Огонь и лед
Шрифт:
Его неуверенность вызвала в Софи любопытство.
— Да?
— Мы нашли вашу карточку. Визитку. Это единственная зацепка, поэтому я решил позвонить и спросить, не знаете ли вы человека, которого мы нашли.
— А он сам не может сказать вам, кто он?
— Нет, он ничего не может сказать, мэм. Смягчить новость не получится, так что… Он мертв. Мы нашли вашу карточку в его красном носке.
Этого не может быть, правда? Софи срочно нужно было присесть.
— Вы сказали, носок красный?
— Именно так, — с облегчением ответил он.
Харрингтон. О боже! Уильям Харрингтон.
Что Уильяму делать в Прудхоу-Бей? Он же был в Европе.
— Мне жаль, что приходится по телефону говорить такие ужасные вещи, — проговорил Руни.
Софи нужно было убедиться в правильности своей догадки, прежде чем назвать звонившему имя Уильяма Харрингтона.
— Скажите мне, как он выглядит.
В трубке послышался долгий вздох.
— Боюсь, я не могу этого сделать, мэм.
— Почему нет?
— Проблема в том, что… мы нашли только часть его. Мы нашли стопу и часть ноги.
— Стопу и ногу? — Она никак не могла понять, о чем он толкует.
— Стопу и часть ноги, не всю ногу, — ответил он. — Это была его правая нога. Это поможет вам опознать его для нас?
— Вы говорите… Боже мой… Как он умер? И где остальные его части?
В трубке послышался еще один вздох.
— Непросто об этом говорить, — сказал Руни. Последовала небольшая пауза, а затем он добавил: — У нас здесь водятся белые медведи.
— О боже…
— Его прикончил белый медведь.
ЗАПИСЬ В ДНЕВНИКЕ
ЧИКАГО
Приятно вернуться в Чикаго. Мы провели вместе восемь месяцев на Аляске, пережили суровую зиму, просидев в нашем жилище, и я накопил достаточно данных о поведении своих коллег, чтобы приступить к работе.
За время нашего пребывания там изменилась сложившаяся в нашей маленькой семье иерархия. Брендон не может справляться с разногласиями, а Кирк стал пассивным в каждом вопросе. Мы с Эриком стали лидерами, хотя, по правде, Эрик слишком занят, чтобы кем-то руководить.
Фонд был впечатлен нашими докладами и согласился финансировать нас еще два года. Через три месяца мы вернемся на север.
Эрик все свое свободное время проводит в лаборатории. Я привез с собой парочку старых образцов крови каждого члена стаи, всех, кроме Люси и ее щенков, поэтому я тоже проводил время в лаборатории, чтобы понять, смогу ли я выделить гормон, который Эрик нашел в крови Рики. На данный момент, я пришел к ошеломительным и поразительным результатам. Я подожду, пока не вернусь на север, чтобы показать Эрику свое открытие. Очень хочу услышать, что он скажет.
ОДИННАДЦАТЬ
ВОТ
Все, что осталось, — это стопа и часть ноги? Разве это может быть Уильям Харрингтон? Ее визитка была заправлена в носок, в его красный носок. Наверняка это был он.
В голове Софи творился полный кавардак. Ее так потрясло услышанное, что она не могла придумать ни одного вопроса.
Руни нарушил тишину:
— Это был самец.
— Простите?
— Белый медведь был самцом, — объяснил он. — Скорее всего, весит где-то тысячу двести фунтов, плюс-минус сто.
— Есть какие-нибудь свидетели нападения? — спросила она, мысленно съеживаясь от такой возможности.
— Нет, но все указывает на это. Вы можете опознать жертву?
— Кажется, это Уильям Харрингтон, — сказала она. — Я дала ему свою визитку и видела, как он засунул ее в носок.
Она дала ему домашний адрес Харрингтона и сказала:
— Он жил один. Его телефон был отключен, и мне сказали, что он уехал в Европу.
— Видимо, он передумал, — предположил Руни. — Как хорошо вы знали мистера Харрингтона?
— На самом деле, я его не знала. Мы познакомились пару дней назад. Боюсь, что немного могу вам о нем рассказать. Мне очень жаль.
— Вы уже помогли нам тем, что сказали его имя, — заверил он ее.
— Вы ведь сможете проверить, что это действительно Харрингтон, прежде чем уведомите его родственников, не так ли?
— Конечно. Останки отправят в морг, скорее всего в Анкоридж [59] . Я здесь новенький, поэтому не знаю точной процедуры, но могу сказать вам, что части тела будут храниться в морге, пока их не опознают окончательно и пока не будут даны инструкции по размещению.
Размещению. Какое ужасное слово.
Пообещав Руни позвонить, если у нее появится какая-нибудь полезная для него информация, Софи повесила трубку. Шок от известия о кончине Уильяма Харрингтона быстро сменился недоумением. Почему он был на Аляске, а не в Европе, как ей сказали? Она вернулась мыслями к событиям последних дней, вспоминая снова и снова слова Харрингтона и то, что узнала у него дома. Но все это было бессмысленно.
59
Город на юге штата Аляска; 260,2 тыс. жителей (2000) — крупнейший в штате. Основан в 1915. Порт на берегу залива Аляска [Alaska, Gulf of] Тихого океана.
Через час после звонка Джо Руни телефон зазвонил снова. Второй звонок тоже был с Аляски, и на сей раз звонивший назвался Полом Ларсоном.
— Я работаю на охранную компанию, — сказал Ларсон. — В первую очередь, мы несем ответственность за население у нефтяных месторождений, но в этих местах очень мало полицейских, поэтому, когда есть возможность, мы им помогаем. Джо Руни рассказал мне о смерти вашего друга. — Голос Ларсона наполнился сочувствием. — Соболезную вашей утрате. Я сказал Джо, что соберу немного сведений, чтобы изучить обстоятельства нападения медведя, поэтому надеюсь, что вы не будете против ответить на несколько вопросов.