Охранители
Шрифт:
В кабинете физики девушка села за предпоследнюю парту. За всю неделю к ней ни разу никто не подсел – она пока не зашла одноклассникам из 11 «Б» класса: даже номер мобилы не спросили, и уж тем более ни в одну из своих групп в вайбере или ватсапе не добавили. Слишком уж крипово вела себя и одевалась Варя. Не гламурненько и антихайпово. Чёрные высокие сапоги на шнуровке, рыжий свитшот, броский макияж, туннели в ушах, татухи цветков на плечах, а на шее – чёткий алый дракон.
Директриса при виде такой ученицы стала артачиться и не хотела принимать документы.
Варя достала из рюкзака блокнотик, куда вклеила фотографии своего самого главного клиента и вырезки с инфой про него из интернета, решив прочитать в очередной, сотый раз.
Александр Александрович Батуков, за полтос, владеет десятком молочных заводов, кучей ферм и чем-то ещё там. Женат, трое детей. Увлекается дайвингом. Это мимо – всё, что она об этом знает, это что надо надевать ласты, маску и вешать баллон за плечи. Что ещё? Каждое утро бегает вокруг Дроздов по пешеходной дорожке.
Девушка открыла его интервью и стала заучивать нужную инфу: место рождения, родители, детство, юность, и как он сколачивал капитал. Там, конечно, полно саморекламы и художественного вымысла, где явно преувеличиваются достижения миллионера, но сойдёт.
Особенно внимательно она изучала женщин, окружавших его: жена, обе дочки, секретарь, помощницы, коллеги, чтобы словить привычный ему лук и одеться соответствующим образом.
Зачем? Варя зарабатывала средства банальными разводом и шантажом. Будучи помладше, разводила мужчин на жалость и, взломав их сознание, просто вытягивала деньги. Но это было слишком сложно и нудно, потому что никто не хочет расставаться с кровно накопленным по доброй воле, даже если до этого проявил слабость и отдал просто так.
Дядьки, немного отойдя от внешнего вмешательства, начинали задавать неудобные вопросы и настойчиво просили возврата денег, угрожая милицией. Она, конечно, заново подчищала их головы, но нельзя же это делать постоянно? Тупо можно запутаться и кого-нибудь забыть.
Сейчас Варя работала по другой схеме, поставив во главе угла страх и стыд. Под разными предлогами она знакомилась с жертвами, которых по-деловому называла клиентами, а в нужный момент шокировала, возбуждая к себе острое сексуальное влечение. Потом заводила на заранее арендованную хату, заставляя немного поиздеваться над собой и внушив им, что они её поимели.
На следующий день она присылала им правильно смонтированное видео. Бинго! За молчание и нежелание оказаться до конца своих дней в каталажке за изнасилование клиенты отдавали всё накопленное. Так что в итоге, это она их всех имела!
13
– Сколько раз повторять тебе, Мадан. Электрические приборы на Небесах запрещены, ты хочешь проблем? – орихалкокрылый медикус Альва в очередной
– Тут же скучно до одури, хоть на стенку лезь. А так музыку можно послушать и шарики погонять.
– Аккумулятор где заряжать будешь? В Пекло полетишь?
– Есть варианты, – подмигнул Мадан. – Каждый охранитель хочет иметь в друзьях хорошего лекаря. Так что у меня всё схвачено.
– Избавься от него, – посоветовал Альва. – Не гневи конквизиторов. Если найдут, головы не сносишь. Обвинят в скверне.
– Как старый смартфон может угрожать власти архонтов и величию Совета Двенадцати? Полный бред, – возмутился Мадан, сто раз пожалев, что решил похвастаться очередным контрабандным гаджетом. Он спрятал его поглубже в складки тоги, а беспроводные наушники прикрыл волосами.
– Потоки веры и электричество плохо совместимы. Твой смартфон сейчас как бомба замедленного действия.
– Я же не дурак, всё понимаю. Пару месяцев он проработает, а там я сам от него избавлюсь.
– А потом попросишь кого-нибудь из охранителей привезти ещё один, – внимательно посмотрел на коллегу Альва.
– И попрошу, – уверенно ответил тот. – Не понимаю, почему нельзя решить проблему с электричеством? Проводная телефонная связь же как-то работает.
Альва остановился, бросив копать лопатой лунки в рыхлой земле:
– Значит, не получается. Давай следующий.
Мадан раскрыл мешок, достал глиняный горшочек, снял накрывающий его стеклянный колпак и аккуратно вынул пророщенный черенок кипариса:
– Между прочим, я был дипломированным специалистом, заслуженным хирургом, делал больше тысячи полостных операций в год, а сейчас копаюсь в земле и должен изучать особенности выращивания этих ёлок.
– Это священные деревья-кипарисы, а не ёлки. – Альва опустил черенок в землю, присыпал его и начал копать следующую лунку. – Они спасают жизни ангелам.
– Я как бы в курсе. Только не хватало ещё от этой сырости и грязи подхватить ангельскую проказу. Сегодня утром на кровати нашёл четыре пера, которые выпали ночью. Очень плохой знак. Посмотри, проплешин нет? – Мадан повернулся спиной к коллеге, раскрыв крылья и чуть не уронив мешок с горшочками.
– Не нервничай ты так. На Небесах проказу не подхватишь, для этого надо шляться по срединным мирам и аванпостам. Давай последний черенок, сейчас подойдут пациенты. Остальные позже пересадим, – Альва обвёл глазами большую рощу, на краю которой орихалкокрылые медикусы высаживали молодые деревца.
Стройные ряды высоченного кипариса, вечнозелёного стройного дерева, чёрно-зелёными волнами разбегались во все стороны, пряча в своей тени яркий, тёплый свет. Их чешуевидные листья источали дурманящий, кружащий головы аромат.
– Как они с ума не сходят от запаха? – Табрис первым вошёл в рощу и, увидев лекарей, махнул остальным охранителям, чтобы следовали за ним.
– Привыкли, – поддержал беседу Кариэф. – Как ты привык перенимать болезни и смерти.
– Что от тебя вчера хотел Фариха?