Охота на волков
Шрифт:
Тотчас пули срезали толстую ветку с котелком на сучке, и она упала прямо на браконьеров. Словно по команде насмерть перепуганные, они кинулись в разные стороны, ломая кусты.
— Теперь они не скоро встретятся, — заключил Сергей.
Я позавидовал его хладнокровию. Война закаляет характер, отнимая мечты и просто калеча, но для сильных духом она взамен дает нечто иное.
— Представляю, как ты их напугал, — сказал я.
— С ними по-другому нельзя.
— Это невероятно!
Сергей молча зарядил обойму и, казалось, не слышал моего внезапно вырвавшегося восхищения.
Стрельба и запах пороха заставили меня вспомнить недавно произошедшие со мной события и ощутить острую боль. Я вспомнил ротвейлера, набросившегося на Анжелику, сгоревший дом, в котором когда-то чувствовал себя, как в раю, и смерть любимых мною людей. Затем — ненавистного соседа с колючками вместо глаз и его толстого персидского кота, которого он выгуливал по ночам на спортивной площадке, примыкающей к лесу, рядом со своим домом-крепостью.
Той ночью я должен был разрядить свой ТТ в эту сволочь, но судьба распорядилась по-другому. И я вдруг почувствовал, что она готовила для меня.
В этой истории мне придется поставить точку с дальней дистанции. Все сразу вставало на свои места.
Больше месяца каждый день я приезжал за город, поднимался на сопку и с расстояния пятьсот метров в бинокль наблюдал за домом соседа. Я видел, как он заботливо осваивает мой участок. Сердце обливалось кровью, когда я вспоминал лучшие мгновения своей жизни там, в раю, среди роз, с любимой женой.
Мне хотелось взорвать эту крепость, чтобы она разлетелась на мелкие кусочки, но это было невозможно по многим причинам. В то время я не мог и предположить, что в моего врага можно попасть из винтовки с такого расстояния.
Сергей развеял все сомнения. У меня вновь родился план мести; не хватало только одного — умения отлично стрелять, как это делал Серега.
Я взял винтовку в руки и оценивающе рассмотрел ее:
— Отличная машина!
— Ничего хорошего.
— Судя по тому, как ты сегодня из нее стрелял, этого не скажешь.
— За неимением королевы трахают служанку.
— В смысле?
— Оружие — любительское, не профессиональное.
— Почему?
— Ты же слышал, как при выстреле оно грохочет, вес, отдача… Оптика слабая.
— Ну а дизайн? — зацепившись за ее последнее достоинство, разочарованно спросил я.
— Поганка— тоже гриб красивый.
Конечно, Сергей — мастер, и его есть за что уважать, но он непредсказуем, а мне необходимо научиться стрелять.
Почувствовав прилив энергии, я продолжил:
— Сережа, скажи честно: меня можно научить стрелять?
— И зайца можно научить
— Профессиональную винтовку трудно достать?
Он пристально посмотрел мне в глаза:
— Зачем тебе?
— Надо, — уклончиво ответил я . — Жизнь — штука длинная, может, пригодится когда-нибудь.
— Играешь и поешь ты хорошо, а вот врать не умеешь.
— Так не заставляй меня это делать.
— А ты не ври, говори как есть!
— Я думаю, что мои проблемы — это мои проблемы. Зачем перекладывать свои трудности на чьи-то плечи?
— А почему бы не помочь хорошему человеку в трудную минуту?
В его взгляде я прочел искренность. Участие такого специалиста могло оказать мне неоценимую услугу, но последнюю точку должен был поставить я сам. Я задумался, принимая решение:
— Ты когда-нибудь убивал людей?
— На войне.
— А в мирной жизни?
— Где ты видел мирную жизнь? Ты считаешь, что в Чечне за год погибает меньше людей, чем в городах России? В этих каменных джунглях смертей не меньше, а может, даже и поболее.
«А ведь он прав!» — услышал я внутренний голос. Смерть действительно живет в городах. Прогуливаясь по вечерам, она приглядывает себе новые жертвы, выбирая самые изощренные способы их гибели, словно напоминая о себе смертным, она не дает им расслабляться, превращая жизнь каждого в борьбу за свое место под солнцем.
Мы сели рядом и закурили.
— Жену и друга убили, а затем сожгли в моем доме. Я знаю, кто это заказал. Достать его можно с пятисот метров. Расстояние примерно такое же, как до поляны.
— А ты где был?
— В командировке.
Сергей курил, жадно затягиваясь.
— Кто он?
— Мафия.
— А исполнителей знаешь?
— Нет.
— Жаль! — Он потушил сигарету. — Есть у меня игрушка с глушителем. Вернемся на заимку, покажу.
Я видел, как Сергей оживился. Он словно ждал от меня предложения, которое бы смогло на время вернуть его к прежней военной жизни.
Теперь мы шли рядом. Тропинка, виляя между деревьев, вскоре привела нас к заимке. Галя уже растопила баню и теперь хлопотала на кухне, собирая завтрак.
— А, вернулись! — увидев нас, сказала она. — Ну как поохотились?
Сергей протянул ей рюкзак:
— Положи в холодильник, но только не замораживай. После обеда нужно староверам отвезти, — сказал он, посмотрев на меня.
Я согласно кивнул и обратился к Гале:
— Настя проснулась?
— Пошла с Машей гулять.
День обещал быть солнечным. Птицы словно обменивались утренними новостями, наперебой щебетали, укрывшись на ветках среди листвы.
— Пойду, позову ее завтракать.