Охотник

Elza Mars

— Они пропадут, Джер. Им капут. И не только потому, что против них Совет. Весь Ночной Мир объявил на них охоту. Их собираются уничтожить, и любой, кто на их стороне, обречён.

Их лица были сейчас совсем рядом. Джер не отрываясь смотрел на неё.

— Я не просто на их стороне, — прошептал он. — Я один из них. Я — треклятый "рассветник".

— Ты мёртвый "рассветник". Я не верю этому. Как я могу защитить тебя от всего Ночного Мира?

— Что?!

Морена вновь уселась возле стенки. Она блуждала свирепым взглядом по всему фургону, стараясь не встречаться

глазами с Джером.

— То, что слышал. Мне фиолетово, кто твои друзья, Джер. Мне даже фиолетово, что ты вернулся, чтобы использовать меня. Я просто рада, что ты вернулся. Мы — супруги по духу, и с этим ничего не поделаешь. — Она яростно тряхнула головой. — Даже если ты этого не принимаешь.

— Морена.

Вдруг боль в груди Джера ринулась наружу.

Она подступила к самому горлу, обожгла глаза, пытаясь заставить его зарыдать. Он не понимал её. Он был уверен, что она возненавидит его, что никогда не простит.

Хотя, конечно, она пока не знала всю правду.

Может, она думает, что его принадлежность к Кругу Рассвета — это нечто, от чего он может отказаться. Что стоит раскрыть ему глаза и изменить точку зрения, как он опять станет прежним Джером Редферном. Она не понимала, что прежний Джер Редферн только её иллюзия.

— Извини, — вдруг проговорил он беспомощно. — Извини… за всё, Морена. Действительно было нечестно по отношению к тебе возвращаться обратно.

— Я ведь говорю тебе, что рада этому. — Морена выглядела раздражённой. — Мы сможем всё устроить… если ты перестанешь быть таким упрямым. Мы выберемся из этого…

— Даже если мы выберемся из этого, ничего не изменится. — Джер поглядел на неё. Больше он не боялся её. Единственное, чего он боялся, — это увидеть омерзение в её глазах… но он всё-таки должен сказать ей. — Я не могу быть твоим супругом по духу, Морена.

Казалось, она не слушала его.

— Нет, можешь. Говорю тебе, мне безразлично, кто твои друзья. Мы что-нибудь придумаем, мы спасём тебя. Не могу понять лишь одного: почему ты решил связаться с глупыми смертными, если знал, что им скоро кранты.

Джер посмотрел на неё. Морена, вампирша из вампирш, единственным желанием которой было увидеть, как Ночной Мир окончательно победит и покорит человечество… которая была такой же, каким он был год назад и каким он никогда больше не сможет быть… которая считала его союзником, думала о нём как о потомке одного из первых семейств ламий… и которая любит того, за кого она его принимает! Джер продолжал твёрдо смотреть в её глаза, а когда заговорил, его слова прозвучали очень спокойно. Он наконец решился сказать ей правду.

— Потому что я — человек.

Глава 17

Морена вздрогнула, а потом застыла. Словно окаменела. Лишь глаза оставались живыми, они смотрели на Джера со жгучим недоверием.

"Ну вот, — с мрачным юмором, скорее похожим на горькую тоску, сказал себе Джер, — я напугал её, это уж точно. Наконец мне удалось её поразить, да так, что она дара речи лишилась".

И лишь после он понял, что в его душе оставалась

какая-то надежда, что она сама уже догадалась об этом. И возможно, для неё это так же не имеет значения, как и то, что он принадлежит к Кругу Рассвета. Однако эта иллюзия разлетелась вдребезги. В любом случае она была дурацкой. Ведь то, что он был "рассветником" ещё можно было изменить, объяснив тем, что он запутался. А то, что ты "выродок" — это навсегда.

— Но это… это не… — казалось, язык перестал слушаться Морену. Её глаза стали большими от ужаса и неверия. — Этого не может быть. Ты — вампир.

— Лишь наполовину.

У него было такое ощущение, словно он своими руками всё разрушил, погубил всякую надежду на то, что могло быть между ними.

"Остаётся только как следует затоптать её", — горько подумал Джер, не понимая, почему глаза увлажняются.

— Другая часть меня — человеческая, — коротко и почти гневно заявил он. — Моя мать была человеком. Кларк — мой кузен, и он человек. Я живу с моей тётей Джой, сестрой мамы, и с её семьёй. И все они — люди.

Морена закрыла глаза.

"Для неё это непростительная слабость", — холодно отметил Джер.

— У людей и вампиров не может быть детей. — Её голос перешёл на шёпот. — Ты не можешь быть полукровцем.

— Нет… я могу. Мой папа нарушил закон Ночного Мира. Он полюбил человеческую девушку, и они обвенчались, а потом появился я. Затем, когда мне исполнилось четыре года, заявились вампиры и начали убивать нас. — И снова перед глазами Джера возникла черноволосая девушка, похожая на древнюю королеву, умолявшая сохранить жизнь её сыну. Высокий парень пытался защитить её. — Они знали, что я наполовину человек. Они всё время орали: "Убей отребье!" Так что сама видишь, кто я. — Джер перевёл взгляд на Морену, его глаза лихорадочно блестели. — Отребье.

Она качала головой, судорожно сглатывая, словно её тошнило. Джер сейчас ненавидел её и одновременно жалел. Он почти не замечал, как по его лицу бегут обжигающие слёзы.

— Я выродок, Морена. Один из них. Жертва, объект охоты. Я узнал об этом год назад, тогда и ушёл из банды. До тех пор я ни о чём не знал, но в последнюю ночь нашей охоты я всё вспомнил. И понял, что должен уйти и постараться возместить людям весь вред, который я им причинил.

Она прикрыла глаза рукой.

— Я стал не просто "рассветником". Я стал охотником на вампирш. Я выслеживал вампирш, которым нравилось убивать, которые наслаждались, причиняя людям горе, и уничтожал их. И знаешь почему? Потому что они заслуживают смерти.

Она вновь поглядела на него, только уже с некоторой растерянностью.

— Джер…

— Это странно. Не знаю, как там насчёт нашей связи… — горько улыбнулся он, давая ей понять, что сам превосходно знает: всё закончено. — Только я чувствовал себя плохо, когда лгал тебе. Я даже рад, что наконец сказал правду. Мне хотелось рассказать про всё ещё год назад, когда всё произошло, однако я знал, что ты убьёшь меня, и это меня останавливало.

И Джер рассмеялся. Он был на грани нервного срыва. Только это уже неважно.