Огонь vs Лед
Шрифт:
Неприятная новость. Если за испытания я не особенно переживаю – с моим опытом и способностями на факультет артефакторики поступлю легко, то дальнейшее пребывание рядом с наследником оптимизма не внушает. Для беспокойства о сохранении моей тайны хватило бы и постоянного присутствия сокурсников. Внимание наследника в моем случае совсем лишнее.
Все чаще и настойчивее появляется мысль, что надо бежать отсюда. И чем быстрее, тем лучше.
Вот только… Я не могу позволить себе подобную роскошь. Возможно, родители меня и примут, но вот жить им не дадут – это точно. А дома еще младшая сестра, и она не виновата, что я такая растяпа.
Окончательно приняв решение, я резко выдыхаю и снова обращаю на себя всеобщее внимание.
Немного помолчав, подождав, не издам ли еще каких звуков, Диеринар кивает и продолжает:
– Итак, поскольку у нас уже объявился смелый и ему не терпится показать себя, он и будет первым проходить испытания, – бодро заявляет он.
Вот же ж!
Поздно вспоминаю о том, что необходимо слиться с остальными. Теперь и на легкое прохождение испытаний надеяться не стоит. Принц не простит мне дерзкого выступления и того, что невольно перебила его. Ну почему у меня все и всегда идет не так? Вот и сюда попала исключительно из-за своей крайней невезучести, а так сидела бы в нашей мастерской, создавала амулеты, ждала, когда родители найдут достойную партию… Эх!
Но делать нечего, и я плетусь за решительно вышагивающим Диеринаром. За спиной слышу неуверенное перешептывание остальных людей.
Откровенно говоря, страшно. Как приспособлюсь к жизни рядом с другими расами, если они все сильнее нас? Наверное, остальных одолевают те же сомнения.
Глава 2. Арена
По широкой аллее, затененной высокими деревьями с густой кроной, мы маршируем мимо, судя по всему, лабораторий, теплиц, общежитий и подходим к высокому ограждению. За ним раздаются внушающие опасения пощелкивания, треск, а то и грохот.
Нервно повожу плечами: судя по звукам, сейчас там проходят испытания бойцы или щитовики, но я-то хочу на артефактора.
Замедляю шаг, поворачиваюсь и вопросительно смотрю на шагающего вровень со мной принца.
– Что, Алис? – косится он. – Уже не такой смелый? Неужели струсил?
Насмешка скребет по нервам, как тупой нож.
– С чего бы? – вскидываю голову. – В своих силах я не сомневаюсь.
– Мало того, что смелый, еще и уверенный, – принц многозначительно изгибает бровь, но льдистые глаза при этом остаются мрачными. – Надеюсь, ты такой не только на словах, – упирается ладонью в массивную дверь и толкает.
Усилившийся шум, окатывает упругой волной. Нечто, что притаилось на животе, нервно дергается, оставляя после себя горячие следы. Боюсь представить, что оно там со мной творит.
Едва удерживаясь от того, чтобы не заткнуть уши, осматриваюсь.
На высоких трибунах под палящим солнцем стоят, сидят, даже подлетают множество… студентов?
Возможно, там и родственники поступающих, в этом я не совсем уверена, потому что многие оборотни от волнения в полуобороте и с частично отросшей шерстью, под острыми когтями крошатся каменные перила, скалятся острые зубы, в глотках клокочет низкий рык. Эльфы стоят особняком, неприступные в своем холодном высокомерии, только кончики ушей, выглядывая из длинноволосых причесок, просвечивают бледно-желтым на ярком солнце. Под навесом плотной группой стоят вампиры – наши ночные стражники – наблюдают за происходящим на арене. А вот людей… людей совсем нет. Сколько ни всматриваюсь
Внизу что-то громко трещит, я перевожу взгляд на арену – надо же знать, что меня ждет – и дыхание перехватывает.
За прозрачным силовым куполом, защищающим зрителей от шальных заклятий, простирается арена почти с ярморочную площадь, если не больше.
Глаза разбегаются. Никак не могу сосредоточиться на чем-то одном: взгляд цепляется то за массивные столы со сверкающими камнями для изготовления артефактов, то за нагромождение бревен, досок и грязные лужи – скорее всего, полоса препятствий, – то за мельтешение разноцветных пятен.
До проверки на боевые способности я доходить не планирую – нечего там делать. В спарринге с сильным оборотнем или драконом меня просто размажут по стенке тонким слоем. Даже отскребать будет нечего. Да и с самого начала хочу поступать на артефактора, поэтому сосредотачиваюсь на столах, стараясь разобраться в сиянии камней и в том, какие артефакты получится из них сделать наиболее эффективными.
Снять бы вплетенный в косу амулет подавления видения, но лопатками чувствую пронзающий спину ледяной взгляд. Если принц заметит несданный артефакт, вполне может не допустить до испытания, а домой мне возвращаться нельзя.
Голую шею словно замораживает, но стараюсь не обращать на это внимания и тщательно изучаю разложенные на столах камни и заготовки амулетов – все для того, чтобы будущие студенты долго с ними не возились, но и действие их будет не таким сильным, как могло бы быть при индивидуальном подходе.
Вроде бы, с ними более-менее понятно. Работа по созданию артефактов для меня привычная – разберусь. Но что там дальше?
А дальше простирается нагромождение непонятно чего. Сейчас сложно сказать – проверка ли это каких-то физических навыков или созданных артефактов, но чувствую, что этот этап тоже придется пройти. Значит, надо рассмотреть его как можно внимательнее.
Закусив губу, стараюсь разобраться в путанице лабиринта.
– Да, этот этап придется пройти всем, – над ухом звучит раскатистый голос, а голую шею обдувает прохладное дыхание.
От неожиданности вздрагиваю и отшатываюсь. Близость ледяного дракона снова разжигает внутри пламя, словно одним только своим присутствием принц бросает мне вызов.
– Что, испугался? Уже не такой храбрый, Ал-лис? – мое имя Диеринар словно прокатывает на языке. Невозможно протяжно, чувственно. Кожа покрывается мурашками то ли от его дыхания, то ли от интонаций. Как же хорошо, что я решила замаскироваться в парня. Боюсь, от такого голоса многие девушки готовы будут распластаться у его блестящих сапогов. Но я сильная и не могу позволить себе такую слабость.
Круто разворачиваюсь и едва не утыкаюсь носом в расшитый серебром и прозрачно-голубоватыми кристаллами сюртук. Когда принц успел так близко подойти? А главное – зачем?!
На миг изумленно замираю, вдыхая аромат морозных яблок с пряной ноткой. Поднимаю взгляд на скульптурное лицо – ноздри принца тоже подозрительно подергиваются, а льдисто-синие глаза темнеют, словно на замерзшем озере наступают сумерки.
Плечам больно от стиснувших их сильных пальцев, а я, отрешившись от всего, изучаю вышивку, взаимное расположение кристаллов и пытаюсь разгадать какие чары они накладывают.