Огненный трон
Шрифт:
Краешком глаза я увидел, как рухнула на пол Жас. Наверное, целительная магия отняла у нее все силы.
— Сейди! Помоги Жас! — крикнул я и погнался за грифоном.
Представляю, какой дурацкий вид у меня был. Мальчишка в нелепой черной одежде размахивает пылающим мечом, спотыкается об обломки экспонатов и выкрикивает приказы гигантскому колибри!
Только я подумал, что наше положение — хуже некуда, как в зал ввалились гости со свадебного торжества. Им, видите ли, стало любопытно, что тут за шум. Увидев почти полный разгром, они замерли с раскрытыми ртами. Правда, не все. Одна из подруг невесты истошно завопила.
А
Сейди склонилась над Жас и Уолтом.
— Как они? — спросил я.
— Уолт приходит в себя. А у Жас что-то вроде… глубокого обморока.
— Надо выбираться отсюда. Идем со мной. Думаю, я справлюсь с грифоном.
— Картер, ты что, очумел? Ты видишь, в каком состоянии ребята? Они пострадали из-за нас. А мне никак не отлепиться от этого чертова свитка. Плевать я хотела на грифона. Окно открыто. Помоги вытащить Уолта и Жас наружу.
Сестра была права. Возможно, только так мы могли сохранить жизнь нашим ученикам. Но что делать с семеркой огненных фигур? Если дать им свободно разгуливать по музею, пострадают ни в чем не повинные люди.
Я бросился в центральный зал, на бегу бормоча древнеегипетскую фразу. Нет, не заклинание. Обыкновенное ругательство.
Центральный зал был охвачен паникой. Гости с воплями разбегались, опрокидывая столы. Один дядька в смокинге ухитрился влететь прямо в свадебный торт и теперь барахтался там. Вместе с ним барахталось прилипшее к его заду красное пластиковое сердце с именами жениха и невесты. Меня чуть не сшиб пробегавший музыкант, на ноге которого болтался и грохотал небольшой барабан.
Огненные фигуры стали еще плотнее. Сейчас они были похожи на «собаколюдей» с длинными руками и кривыми ногами. Они сверкали, как раскаленные газовые горелки. Преград для них не существовало. У меня на глазах один пронесся сквозь мраморную колонну, а другой — сквозь женщину в персиковом платье. Глаза женщины подернулись белесой пеленой, и она упала, кашляя и дрожа.
Я носился по залу, словно воздушный шарик. Никаких заклинаний, способных остановить огненных молодцев, я не знал. Если кто-нибудь из них столкнется со мной…
И вдруг откуда-то вынырнул грифон. Бечевка Сейди следовала за ним, безуспешно пытаясь его связать. Увидев перед собой огненную фигуру, грифон щелкнул клювом, проглотил ее и полетел дальше. Из ноздрей у него повалили клубы белого дыма. Это что же, он способен безболезненно пожирать «собаколюдей»?
— Эй! — крикнул я и тут же понял свою ошибку.
Ну почему мы с Сейди сначала делаем, а потом думаем? Грифон повернул ко мне. Его полет замедлился, и бечевка тут же обвила ему задние ноги.
— СКВОООООК! — проверещал грифон и шмякнулся на стол, уставленный тарелками с сэндвичами.
Бечевка превратилась в веревку и теперь кольцами опутывала грифону туловище. Крылья отчаянно молотили по воздуху и по столу, сметая сэндвичи, тарелки и все остальное. Ни дать ни взять — вышедшая из-под контроля установка для колки дров!
Гости, еще остававшиеся на ногах, бежали к лифтам и лестнице. Кто-то лежал без сознания, а кого-то трясло, как в припадке. Их глаза сверкали белым огнем. Некоторые находились в полном сознании, но не могли
Я подбежал к грифону. Тот катался по полу, тщетно пытаясь перекусить магическую веревку.
— Успокойся, дуралей! — крикнул я ему. — Сейчас помогу.
— ФРИИИИК! — ответил грифон.
Его хвост просвистел у меня над головой и только чудом не оторвал ее от моего туловища.
Я глотнул воздуха. Уж если и считать себя магом, то я скорее — боевой маг. Все эти заклинания с иероглифами мне никогда не удавались, однако сейчас у меня не было иного выхода. Я направил острие меча на грифона и произнес:
— Ха-теп. [13]
Над острием меча вспыхнули зеленые иероглифы, означавшие «пребывай в покое».
Грифона перестало колбасить. «Молотилки» его крыльев сбросили скорость. Хаоса в зале это не уменьшило, да и перепуганные гости продолжали вопить. Я же, приказав себе быть максимально спокойным, подошел к грифону.
— Что, узнал меня? — спросил я. — Чувствую, узнал.
Я протянул руку, и над моей ладонью вспыхнул другой иероглиф — тот, что я могу вызвать в любое время дня и ночи. Глаз Гора.
13
Ха-теп — «пребывай в покое».
— Ты священное животное Гора? — продолжал я свой допрос. — Можешь не отвечать, я и так вижу. Поэтому ты будешь мне повиноваться.
Грифон косился на Глаз Гора и моргал, топорща перья на шее. Потом жалобно пискнул и стал елозить под веревкой, которая успела почти целиком опутать его тело.
— Понимаю. Моя сестра обожает делать глупости. Потерпи, сейчас я тебя развяжу.
— Картер! — послышалось у меня за спиной.
Я обернулся. Ко мне приближались сестра и нетвердо державшийся на ногах Уолт. Оба тащили бездыханную Жас. Сейди продолжала изображать статую Свободы, держа в руке пылающий свиток. Из глаз Уолта исчезло белое сияние. А вот с Жас дела были плохи. Она напоминала куклу-марионетку, у которой вдруг оборвали все нити.
Уж не знаю, как Сейди с Уолтом удалось не столкнуться с огненными фигурами и с обезумевшими гостями.
— Неужели ты его укротил? — спросил Уолт, недоверчиво поглядывая на грифона.
— Грифоны всегда служили Гору, — ответил я. — Во время битвы они везли его колесницу. Наверное, этот меня узнал.
Грифон тут же заверещал от нетерпения и выместил свое недовольство на ближайшей колонне, ударив по ней хвостом.
— Укротил, но не до конца, — ехидно заметила Сейди.
Она задрала голову и посмотрела вверх, где в сорока футах над нами высился стеклянный купол. Хуфу, казавшийся совсем игрушечным, отчаянно жестикулировал, пытаясь привлечь наше внимание.