Огонь
Шрифт:
Кстати, Малдер, как правило, любых посторонних игнорировал, не прилагая для этого ни малейших усилий.
Далее, Скалли с детства — опять же по настоянию отца — приучила себя систематизировать свои мысли и записывать не только окончательные выводы, но и ход рассуждений. Откуда выуживал собственные умозаключения Фокс, он не смог бы объяснить, даже если бы ему пообещали Нобелевскую премию. Единственно возможным описанием процесса его мышления было следующее: сначала в голову агента Малдера загружалась информация, а потом там же сам по себе появлялся
Дана — вопреки дисциплине и логике — под влиянием минуты сначала действовала, а потом думала. Малдер в импульсивных действиях ни разу уличен не был. Сталкиваясь с непрофессионализмом, нечестностью, злоупотреблениями и так далее, он морщился, а затем предпринимал тихие, но эффективные действия, которые: а) приводили к требуемому результату; б) снижали до минимума возможность повторных встреч с раздражающим лицом. Скалли в аналогичной ситуации реагировала по типу «стингера». И если, стартовав, она проносилась мимо Фокса, тот — создание меланхоличное — безошибочно успевал перехватить разбушевавшуюся коллегу, невзирая на скорость, реактивный выхлоп и количество задействованных боеголовок.
Список можно было бы продолжать до бесконечности, но мы добавим для полноты картины еще одну только маленькую деталь: Фокс и Дана — соответственно брюнет и блондинка. Да и кроме того, Малдер — мужчина, а Скалли… Вот именно. И если вы к тому же подумали, что наши герои относятся друг к другу с нарастающей симпатией, вы совершенно правы.
Так вот, вернемся к гороскопу. Прогноз оправдался блистательно: Дана Скалли и Фокс Малдер встретились в четверг рано утром и провели весь день вместе, рука об руку, плечо к плечу. Их свидание проходило под знаком близких, пожалуй, даже интимных отношений с американской системой судопроизводства. И когда этот день наконец закончился, мужчина и женщина вывалились из здания суда, чувствуя себя совершенно затрах… простите, утомленными.
— О-о-о! Я уже забыла, что такое день в суде.
Фокс пристроил на крышу машины тяжелую стопку справочников по юриспруденции и полез в карман за ключами.
— Это одна из причин, почему надо бегать за нормальными пришельцами и оставить в покое отечественных сумасшедших. Инопланетяне в суд не потащат, — наставительно сказал он.
Дана Скалли взялась за ручку на дверце машины и укоризненно посмотрела на Малдера:
— Эй, здесь открыто!
— Что?
— Машина не заперта, — пояснила она.
— Странно, — растерялся он. — Я помню, что запирал.
— Ну, если запирал — тогда заводи новый секретный материал. Дело о зелененьких открывателях дверей.
Они одновременно плюхнулись каждый на свое сиденье и хлопнули каждый своей дверцей. Малдер вертелся, пристраивая поудобнее затекшие от долгого сидения конечности, как вдруг услышал удивленное восклицание Скалли:
— Смотри-ка!
На панели, прижавшись боком к лобовому стеклу, лежал маленький прямоугольный предмет. Аудиокассета в прозрачном пластиковом футляре. Послание от неизвестного…
— Я
Он затолкал кассету в магнитолу и нажал кнопку.
«Приветствую вас, агент Малдер», — произнес незнакомый голос.
Фокс и Дана переглянулись. Что это еще за дурацкие шуточки?
«Шесть месяцев тому назад британскому министру Ричарду Эберкромби начали угрожать расправой».
Голос был женский. Низкий. Немного вкрадчивый. С ненавязчивой, но отчетливой насмешечкой.
«Он не прислушался. Вскоре с ним произошла небольшая неприятность».
Дана замерла, сжавшись в кресле. Фокс неловко повернулся, оглядывая машину. Сзади никто не прятался. В салоне, кажется, ничего ,не изменилось. Впрочем, проще всего было бы пристроить мину под днище машины, но при таком извращенном чувстве юмора, как у этого шутника, взрывчатка может оказаться где угодно. Хоть на потолке.
«При ремонте в машину министра было встроено небольшое взрывное устройство. Небольшое, но весьма эффективное».
Агенты переглянулись снова. Это уже не шутки.
«Взрыв был слышен за пять миль. Опознать останки удалось только по слепку челюстей».
Малдер потянулся к защелке двери, но голос предупредительно продолжил:
«Конечно, если бы он не трогал ручку и тем самым не взвел детонатор, ничего бы и не случилось».
Рука Малдера застыла над защелкой. Скалли затравленно завертела головой. У этого извращенца-садиста детонатор может сработать непредсказуемо. Например, если они попытаются перелезть на заднее сиденье или выдавить стекло…
«Но, с другой стороны, откуда ему было знать, что у него под задницей достаточно взрывчатки,
чтобы подбросить его вместе с машиной в воздух футов на сорок. Разве кому-то может прийти в голову, что в результате почти незаметного движения руки замечательный двенадцатицилиндровый двигатель сумеет взлететь на крышу трехэтажного дома?»
Дверца машины открылась снаружи. Малдер и Скалли дружно подскочили на месте, так и не успев обменяться прощальным взглядом.
«Всего этого он, конечно, не знал…» — продолжал бубнить голос, но его заглушило дружелюбное приветствие:
— Салют! А чего вы такие перепуганные? Малдер медленно повернул голову к женщине, заглянувшей в машину. Черные, коротко остриженные волосы, удлиненное лицо, огромные черные глаза, сочные, ярко накрашенные губы, черный кожаный костюм в обтяжку… Конечно, как же он сразу не догадался! В его жизни был только один человек, способный на такие кретинические шуточки!
— Это старый друг, — меланхолично пояснил Фокс еще не пришедшей в себя Дане и вылез из машины. После перенесенного испуга адреналин с шипением ударил в кровь, а спина налилась тяжестью. Очень хотелось глубоко вздохнуть и расслабиться, но в создавшейся ситуации это было непозволительной роскошью.