Огни Рио
Шрифт:
Над Самбодромом, безусловно, царила в эту ночь самба – этот африканский ритм, живущий в крови бразильской нации, и в карнавале он проявлялся наиболее ярко. Танцоры соревновались в мастерстве, красоте костюмов и масштабности декораций.
Конечно, такой зажигательный и свободный танец мог прижиться только в стране с теплым климатом, где среднегодовая температура воздуха не опускается ниже 20°C. Бразилия оказалась благодатным местом, где самба не только «пустила прочные корни», но и обогатилась традициями европейского вальса, а также рок-н-ролла и диско. И наши друзья в полной мере смогли почувствовать это,
Весь коридор Самбодрома светился, переливался и двигался в едином темпе и ритме.
Вот прошествовали танцоры какой-то из школ, в нарядах которых была странная мешанина из фиолетовых, зеленых, розовых оттенков цвета, а накинутые поверх яркой одежды курточки оторочены пышным белым мехом. Таким же мехом были отделаны и шапочки, и Тэ подумал, что в этих одеяниях выступающим, скорее всего, неимоверно жарко! Но, как говорится, «искусство требует жертв»!
Вот в просвете между «квадратами» из танцоров показалась девушка в ярко-красном наряде. Ее бикини, украшенное сверкающими камнями, выгодно демонстрировало стройное тело, а длинные перья того же алого цвета казались большими крыльями у нее за спиной. Колье и браслеты на руках смотрелись очень органично, а высокий головной убор, причудливый и замысловатый, был увенчан длинным красным хвостом. Это было красиво и сексуально! Девушка двигалась, как заведенная, что-то выкрикивала, но в этом хаосе звуков ее, конечно, не было слышно!
Вот проехала длиннющая платформа, оформленная, сверкающими светящимися колоннами, внутри которых словно пробегали сверху вниз всполохи голубого цвета, со звездами, свешивающимися с навеса. На платформе было несколько разноуровневых цилиндров, на которых стояли, держась за стойки микрофонов, несколько певцов и певиц, а на самой платформе извивались, танцуя, полсотни девушек.
А за ней двигалась, ведя за собой очередную колонну, красавица в ярко-синем наряде, такого насыщенного оттенка, что казалось, от нее исходят в пространство лучи цвета индиго. Весьма открытый наряд, едва прикрывающий впереди грудь и бедра девушки, сзади и вовсе больше открывал, чем прятал. Синие крылья из перьев, синий головной убор, полностью закрывающий волосы, синие сапожки до колен, такого же цвета широкое ожерелье и браслеты почти до локтя и, что самое интересное, густо-синие тени на веках – всё в тон! И всё искрится и переливается серебряными искрами! Красиво и ярко! Тэ Хён приник глазами к окулярам бинокля и рассматривал, приблизив, насколько это было возможно, участников этого феерического действа.
Движущиеся платформы с гигантскими фигурами на них, целые огромные аттракционы, внутри которых неизменно двигались танцоры. Одетые в немыслимые наряды люди, стремящиеся поразить своим выступлением зрителей и строгое жюри, которое, конечно же, было здесь, как и на каждом состязании.
Часы шли, а ни танцоры, ни зрители, казалось, не уставали. И все так же сверкали улыбками идущие по длинному широкому коридору, и по-прежнему разражались восторженными криками зрители.
Тэ Хён все вглядывался в бинокль, но пока не видел Ану Клару. Он уже начал опасаться, что пропустил ее в вихре карнавала, не заметив среди сотен выступающих, когда на Самбодром как раз напротив их с Джи Уком сектора въехала огромная платформа.
А впереди этого монстра выплясывала гибкая смуглая
Она шла, улыбаясь ярким ртом, на ходу танцуя самбу, что-то, похоже, напевая для себя. И мужчина сквозь линзы бинокля смотрел и не мог оторвать взгляда от прекрасной мулатки – настолько хороша она была сейчас!
Потом спохватился и, выхватив из сумки телефон, начал щелкать камерой, стараясь запечатлеть как можно больше мгновений танца девушки.
Сидящий рядом Джи Ук легонько толкнул его локтем в бок:
– А она хороша, брат! Красавица!
– Да! Очень хороша! – эхом откликнулся он.
– Смотри – не влюбись! – предупредил хён.
«Поздно!» – про себя ответил ему Тэ, но вслух ничего не сказал. Лишь продолжал смотреть в спину уже прошедшей мимо Аны.
Как девушка и написала ему, ее школа шла в этот вечер последней. И едва платформа и пешие танцоры прошествовали мимо девятого сектора, парни заторопились к выходу, стремясь попасть на такси. Джи Ук по пути созвонился с Мито: девушка тоже присутствовала в этот вечер на карнавале, но у нее было место в другом секторе.
А Тэ Хён не мог думать ни о чем, кроме как о встрече с Аной. Фигура девушки в белом бикини до сих пор стояла перед глазами музыканта. Он прекрасно понимал, что после выступления все танцоры скорее всего разъедутся по своим школам – им нужно доставить «на базу» дорогостоящие костюмы и саму платформу. Но он хотел встретить ее хотя бы на выходе из здания школы.
Вскоре молодые люди встретились с Марией Антонией, и Тэ спросил, где находится школа, в которой занимается Ана. Мито посмотрела на него своими небесно-голубыми очами и с сомнением сказала:
– Не думаю, что у нее еще остались силы на что-либо, кроме сна.
– Я просто хочу увидеть ее, – ответил он. – Ты можешь лишь назвать мне адрес – я возьму такси и сам поеду туда.
– Э, нет, брат! Одного я тебя не отпущу, – покачал головой Джи Ук.
– Хён, у тебя же свои планы, – начал было Тэ Хён, но старший прервал его.
– Не спорь! Город слишком взбудоражен сегодня… Детка, ты же не против, если мы поедем все вместе? – посмотрел он на девушку.
Мито несколько секунд смотрела на него, а потом кивнула:
– Хорошо! Мне тоже будет спокойнее, если Ана Клара уедет из школы с нами!
Они поймали такси довольно быстро, и блондинка назвала водителю адрес школы «Мангейра». Они подъехали к зданию, и девушка попросила водителя подождать, когда придет их подруга. А сама набрала номер Аны. К радости Тэ Хёна, девушка ответила почти сразу.
Мито включила громкую связь и сказала, что они втроем ждут подругу в такси у здания. Ана ответила, что она уже переоделась, теперь осталось только смыть грим, и вскоре она присоединится к друзьям.