Огненные сердца

Сэндифер Линда

— Вы не откажете мне в любезности сказать, какой юрист составлял этот контракт?

— Разумеется. Джонатан Квентин.

Ченс одобрительно кивнул.

— Хорошо. Это мой приятель. Уверен, он не стал бы готовить мне ловушку.

— Вы по-прежнему не доверяете моему дедушке?

Несколько минут они смотрели друг на друга негодующими взглядами. Наконец Ченс ответил:

— Да, я не доверяю ему и не уверен, можно ли доверять вам. Этот контракт подразумевает союз, но мне нелегко быть союзником человека, от которого я хотел бы держаться подальше. Я делаю это только

ради Вапити, так что не стоит заблуждаться насчет моих намерений — а именно намерения заключить перемирие. Мое мнение о Соломоне Ли не изменилось ни на йоту.

Дженне захотелось расспросить его, за что Ченс так возненавидел ее деда, но, судя по раздраженному голосу Ченса, добиваться истины сейчас было бы неразумно.

Дрожащей рукой Дженна потянулась к перу, понимая, что враждебность Ченса беспокоит ее сильнее, чем хотелось бы.

— Дедушка передал мне свои полномочия. Я подпишу контракт первой.

Внезапно он остановил ее руку. Дженна вскинула голову и взглянула в тревожно вспыхнувшие глаза Ченса.

У Дженны бешено заколотилось сердце. Его ладонь была горячей и сильной, и от этого прикосновения Дженна начала терять голову. Приблизив лицо к ее лицу и застыв в такой позе, Ченс молчал. Дженна отметила, что его широкие плечи вызывают у нее трепет и восхищение.

— Не торопитесь, Дженна. Полагаю, нам нужен свидетель.

Ее лицо залил густой румянец — она совершенно забыла о свидетеле.

— Я приглашу капитана, — предложил Ченс, придя к ней на помощь.

— Хорошо, — согласилась Дженна. — Но прежде, чем я подпишу контракт, Ченс, я бы хотела попросить вас кое о чем.

Он вопросительно поднял бровь — не от ее просьбы, а оттого, что Дженна впервые назвала его по имени и собственное имя, сорвавшееся с этих губ, похожих на розовые лепестки, вызвало у Ченса странный, но приятный трепет.

— Мне бы хотелось отправиться вместе с вами, — продолжала она. — Я хочу знать все, что происходит на строительстве. Вы знаток своего дела, и я не прочь поучиться у вас. Дедушка чувствует себя неважно, и, может статься, мне придется заниматься строительством вместо него.

Ченса ужаснула мысль о том, что Дженна окажется среди сотен рабочих, не говоря уже о том, что постоянно будет рядом с ним. Она была слишком красива и чересчур сильно отвлекла бы его от работы.

— Лагерь строителей — не подходящее место для вас.

— Я не собираюсь ни в чем вам противоречить. Не беспокойтесь.

— Нам придется проводить в седле целые дни — притом каждый день.

— Я умею ездить верхом.

Да, об этом Ченс знал. В день их встречи в руднике он долго стоял у выхода, глядя, как она спускается по горной тропе, сидя в седле как влитая.

— Мне бы не хотелось подчиняться вашим приказам, Дженна, — предупредил Ченс, понимая, что отступает перед ней вновь, и удивляясь, почему вообще пляшет под дудку этой женщины. — Как я уже говорил, мои решения будут последними. Я не хочу, чтобы вы или ваш дед пытались изменить их.

— Он хотел, чтобы вы взялись за эту работу, потому что доверяет вам. И я тоже. Нет, никто из нас не станет вам мешать. Кроме того, дедушка измучен пневмонией.

Он проведет в постели еще несколько недель, а может, и месяцев.

Ченс с удивлением услышал, что старик оправился не только от раны, но и от пневмонии. Должно быть, он был еще крепким, а может, упрямство заставило его выжить — упрямство и желание повелевать в империи железных дорог.

— Поверьте, мы не станем мешать. Я просто буду сопровождать вас. — Дженна поспешно встала, собрав контракты. Она не собиралась признаваться в том, как тягостна ее жизнь, — особенно этому человеку. — Вы согласны?

Он заметил мольбу в ее глазах. Эти глаза… такими же они были ночью шестнадцать лет назад в промерзшем экипаже — печальными, одинокими и слегка напуганными.

Ченс указал на контракт.

— Хорошо, подписывайте.

— Нет, вы должны дать мне слово.

— Тогда прежде разыщем капитана, — предложил Ченс, открывая дверь.

Поднявшись в рубку, Ченс объяснил суть дела капитану. Капитан охотно согласился стать свидетелем — такие просьбы он выслушивал чуть ли не каждый день. Когда они вновь спустились на палубу, держа копии контракта, Дженна протянула Ченсу руку.

— На этот раз мы скрепим сделку?

Ченс задумался о том, насколько Дженна замешана в делах Соломона Ли. Неужели она только прикидывалась неопытной, чтобы следовать за ним по пятам и проверять его работу? Ченс с усмешкой отметил, что этого Дженна уже добилась.

Он пожал ее руку — мягкую, женственную, но сильную.

— Встретимся утром здесь, на пароходе, перед отплытием, — предложила Дженна. — Не беспокойтесь, я буду готова к работе.

Ченс отпустил ее руку. Сделка состоялась. Однако будущее присутствие Дженны рядом не радовало его. Пожалуй, жизнь в горах придется ей не по вкусу, а Ченс не имел ни желания, ни опыта в утешении женщин. Может, стоит хотя бы намекнуть ей, что их ожидает?

Он помог ей перебраться на причал.

— Не забудьте свой дерринджер. Он может вам понадобиться.

Ченс ощутил удовлетворение, увидев встревоженное лицо Дженны. Может, если она поймет, как опасна ее затея, то забудет о ней сразу же, оставшись здесь, в Кердалене.

ГЛАВА 8

На следующее утро, увидев, как Дженна торопливо шагает к пристани, Ченс выпрямился у борта и швырнул сигарету в воду. В самом деле, на нее стоило посмотреть.

Поправляя на голове шляпу с прямыми полями, надетую поверх толстого узла заколотых волос, Дженна вела за собой гнедую кобылу, родословная которой, по-видимому, была еще длиннее, чем ее ноги.

Сама Дженна сегодня выглядела отнюдь не богатой наследницей. Она надела белую блузку, отделанную кружевами, но к ней подобрала простую коричневую юбку, подпоясанную кожаным поясом. По свободному шагу Дженны Ченс догадался, что она отказалась от нижних юбок. Она была не только готова к работе, но и заменила свой дерринджер револьвером в кобуре. Новая Кобура на соблазнительно изогнутом бедре вовсе не лишала Дженну женственности, а придавала ей вид особы, в общении с которой мужчине следует быть особенно осторожным.