Охота в темноте

Шэн Даррен

— В тебе есть кровь вампира, — сказал мистер Джутинг. Он шутил, но Хоркат воспринял его слова совершенно серьезно.

— Может быть, — сказал он. — Я часто задавал себе вопрос, был ли я вампиром в… своей прошлой жизни. Это объяснило бы, почему именно меня отправили с вами на Гору вампиров… и почему я так хорошо освоился там… и это также могло бы объяснить те ямы в моих кошмарах.

Во сне Хоркат часто видел какие-то ямы. Он падал в них, или его преследовали теневые мужчины, которые внушали ему страх.

— Ты

вспомнил что-нибудь? Встреча с мистером Карлиус напомнили тебе что-то? Кем ты был? — спросил я.

Хоркат тряхнул маленькой уродливой головой. — Никаких воспоминаний.

— Почему мистер Карлиус не сказал тебе правду о твоей прошлой жизни, если сам же сказал, что пришло время узнать? — спросил мистер Джутинг.

— Я думаю все… не так просто, — ответил Хоркат. — Я должен заслужить эту правду. Это часть нашего дела.

— Нет ничего странного в том, что возможно, Хоркат был вампиром, — заметил я. — А что, если он был Князем? Он мог бы сейчас открыть двери Тронного зала.

— Я не думаю, что был Князем, — хихикнул Хоркат, уголки его широкого рта приподнялись, обнажая острые зубы.

— Эй, — сказал я. — Если я смог стать Князем, любой мог бы достичь этого.

— Это верно, — пробормотал мистер Джутинг. И тут же стремительно увернулся от ноги оленя, которую я бросил в него.

Оставив горы позади, мы пошли на юго-восток и скоро достигли людских селений. Так странно было снова видеть электричество, автомобили и самолеты. Мне показалось, что я попал в будущее с помощью машины времени.

— Тут так шумно, — пожаловался я, когда мы ночью проходили по городу. Мы пошли через город, чтобы попить крови людей. Когда они спали, мы делали небольшие надрезы с помощью наших ногтей, пили немного крови, и затем заживляли порезы слюной мистера Джутинга. Потом мы уезжали, а люди даже не подозревали, что их кровь пили вампиры. — Так много музыки, смеха и крика, — в ушах у меня звенело от чересчур сильного шума.

— Люди всегда шумят, как обезьяны, — сказал мистер Джутинг. — Такова их природа.

Раньше я возражал ему, когда он говорил подобные вещи. Но теперь все изменилось. Когда я только стал помощником мистера Джутинга, я цеплялся за мысль о возвращении к прежней жизни. Я мечтал о том, что когда-нибудь снова стану человеком и смогу вернуться к семье и друзьям. Теперь я уже не надеялся на это. Годы, проведенные в Горе вампиров, избавили меня от моих человеческих желаний. Теперь я — существо ночи, и ничто не в силах изменить это.

Мой зуд усилился. Перед отъездом из города я нашел аптеку и купил несколько порошков и лосьонов, которые я усиленно втирал. Однако они никак не помогли мне. Ничто не могло остановить зуд, и я продолжал расцарапывать себя, пока мы шли к Леди Эванне.

Мистер Джутинг ничего не сказал мне об этой женщине, ни где она жили, ни была она человеком или вампиром, ни почему

мы должны встретиться с ней.

— Вы должны сказать мне это, — ворчал я как-то утром, пока мы сворачивали лагерь. — Что, если с вами что-нибудь случится? Как мы с Хоркатом найдем ее?

Мистер Джутинг потер шрам, который пересекал его левую щеку — за все проведенные вместе годы, он так и не сказал как получил этот шрам — и глубокомысленно кивнул. — Ты прав. Еще до наступления ночи я покажу вам карту.

— Скажите, кто она?

Он поколебался. — Это трудно объяснить. Лучше будет, если вы узнаете это от нее. Разным людям она говорит разные вещи. Она может не возражать тому, что вы узнаете правду — а может и возражать.

— Она изобретатель? — задал я новый вопрос. У мистера Джутинга был набор кастрюль и горшочков, которые были маленькими по размеру и очень удобными для похода. Он говорил, что их сделала Эванна.

— Да, иногда она изобретает, — сказал мистер Джутинг. — Она — очень талантливая женщина. Сейчас она проводит много времени, разводя лягушек.

— Что? — моргнул я.

— Это ее хобби. Некоторые люди разводят лошадей, кошек и собак. Эванна разводит лягушек.

— Как она может разводить лягушек? — фыркнул я.

— Ты узнаешь, — сказал он. — Однако ни при каких обстоятельствах не называй ее ведьмой.

— Почему я должен называть ее ведьмой? — спросил я.

— Потому что она одна из них.

— Мы собираемся встретиться с ведьмой! — встревожено сказал Хоркат.

— Тебя это беспокоит? — спросил мистер Джутинг.

— Иногда мне снится ведьма. Я не видел ее лица — ясно не видел — я не знаю, добрая она или злая. Иногда я бегу к ней за помощью, а иногда я убегаю… в страхе.

— Ты не говорил об этом раньше, — заметил я.

Хоркат неуверенно улыбнулся. — Со всеми этими драконами, теневыми мужчинами и ямами… я совершенно забыл о ней!

Слово драконы напомнило мне о том, что он сказал, когда мы встретили мистера Карлиуса. Он назвал его Повелителем драконов. Я спросил Хорката об этом, но он не помнил. — Хотя, — размышлял он. — Иногда я вижу мистера Карлиуса в своих снах. Он сидит верхом на драконе. Однажды он вырвал мозг у одного дракона… и бросил его мне. Я почти поймал его, но… меня разбудили прежде, чем сон закончился.

Мы долго думали о сне Хорката. Вампиры очень внимательны к снам. Многие считают, что сны — это своеобразная связь между прошлым и будущим, и многое можно понять из снов. Но сны Хорката, казалось, не имели ничего общего с действительностью. В конце концов, мы прекратили наши тщетные попытки понять его сны, и уснули. Хоркат не спал, он бодрствовал, зеленые глаза слабо мерцали. Он не хотел снова видеть драконов и прочих чудовищ из его кошмаров.

ГЛАВА 9