Око Гора

Терстон Кэрол

– А как идут дела у Небет с новым лубком? – поинтересовался я: мы совместными усилиями пытались найти способ удержать шарнир ее бедренной кости в соответствующем углублении, и чтобы девочка в то же время могла двигаться. Теперь, после ее второго дня рождения, когда Небет уже может пройти несколько шагов и когда ей нужно больше свободы, последнее приспособление мы сделали легче и гибче предыдущего, чтобы ее мышцы достаточно окрепли и корсет стал не нужен.

– Она пробует лазить по лестнице в спальню, так что нашему уединению скоро придет конец. – Мена криво улыбнулся: мне известно о его странной привычке спать с женой на одной лежанке всю ночь. Он опустил руку в воду, схватил

свою утку за ноги и перевязал их шнуром, потом бросил птицу в носовую часть лодки к остальным. – В любом случае, Генерал рад, что я останусь и буду присматривать за его женой, если он сделает ей ребенка. Поскольку Царица потеряла очередного младенца, он хочет, чтобы рядом был человек, которому можно доверять. Хоремхеб считает, что дело в ее врачах, хотя я не совсем уверен. – Я знал, что Мена намекает на тот факт, что Анхесенамон зачала первого ребенка от собственного отца, и исход был столь же печален.

Мы подплыли к тому месту, куда должна была упасть моя птица, и вскоре обнаружили, что она бьется в воде, лишь оглушенная. Я даровал ей жизнь и жестом велел Мене плыть в противоход основного канала, где мы снова затаились.

– Ты знаешь, что Царица опять носит ребенка? – через минуту спросил он – тихо, чтобы не спугнуть дичь. Я кивнул, глядя на заросли камышей, которые колыхались, как созревшая пшеница на утреннем ветерке. – Может, в этот раз лучше пойдет. Я слышал, что Рамос предложил Фараону услуги своего врача, он клянется, что этот человек способен извлечь любого ребенка живым, если это вообще возможно.

– Не мне судить, кого Рамос выберет…

– Он говорит, что имя этого врача Сенахтенра. Он тебе не сообщил?

– Мне… ухаживать за Царицей? – запнулся я, ибо не был уверен, что правильно его понял.

– Шери говорит, что по настоянию своей младшей сестры Анхесенамон собиралась позвать тебя прежде, чем это предложил жрец.

– Асет? – Должно быть, я выглядел как деревенский болван, потому что Мена разразился хохотом, так что наш тростниковый ялик закачался. Такая лодка идеально подходит для стоячих прудов и болот, но поскольку у нее нет киля, она крайне неустойчива. – Дорого тебе обойдется твой смех, если опрокинешь добычу в воду, – напомнил я, зная, что Мена не захочет потерять свое любимое блюдо.

– Шери настаивает на том, чтобы ты посетил праздник, который мы готовим для Генерала, дабы пожелать ему удачи в предстоящей кампании.

Мена живет неподалеку от дворца, и это место для меня такое же чужое, как земли, лежащие за Красным морем.

– Я искренне тебе благодарен, но мне неловко среди высокопоставленных лиц, да и им со мной неинтересно.

– Тогда тебе придется прятаться в толпе, пока Царица и Тутанхамон не почтят нас своим присутствием… или ты сразу хочешь оказаться у нее между ног? К тому же ты сделаешь мне одолжение, если поговоришь с моей женой, а то она не слушает ни своего отца, ни меня. Она все еще боится, что у другого ребенка тоже может оказаться больное бедро или что похуже.

– У себя дома даже мудреца считают зеленым юнцом, молодым побегом, – произнес я, потом с минуту подумал. – Хорошо, я приду на ваш праздник. – И чтобы Мена не слишком радовался, добавил: – Но все равно невелики шансы, что Хоремхеб сделает Мутнеджмет ребенка, пока она не перестанет использовать маточное кольцо из тертых шипов акации.

Выражение его лица достойно вознаградило меня за все, что я стерпел от него.

– Во имя Тота, откуда ты это знаешь?

– Она посылает служанку в «Око Гора» – так Хари назвал нашу благотворительную аптеку. На каждом пакете порошков и трав теперь стоит этот знак. – Я специально тянул. – Хари хороший слушатель

и может дать ценный совет – и многие слуги разбалтывают ему секреты, так что если вдруг я смогу быть тебе полезен… – я старался сохранять строгость на лице, а на губах Мены появилась ухмылка, – чтобы назначить правильное лечение кому-либо из твоих богатых пациентов, я буду только рад. За определенную плату, разумеется. – Кажется, только с Меной проявляется живущий внутри меня мальчишка, которым я некогда был.

– Тогда молись Тоту, чтобы тебе удалось помочь Царице в том, в чем потерпели поражение остальные, если хочешь защитить свою маленькую богиню от когтей хищников. Даже если снова девочка, Тенра, главное – чтобы живая.

День 14-й, четвертый месяц засухи

– Жрец хотел поговорить с ней, – объяснил Пагош, прежде чем я успел спросить, почему Асет задержалась в храме после уроков.

– Что на этот раз?

Он пожал плечами:

– Тебе придется спросить у Тули. Но когда я стоял и ждал ее во дворе храма, я видел, как мальчишки из ее класса во что-то играли. У одного левая рука была привязана к боку, а остальные смеялись и подшучивали над рисунками, которые он накарябал палкой на земле.

– В этот раз я добьюсь от нее ответа, – поклялся я. Пагош не шевельнулся. – Еще что-нибудь? – спросил я.

– Почему ты не позволяешь ей ходить с тобой к больным в деревню феллахов ее отца, ведь раньше ты ей не отказывал?

– Не все хвори одинаковы. Некоторым достаточно напасть всего на одного человека или ребенка. Другие поражают многих – блохи, например. Не знаю, как такое получается, но я и раньше видел хворобу, которой страдают крестьяне и их родственники, и мне известно, что это не просто очень болезненно, но и смертельно опасно.

– Тогда почему блохе не запрыгнуть на тебя?

– В свое время я переболел похожими заразами, но, по правде говоря, я не знаю, даже несмотря на то, что ты высокого мнения о моем умении.

– Возможно, – неохотно согласился Пагош, – но никто, кроме тебя, твоих недостатков не признает. Тогда я прослежу, чтобы Асет туда не ходила – ни с тобой, ни без тебя.

Позже, когда Асет пошла со мной в мастерскую гончара Рамоса, она рассказала мне:

– Маху, один мальчик из класса, говорит, что моя госпожа мама когда-то была мужчиной, поэтому она не может быть моей настоящей матерью. – Она подпрыгивала, чтобы поспевать за мной, а Тули отстал, нюхая ствол дерева. – Он говорит, что мой отец просто распространяет такой слух, чтобы меня можно было назвать Принцессой царских кровей. Тенра, неужели это правда? Ты-то наверняка должен знать.

– Ты – дитя ее плоти, – уверил я девочку.

– Но как она могла родить меня, если когда-то была мужчиной?

Думаю, Асет просто искала объяснение холодности Нефертити, но у меня не было для нее ответа.

– Твоя госпожа мать некогда была Царицей Двух Земель. Потом, какое-то время после того, как ее первый муж, Фараон Эхнатон, сделал ее своим соправителем, она вела себя как мужчина – прямо как ты, когда наряжаешься и делаешь вид, что ты великая госпожа.

– Ох! – Кажется, Асет удовольствовалась таким объяснением, ибо сменила тему. – Маху знает много секретов, но рассказывает их только другим мальчишкам. Сегодня никто из них не мог решить задачку, которую задал нам жрец, поэтому Маху согласился рассказать самый большой секрет, если я назову ему ответ. – Она подняла на меня глаза. – Он сказал, что я должна буду стать женой жреца Амона, и Верховный Жрец со своим Священным Советом посадят своего человека на трон Гора.