Оголенный нерв
Шрифт:
— Начальство теряет терпение, — недовольно сказал Андре. — Почему ты медлишь?
Нервы Сары были взвинчены до предела. За несколько предыдущих встреч она успела разглядеть и запомнить самые мелкие детали внешности Андре: небольшой шрам над ухом, уходящий вверх и теряющийся в волосах; утолщенный сустав пальца, вероятно, разбитый в драке; из нагрудного кармана всегда торчат три ручки.
— Я делаю, что могу, — спокойно ответила она. — Гетман не из тех, кого легко застать врасплох.
— Мы не будем ждать бесконечно. —
— Если твоя фирма подозревает, что ее кто-то предал, то она права. — Сара внимательно следила за его лицом. Похоже, ее сообщение для Андре — настоящая бомба.
Она знает, почему «Темпель» вдруг начал проявлять нетерпение. На днях Рено, проникнув в компьютерную сеть фирмы, сумел вычислить местонахождение двух партий груза и основной склад наркотиков. Люди Гетмана, воспользовавшись этой информацией, захватили товар сразу в трех пунктах.
— Кто предатель? — Андре сверлил ее взглядом.
— Точно не знаю. Некто, имеющий доступ к вашим секретным компьютерам. Ему или ей Михаил дал взятку и захватил три партии вашего товара.
Теперь «Темпель» бросится по ложному следу, в погоню за призраком.
— Откуда ты знаешь?
— Я виделась с Гетманом вчера вечером. Он напился и стал хвастаться. Вот и выболтал кое-что. Андре долго смотрел на Сару и наконец сказал:
— Постарайся точно вспомнить его слова.
— Вряд ли смогу, — покачала толовой Сара. — Я и сама крепко поддала. Плохо помню, что было.
— Попытайся. Это очень важно.
Сара уставилась в пол, притворяясь, что сосредоточенно вспоминает. Нервы на пределе. Но так просто ее не возьмешь. Уж что-что, а врать она умеет. Научилась.
— Приблизительно так: «Я послал своих людей. Три удачных налета. Подкупил нужного человека. Теперь я знаю каждый их шаг».
— Может, он еще что-то добавил?
— Нет, это все. — Сара спокойно взглянула на Андре. На лице маска искренности. Главное — не переборщить. — А потом Гетман, кажется, понял, что сболтнул лишнее, и поспешил перевести разговор на другую тему.
— Он называл фамилии?
— Нет.
— Где происходил разговор? — Сара назвала дом на берегу океана. — Значит, ты нас обманула. Почему ты не сообщила нам этот адрес раньше?
— Потому что раньше я никогда там не была и ничего про тот домик не знала. Водитель Михаила привез меня туда из гостиницы.
— Если ты решила с нами поиграть… — Андре достал из кармана крошечный диктофон, ткнул его Саре в нос. — Если ты думаешь, что сможешь нас провести, то должен тебя разочаровать. У меня есть записи всех наших бесед, мы в любой момент можем передать их Гетману. И тогда… Сама понимаешь, что с тобой будет.
Сара содрогнулась. Гетман ей верит. А она собирается предать его. Может, он даже что-то подозревает, но все равно верит, потому что ему больше некому верить. А она в полушаге от предательства.
— Я не собираюсь вас обманывать, — прошептала Сара, готовая вот-вот сорваться. — Вы должны мне верить.
— Пока мы верим. —
— А я просто слушаю.
Из последних сил она постаралась скрыть свое отчаяние. Предательство, казавшееся раньше самой пустяковой вещью на свете, навалилось чудовищным грузом, сдавливая горло, набухая слезами. Перед глазами вспыхнули образы тех, кого она предавала. Ковбой, пронзающий на своей «дельте» ночное небо. Гетман, такой домашний на фоне хрупких цезальпиний. Бедняга Рено, бьющийся в электронных сетях. Как же дорого стоит этот проклятый билет в безвоздушный рай.
Сара вымученно улыбнулась своему ненавистному благодетелю. Ненависть к самой себе поднималась черной волной.
«Простите меня. Простите. У меня нет выхода».
Сара стиснула ладони. Выход есть. Просто она запуталась в собственном вранье.
МЫ С ТОБОЙ ВСЕГДА И ВЕЗДЕ.
Голос в телефонной трубке почему-то напомнил Саре о зарослях полыни в долинах Западного побережья.
— Здесь уже холодно. Настоящая осень.
Сара боролась с собой, заставляя себя думать только о Дауде, о том, кто заплатил за врача, за билет наверх. Сегодня брату удалили последние шрамы, теперь он полностью здоров, красив, только немного слаб.
— Листья на осинах начинают желтеть, — продолжал Ковбой. — Надеюсь, ты скоро сама увидишь эту красоту.
— Здорово! — Она потянулась к ингалятору. Надо поскорей задурманить голову, отбить память, чтобы не было так невыносимо тяжело.
— Рено рассказал мне о своих успехах. Я же говорил тебе, что он нам поможет.
Сара запрокинула голову, прыснула в нос из баллончика.
Душевная боль немного притупилась. Рено действительно многого добился. Ему удалось проникнуть в святая святых «Темпеля», раскрыть торговую сеть фирмы на Восточном побережье от Гаваны на Кубе до Галифакса в Канаде. По наводке бывшего пилота половину сотрудников «Темпеля» на побережье перебили в течение двух дней, другая половина кинулась в бега. Теперь орбиталы не скоро восстановят свои позиции в этом районе. Люди Гетмана ограбили столько складов, что не знали теперь, куда прятать захваченные товары. Средства массовой информации каждый день сообщали о потерях фирмы. Полиция была бессильна, отделываясь угрюмым молчанием.
— Мы загнали их в угол, — поддакнула Сара. Руки у нее дрожали.
Она ухватилась за край стола, чтобы не упасть.
«Мы друзья, когда можем себе это позволить»… Скоро она выдаст Гетмана, а заодно и планы Руна. Сдать Руна — единственное светлое пятно во всем этом мраке.
— Михаил сказал, — продолжила Сара, справившись с голосом, — что помощь Рено позволит ему продержаться еще четыре месяца. Рено сейчас в безопасности, мы переписали его мозг в кристалл. Заплатил Гетман. Ты слышал об этом?