Охотник
Шрифт:
Пока я взвешивал все плюсы и минусы текущего мероприятия, командир закончил любоваться костями, развернулся к югу и энергично вскинул вверх правую руку:
– Вперед! Ловить рогатый ящерица!
Пришло время для новой перебежки. В течение следующих полутора часов я пытался догнать умотавших вперед соратников, ругался на судьбу и характеристики персонажа, а также яростно материл Флинта, с чего-то вдруг решившего освоить мое новое прозвище.
– Хитррый Пищща!
– Пошел... к черту...
– Пищща!
Утомительный марафон закончился на краю
[Трицератопс. Ранг: редкий. Уровень: [1350].]
[Стиракозавр. Ранг: обычный. Уровень: [1200].]
– Мы ловить этот ящерица, – объяснил дождавшийся моего появления Рарах. – Ловить живьем. Потом мы садиться на ящерица и скакать в бой. Враги страдать!
– Враги очень сильно страдать, – на всякий случай уточнил Кхар. – Очень сильно!
– Пусть страдают, мне-то что... а как их ловить?
Вместо ответа командир достал из складок своего куцего одеяния комок странной липкой субстанции, а затем протянул его мне:
– Брать.
– Это что еще за хрень?
– Брать! Ты кинуть этот вещь на голову ящерица. Тогда мы ее поймать.
– Амулет, что ли?
– Великий шаман сделать этот ловушка. Ты кидать, а не спрашивать.
Настойчивость дикаря показалась мне весьма подозрительной, но я все же протянул руку и забрал неопрятный бугристый шарик.
Тот мгновенно прилип к пальцам.
– Хитрый Пища подбегать к ящерица, потом класть ей на голова этот ловушка. Сильно класть!
Я глянул в сторону ближайшего трицератопса, оценил длину его рогов и протянул липучку обратно:
– Нафиг. У меня не получится.
– Вождь сказал сделать!
– Пища бояться? Пища слабый воин!
– Пищща тррус! Тррус!
– Не понял?!
– Тррус! Пищща тррус!
– Твоя птица говорить правда, – блаженно улыбнулся Кхар. – Даже птица видеть.
Несколько секунд я внимательно рассматривал охамевшего в край Флинта, а потом зловеще усмехнулся:
– Ну-ка, иди сюда, падла ты картавая.
– Трревогга, – мгновенно ощутил неладное попугай. – Опассноссть!
– Точно. Лети сюда, мелкий засранец!
Под одобрительные реплики собравшихся вокруг нас дикарей я отловил вернувшегося на плечо питомца, сунул ему в лапы липкую дрянь, после чего выпустил на волю.
– Лети вон к той гадине и прилепи к ее башке эту хрень!
– Стррах...
– Ты справиться, отважный птица, – подбодрил Флинта внимательно наблюдавший за происходящим Рарах. – Ты справиться. Иначе мы зажарить тебя и съесть.
– Стррах!
– Лети, я сказал!
Сопровождаемый добрыми и не совсем добрыми напутствиями попугай преодолел отделявшее его от жертвы расстояние, с размаху
Ящер недовольно мотнул башкой и фыркнул, вынудив пернатого наездника громко пискнуть от ужаса.
– Хороший птица, – пробормотал тем временем командир, перекатывая в руках небольшой каменный шарик. – Полезный птица... идти сюда!
Древняя рептилия опять фыркнула, но сразу после этого неторопливо выбралась из уютной грязевой ванны и двинулась к нашему отряду, с силой впечатывая толстые конечности в податливую землю.
– Идти сюда! Стоять! Лежать!
Трицератопс послушно остановился, неопределенно всхрапнул, а затем ловко опустился на брюхо – словно конь, помогающий ребенку забраться в седло.
Флинт на всякий случай еще раз испуганно пискнул, но все самое страшное уже осталось в прошлом. Рарах подошел к морде усмиренного зверя, освободил и отшвырнул в сторону моего питомца, а потом изо всех сил припечатал державшийся на честном слове артефакт к жесткой коричневой коже.
– Мы сделать это! Мы победить!
– Да-да, вы сделать, как же...
– Хитрый Пища, ты брать свой птица и ловить следующий зверь!
– Кто бы сомневался...
На протяжение двух следующих часов Флинт исправно разносил по округе липкие шарики, Рарах выдавал порабощенным зверям ценные указания, а вокруг нас постепенно копился зверинец, состоявший из огромных слоноподобных тварей, украшенных торчащими во все стороны рогами. Затем все наконец-то подошло к логическому финалу – как оказалось, шаман состряпал ровно пятнадцать контролирующих артефактов, так что околдовать кого-то еще не представлялось возможным.
– Теперь мы садиться на ящерица. Садиться два воина на один ящерица!
Выполняя распоряжение временного начальства, я дошел до лежавшего рядом гиганта, с интересом заглянул в переполненные равнодушием глаза, сделал очередной скриншот и полез наверх, цепляясь за торчавшие из костяного “воротника” шипы. Добрался до хребта, перебросил через него ногу, в затем расположился в углублении между позвонками.
С трехметровой высоты все выглядело совсем другим – более мелким и незначительным. Летавшие среди облаков птеродактили казались надоедливой мошкарой, ворочавшиеся по соседству ящеры воспринимались в качестве безобидных помощников, промчавшийся вдалеке велоцираптор вызвал лишь снисходительную усмешку...
– Подниматься! Идти!
У меня за спиной устроился один из дикарей, а еще через секунду превращенный в ездовое животное ящер глубоко вздохнул, шевельнулся и встал на ноги, едва не сбросив нас с Флинтом на землю.
– Держаться, Пища, – доброжелательно посоветовал абориген. – Иначе упасть.
– Спасибо, попробую...
После десятка отрывистых команд наш отряд смог обрести некую целостность. Динозавры выстроились цепочкой, оказавшийся впереди двинулся вперед – и все остальные безропотно последовали его примеру.