаграммы ударил тонкий голубой луч.
— Эй, а мы разве уже начинаем? — раздался голос Гарри.
— Не шевелитесь! — воскликнул Мохаммед. Тут Око ярко вспыхнуло, и участников накрыло легкой, но весьма ощутимой ударной волной. МакГонагалл охнула и осела на пол. Гарри, покачнувшись и не удержавшись на ногах, упал.
— Минерва! Гарри! — обеспокоено воскликнул директор. — Что с вами?!
— Я случайно пошевелила рукой, — с досадой ответила МакГонагалл. — Око нагревается слишком сильно.
— А Гарри оглянулся на мистера Дасэби, — нахмурившись, добавила Гермиона.
— Вот видите, — сказал турок. — Ни в коем случае нельзя двигаться. Это была всего лишь проверка. Во время настоящего обряда всем необходимо будет сохранять полную неподвижность, иначе все может плохо кончиться.
— Обряд проведем завтра в полдень, — объявил Дамблдор. — Рекомендую всем плотно поужинать и хорошенько выспаться. Гарри, — тихо обратился он к Поттеру. — Перед сном не забудь про окклюменцию. Сегодня это особенно важно.
Гриффиндорцы покинули кабинет, не заметив в коридоре юркую крошечную тень, в последний момент успевшую скрыться за углом.