Огольцы
Шрифт:
— Велик Господь! Не допустил, чтобы по его образу сотворенные окончательно в скотов бездушных превратились! — Отец Евлампий набожно перекрестился на купола храма в честь Святой Лии.
Малое время прошло, а разбойников и не узнать. Чинно вышли перед народом, строй воинский соблюдая.
Кто чем мог из Племени оружием с недавними врагами поделились.
Отправились Огольцы на свою последнюю битву.
А Время вдруг с необыкновенной быстротой понеслось. Ведь пока Огольцы с Ханами переговоры вели, оно, словно на месте стояло. Теперь же ринулось
— Отче, а ты с нашим Туруханом совместно не мог разве бескровно это нашествие отвратить? — Спросил Хан Тогизбей.
— Есть такие дела, которые люди должны своими силами и разумением решать. Ведь недаром сказано, что при всем надлежащем страхе Божием, оставил Господь человеку свободу воли и разумение в решении дел его.
А уж от человека зависит по-божески или по-иному он свои дела устроит. Вот и пример Вам, господа: я, пастырь недостойный, руки опустил. Дерзнул сам определять, есть ли душа у этих разбойников. Господь мою гордыню посрамил, явил чудо: восхотели эти заблудшие вновь человеческое достоинство обрести.
Хоть и не удалась отцу Евлампию его миссионерская деятельность, но с того страшного дня, когда пали Огольцы, защищая Племя, ежедневно за обедней поминались в храме На Поле Брани Убиенные.
Трудно поверить? Однако так оно и было.
Лошадницы в панике
Великий Визирь на этот раз сам попросил о встрече. Беседовали с ним в одном из питейных заведений Призрачного Чумска. Дело было непростое: передали Визирю верные люди, что разъезды Тугарина и Бьорна обнаружили в Тайге Племя, которое, вероятно, уже долгое время живет с Каганатом бок о бок: больно хорошо селение обустроено, много лет для этого надо. Содержит это Племя в плену в лошадином загоне диких существ, обликом напоминающих человека. Подданные Тугарина и Бьорна пока только наблюдают. Но поняли, что остаться незаметными наблюдателями им не удалось: их явно видели жители поселка.
Есть в поселке могущественный Шаман. Издали наблюдали скандинавы с тюркскими представителями Каганата, как он проводил свой Священный Ритуал. Ужаснулись Силе, которая исходила от этого Шамана. Тугарин склоняется к тому, что надо просто пойти походом и разом истребить или захватить все неведомое Племя и все их достояние. И землю взять себе.
Запаздывали немного информаторы Великого Визиря со своими сведениями. Уже первая схватка произошла в далеких грядущих веках. И первая кровь пролилась. И Огольцы геройски погибли, восстанавливая справедливость и свое человеческое достоинство.
Лошадницы, в отличие от Визиря, понимали: катастрофа эта гораздо более крупного масштаба, чем мог себе представить Визирь. Открылась тайна пропажи целого гурта Огольцов.
Визирю было не понять, что весточка к нему пришла не из его времени, а из XXI века. Лошадницы же быстро сообразили.
Одна неприятность следовала за другой. Только успокоили мушкетеров и убедили их, что к появлению Миледи на Бочановской они не причастны, а тут на тебе — Огольцы с каганатскими
И ведь никакой магии пьяному войску не понадобилось!
Все перемещение их во времени зависело от лошадиного аллюра!
Лошадницы даже еще не приступили к возведению Ивана Сермягина в статус Великого Лошадника. А теперь и времени совсем не осталось. Придется пытаться поставить Ивана во главе Девок-Лошадниц лишь с той общей минимальной подготовкой знатока лошадей, которую успели они ему преподать в Париже.
И дипломатию наводить через Визиря уже некогда. Придется захватывать пространства Каганата при помощи прямых военных действий, и забулдыг-правителей вместе с их никчемным войском казнить в рабочем порядке.
А князь Иван? Справится ли он с переброской боевых Кобылиц из разных Времен на территорию Каганата дней расцвета и юности доньи Инезильи?
Выбора не было. Не было и других кандидатов на должность Великого Лошадника.
А столько надо было сделать. Даром, что ли, мушкетеров тащили в Сибирь? Надеялись, что помогут они проследить за женщиной, совершающей Переход при посредстве вод Чистого Озера. Надеялись, что помогут они разъяснить роль Старца и его друга Ивана в деле с туземным золотом, появляющимся на торгах: ведь замечены были и туземцы, и старец, и Иван на территории монастыря. Иван даже как-то раз копать принимался, но был остановлен туземцем. Правда, этот туземец был иного свойства: он проживал на территории монастыря в отдельном строении, имевшем в народе название особняк Монастырских татар.
Теперь эта часть расследования из-за нехватки времени шла прахом. Хотя, это мы еще посмотрим. Есть задумки…
Все равно мушкетеры при таком положении дел оказывались весьма не лишними, при их неукоснительном следовании девизу: «Один за всех и все за одного»! Пусть Ивану до конца помогают. В лошадях любой мушкетер разбирается. Дело престижа. Только придется чары Кастильской Магии к ним применить в более жестком виде, чтобы делали все, что велят, а лишних вопросов не задавали.
Самой искушенной в наведении чар Магии Смерти была, как ни странно, самая молодая из преступниц, инфанта Изабель.
Фокус в том, что на самом деле была та девица на сотни лет старше и контессы Валькирьяни, и мамзели Вальвири. Сама Всемогущая Смерть дарила ей молодость и красоту. За определенную и немалую плату разумеется. А поскольку Смерть в Кастильской Черной Магии была не истинная Владычица, а преступная самозванка, то и плата за вечную молодость была преступной, порочащей истинную Смерть.
Делать нечего, на военном совете почтенных испанских дам было решено вменить в обязанность вечной девушке-старушке Изабели немедленно заняться обработкой друзей-мушкетеров и д ,Артаньяна.
Инфанта, нацепив на истинную физиономию, о которой даже и говорить страшно, самую невинную и благообразную личину, из имевшихся в ее арсенале, с похвальным энтузиазмом взялась за дело.
Номер первый в деле обработки мозгов выпал молодому гасконцу. Почему? Да просто нравился уж очень лихой молодец «юной и нежной» Изабели.