Огонь
Шрифт:
По крайней мере, он не послал ее. Значит, идея ему понравилась, и нужно было ее только доработать.
– И какие же это правила? – Взяв щенка удобнее, поинтересовался Лев.
– Правила, которые помогут нам не сближаться, чтобы все не испортить. – Она сдула с лица непослушный локон. – Никто из нас ни на что не претендует. Мы не разговариваем, ни о чем не спрашиваем, не звоним друг другу, не встречаемся просто так – только ради секса. А также не ссоримся, не ревнуем, не обнимаемся, не врем, не едим вместе и не гуляем под ручку. – Придумывать на ходу правила, которые не дадут ему путей к отступлению,
– Нет. – Его глаза потемнели, он подошел ближе. – С поцелуями.
Хорошо, что между ними был Толя – крутящийся и кряхтящий мохнатый комок.
– Отлично. – Она буквально сложила свою руку в его большую ладонь и крепко пожала. – Когда готов приступить?
– Дьявол… – Закатив глаза, устало выдохнул Лев. – Я пожалею, что пошел на это.
Саша знала, что они оба пожалеют. Но ей было плевать, она хотела поскорее заняться с ним сексом. Царев был мощным и сильным, но в ее фантазиях он рвал на ней одежду не руками, а зубами. Эти мысли даже сейчас заводили ее до предела.
– Никто не пожалеет. – Хрипло ответила девушка. – Ты хочешь меня, я хочу тебя. О чем тут жалеть? Деловые отношения, где каждый получает только выгоду.
Ей необходимы были оргазмы, и она собиралась получить их от него любой ценой. Даже угрозами и шантажом. Но лучше лаской, страстью и приложенными к ним усилиями.
– Тебе это особенно выгодно. – Решила подытожить Саша.
– Разве?
– Да, ты ведь ничего не будешь мне должен. Мы с тобой… мы никто друг другу. Взрослые и очень занятые люди. У меня младший брат на попечении, у тебя… ну, сам знаешь. Тоже все непросто. Нам обоим это нужно. Секс. Много секса.
Судя по всему, они оба ощущали дикую неловкость. Но в сексуальном пожаре, полыхавшем между ними, уже меркло сознание.
– Хорошо. – Кивнул Царев. – Но у меня тоже будет условие.
– Какое?
– Мы спим только друг с другом. Если ты моя, то только моя. Если у тебя появляется кто-то, ты должна предупредить, и мы прекращаем. Никаких интрижек на одну ночь.
– В тот раз я просто перебрала потому, что ничего не ела целый день. – Смутилась Саша.
В целом, ей это условие нравилось.
– То же самое касается и меня. – Серьезно сказал он. – Никаких других женщин в моей постели не будет.
Она кивнула.
Паутина желания окутывала их все крепче, и выбраться было уже невозможно. Никакой романтики, ласки, заботы и задушевных разговоров, чтобы Царев не терзал себя тем, что закрутил с кем-то при живой, пусть это и было под вопросом, невесте. Зато у них будет секс. Такой жаркий, о котором он даже не мечтал. Ну, по крайней мере, Саша надеялась на это.
– Когда мы сделаем это? – Спросила она и закусила губу.
– Ты сегодня во сколько освобождаешься?
– О… – она даже растерялась. – В четыре.
– Ровно в четыре буду ждать тебя на стоянке за частью. – Это было сказано настолько безапелляционно, что девушке оставалось только согласиться.
Быстро прикинув, что брат в этой время еще будет на гимнастике, а попросить встретить его можно одну из подруг, она ответила:
– Договорились.
– Пока,
Кирилл обнял ее, затем потрепал щенка, потом поднял взгляд и посмотрел на Льва.
– Что обсуждаем?
– Ничего. – С ровным лицом ответил Царев. – Уже обсудили.
Как всегда, в своем репертуаре. Но так даже лучше. Когда он развернулся и без лишних объяснений направился к своему мотоциклу, его друг лишь усмехнулся.
– Эй, – последовал он за ним, – а как ты его повезешь-то? – На ходу обернулся к Саше. – Пока, Санек!
Убедившись, что Лев нашел способ перевезти Толю, устроив внутри собственной куртки и с трудом ее застегнув, оставив псу лишь отверстие для морды, она улыбнулась и пошла на рабочее место. Ощущение у Саши было такое, будто она летит над землей. И неважно, что ее запустили туда из пушки, и скоро придется больно падать. Главное – это сейчас. А сейчас ей было охерительно хорошо!
Глава 20
? Wenz & pavluchenko – Зависть
Что это было?
Мысли Льва Царева теперь кружились исключительно вокруг произошедшего разговора, а если быть точнее – вокруг темы секса. Он обещал себе держаться от нее подальше, и, готов был поклясться, так бы и было, если бы речь шла о чем угодно, кроме близости с девушкой, чьи поцелуи были такими же страстными и взрывоопасными, как и она сама.
В ее присутствии у него крышу сносило! Так как он мог отказать ей, когда она буквально на блюдечке подала ему себя?
Всю прошедшую ночь Лев так и не смог сомкнуть глаз. Даже обрадовался ночному вызову в заброшенный цех в промзоне. Так ему, хотя бы, удалось отвлечься от тягостных мыслей, в которых он представал изменником перед девушкой, которая уже никогда не очнется, но навсегда останется той, которой он собирался предложить руку и сердце. Борясь с огнем, Царев думал о том, как ненавидит себя за слабость, а ощущал лишь сладость поцелуя Саши на языке и острое желание поцеловать ее снова.
Утром, когда Лев увидел ее, он почувствовал себя безвольным и слабым. Глядя во время разговора на ее сочные губы, парень понимал, что не выдержит. Согласится даже на крохи внимания, которые она ему предложит. Станет уродом, предателем, изменником – кем угодно, но будет рядом с этой девушкой ровно столько, насколько выпадет возможность быть.
Она была какой-то особенной. Необыкновенной. Ее голос, глаза, стеснительная улыбка, румянец на щеках – каждая ее черточка мастерски находила прорехи и уязвимые места в его броне, просачивалась туда и действовала как обезболивающее. Только рядом с ней он мог сделать вдох полной грудью, только ей не мог противостоять, как ни пытался.
И даже сейчас, когда можно было сделать кучу полезных дел, он уже битый час гулял с щенком в парке. Ходил туда-сюда и думал, думал, думал. И все мысли сводились к тому, что нельзя было соглашаться на ее предложение. Но и отказаться он тоже не мог – это было сильнее его.