Охотники
Шрифт:
– А интересно, - Кид, в очередной раз пытавшийся закурить, отбросил в сторону сигару, убедившись, что это бесполезно.
– Как мы поднимемся на этот холм? Его склоны уже размыты, взобраться на него, да еще и фургон затащить, представляется мне нереальной задачей.
– Удобный подъем на Холм только один, - сказал Эрл, - он расположен в двух милях к западу от нас. Обычно мы заранее переправляем по нему скот и тяжелые повозки, но я думаю, что сейчас у нас есть шанс.
Походная одежда Эрла давно промокла насквозь и превратилась в мокрую бесформенную тряпку, болтавшуюся
– Ну что ж, - произнес я, - надо двигаться вперед. Нам дорог каждый час. Скоро станет совсем темно, и тогда мы не сможем забраться на Холм до утра. А утром, как я понимаю, может быть поздно, так, Эрл?
– Да, именно так!
После этих слов мы перестали пялиться на Холм и направились за Эрлом. Вот где нам пригодились усилители мышц, входящие в комплект космодесантника. Если бы не они, мы вряд ли добрались бы до склона, где находился подъем на холм. Кстати, Эрл предупредил, что склон охраняется, но его сородичи сразу узнают своих друзей! Я, конечно, верил ему, но на всякий случай незаметно достал свой карабин и положил на луку седла.
И тут Эрл громко заговорил, обращаясь к невидимым за пеленой дождя наблюдателям. Язык его народа звучал довольно необычно, и я решил, что никогда не смогу заговорить на таком языке. Хотя и знал пару десятков из тысяч наречий, на которых разговаривала многонациональная Федерация.
Из дождя возникло несколько воинов, которые взяли под уздцы наших лошадей, везущих фургон. Нам ничего не оставалось, как последовать за ними. Когда мы начали подниматься по дороге, еле заметной на расстоянии, я не мог не отметить изобретательность местных жителей.
Дорога под ногами лошадей уже не разъезжалась. Она не разъезжалась даже под тяжелым фургоном. Все это было вдвойне странно, так как дождь не переставал ни на минуту.
Видя мое замешательство, Эрл постарался раскрыть мне этот секрет. Все оказалось намного проще, чем я предполагал. Его предки хорошо позаботились о своих потомках. Они построили целую систему инженерных сооружений, задача которых состояла в сборе дождевой воды. Вода по сложной паутине каналов отводилась вниз, подальше от холма, поэтому его поверхность не успевала впитывать воду.
Пока Эрл объяснял мне тонкости строительного мастерства своего народа, мы добрались до вершины холма. Пробравшись через густую рощу мы выехали на открытое пространство. Почти сразу раздался лай собак, эти извечные друзья человека бросились к нам с намерением прогнать чужаков. Но наши сопровождающие окликнули их, и мы смогли хорошенько рассмотреть открывшуюся перед нами картину.
Здесь был построен целый город. Дома, собранные из пластиковых щитов и шкур каких-то огромных животных. Над городом на высоких и толстых шестах натянуты огромные тенты.
– Видал, - толкнул Шведа в плечо Колючка.
– Конец этому проклятому дождю. Теперь можно посидеть в тепле и выкурить сигару! Чертовски хочу курить!
Я покачал головой и подумал, что именно этому качеству человечество обязано всеми своими успехами. Как только заканчивается полоса неудач и робкий лучик солнца прорезает тьму, окружавшую нас, мы сразу забываем про то, что было раньше, и стремимся только вперед. К лучшему. Что-то я начал философствовать. Раньше я за собой такой привычки не наблюдал.
Размышляя таким образом, я не заметил, как мы оказались рядом с огромным шатром. Это несомненно был шатер вождя. Признаюсь, я всегда считал, что вождем племени становится самый старый и умудренный опытом мужчина, или, может, не такой старый, но тоже опытный сильный воин. Но в этом племени вождем была женщина!
Да-да, вы не ослышались, женщина. И она была поистине гигантских размеров. На вид ей было лет сорок. Неумолимое время уже оставило свои следы на ее симпатичном лице в виде морщинок вокруг глаз. Но несмотря на свой гигантский рост, она обладала великолепной фигурой, которой позавидовали бы многие женщины. А уж грудь, едва прикрытая меховой накидкой, была выше всяких похвал.
Мое внимание привлек Колючка. Когда мой друг увидел вождя, то он непроизвольно открыл рот, из которого на землю выскользнула сигара, и громко и протяжно выдохнул. Затем он толкнул меня в бок локтем и заявил безапелляционным тоном:
– Познакомь меня скорее с этой великолепной женщиной.
Я с трудом сумел сдержать улыбку. Контраст между ней и Колючкой был впечатляющим, но, к моему удивлению, женщина, похоже, услышала слова моего друга и даже улыбнулась. Ничего себе!
Тем временем Эрл спрыгнул с лошади и заговорил. Он использовал межгалактический, наверно для того, чтобы мы тоже могли участвовать в разговоре.
– Приветствую тебя, о великая и мудрая дочь луны и ветра, несравненная Селена. Беда и стихия заставили меня и моих друзей просить крова и пищи у твоего очага.
Он приложил свою ладонь тыльной стороной ко лбу и склонился в глубоком поклоне.
– И я приветствую тебя, Эрл, - улыбнулась Селена.
– Мы всегда рады видеть у наших костров великих воинов степей. Если вы останетесь с нами, отведаете нашей пищи и расскажете о своих подвигах, мы будем счастливы.
– Наверно, в обычаях этого народа держать путников на пороге, упражняясь в красноречии, - шепнул мне Арчи.
Эрл и Селена еще минут пятнадцать соревновались в искусстве произносить комплименты. Когда я уже был готов высказаться по этому поводу, церемонии неожиданно закончились.
Нам наконец-то позволили слезть с лошадей и заняться предельно измотанными животными. Для ночлега предоставили большой дом. Внутри он больше напоминал ангар для флайеров, чем жилое помещение, - настолько был огромным. В центре горел большой костер, освещающий стены и пол, выстланный шкурами животных. Вот их здесь явно не пожалели.