Огненные сердца
Шрифт:
Он никого не любил так, как эту женщину. Вот потому он и не женился, потому проводил жизнь в трудах и странствиях, беспечный, беззаботный и одинокий: до тех пор пока не сошелся с Лили более полугода назад. Делани не стал бы отрицать, что он очарован, что не в силах расстаться с Лили. В таком случае его жизнь потеряла бы всякий смысл, он потерял бы жизненные силы, как орды слуг дьявола перед Господом. Жизнь без Лили для Делани была бы не в радость.
— Тогда о чем же ты задумалась так глубоко?
Ее лоб прорезали морщины.
— Я думала о Ченсе и его планах принять предложение Соломона.
— Он заботится только о тебе, обо
— Но Ченс ненавидит Соломона. И потом, это опасно. Возможно, следующая пуля убийцы будет предназначена ему.
— Верно, но в любом деле есть риск, Лили. Может, он решил забыть о своей ненависти ради прибыли. К тому же он заключил сделку не с самим Соломоном, а с его внучкой. Так что не тревожься — твой сын неглуп, поверь мне.
Однако Лили продолжала хмуриться, и казалось, их обоих окутала черная туча, а тени в углах комнаты стали резче. Делани ощущал испуг, хотя и не понимал почему. Лили заговорила вновь, и странное предчувствие беды исказило ее лицо.
— Я хочу проведать его, Бард, — сама не знаю зачем. Что-то словно подталкивает меня — может быть, прошлое. Кое-что осталось невысказанным. Только… Бард, не говори Ченсу. Он никогда этого не поймет.
Делани невольно разжал объятия. Он не хотел бы знать о том, что произошло между ней и Соломоном много лет назад, он был не слишком уверен, что сумеет удержать Лили от поездки в Кердален. Делани должен был верить в свою любовь — да, верить в нее, но неужели мог такой заурядный человек, как он, выдержать состязание с богатым и всесильным Соломоном Ли, какой бы ни была вина этого человека в прошлом?
Делани обнял Лили покрепче, молясь всем святым, чтобы это объятие не стало последним.
— Если хочешь, поезжай, Лили, и будь осторожна в пути. А когда ты вернешься, я буду ждать здесь.
Соломон раздраженно фыркнул и затеребил одеяло. Он пробыл в этой чертовой постели так долго, что заработал пролежни.
— Мне следовало знать, что он потребует у тебя почти невозможного. Половина Биттеррутской дороги! Это немыслимо! Настоящий грабеж!
— Успокойся, дедушка. — Дженна видела, как побагровело лицо Соломона и как тяжело он задышал. — Ты оправишься, не пройдет и двух дней. Уверена, ты не согласился бы на такую сделку, но ведь ты просил уговорить его любой ценой — вот я и сделала так, как та хотел. Прости, если я зашла слишком далеко, но, по-моему, он будет более чем счастлив расторгнуть сделку.
Внезапно Соломон замахал рукой, отвергая сказанное.
— Ни за что! И потом, кому какое дело, если он получит пятьдесят процентов? Я хочу только построить эту проклятую дорогу, а не сколотить на ней состояние. Ты сделала то, что я просил, и справилась со своей задачей неплохо.
Он слабо улыбнулся, когда Дженна пожала ему руку. Соломон выглядел утомленным, и Дженна поняла, что пора оставить его, но Соломон сжал ее пальцы, словно прочел ее мысли и не хотел отпускать.
Дженну радовало то, что лихорадка Соломона отступила, пока она была в Байярде. Врач сообщил, что для своего возраста Соломон — удивительно крепкий мужчина, но болезнь лишила его сил и полностью оправиться ему будет трудновато. Через некоторое время лихорадка могла возобновиться — от любой, даже малейшей простуды.
— Но почему он все-таки решил принять
Дженна понимала, что когда-нибудь Соломон спросит об этом, но надеялась медлить с ответом как можно дольше, лишь бы не повторять колких слов Кайлина. Однако ее дед был умен и приготовился самым решительным образом вытянуть из нее признание.
— Все верно, — сдалась Дженна. — Он согласился принять предложение только в том случае, если будет работать со мной.
Соломон вздохнул и отвернулся. Значит, годы ничего не изменили. Но неужели он надеялся на это?
— Ладно, только не тревожься об этом, Дженна. Я рад, что Кайлин доверяет тебе.
— Надеюсь, он будет верен своему слову. Хотя я не удивлюсь, если он обманет мои ожидания.
— Как бы ни вел себя Кайлин, он — честный человек. В разговорах с ним будь осторожна, не позволяй ему уйти от нас из-за какой-нибудь мелочи. И потом, Дженна… не говори об этом Генри и всем остальным, пока сделка не будет заключена. Они уверены, что смогут справиться с постройкой, зная, что именно мне грозит тюрьма, если рельсы провалятся под первым же поездом. Стоит им узнать о Кайлине, и они налетят на меня, как свора злых псов. Сейчас мне недостает крепкой палки, чтобы усмирить их.
Решение деда хранить секреты от собственных служащих и тем более от Генри встревожило Дженну. Но Соломон был прав, и Дженна не хотела навлекать на него лишние неприятности.
Она заботливо посмотрела на него, и ее сердце сжалось: Дженна заметила старческие пятна на руках деда, поредевшие седые волосы, аккуратно зачесанные назад, большие уши, сморщенную кожу, выступающий, как у многих стариков, нос.
— Скажи, дедушка… — смущенно начала она и замолчала, чувствуя, что вторгается в область его секретов. В конце концов, когда-нибудь ему придется объяснить, что связывает их с Кайлином. — Почему он нужен тебе любой ценой? Особенно теперь, когда он так враждебно настроен к тебе?
Соломон задумался о том, будет ли его заботливая внучка по-прежнему любить его, если узнает о прошлом… о том, как беспечно он погубил целую семью, для того чтобы удовлетворить свое желание. Соломон Ли отвел глаза, размышляя, сможет ли вынести осуждение Дженны, и решил, что время для этого еще не пришло.
— Когда-нибудь я расскажу тебе, Дженна, — когда буду чувствовать себя получше. А теперь иди. Кайлин прибудет через несколько дней. Позаботься, чтобы у юриста все было готово.
Ченс захлопнул крышку карманных часов с резким щелчком и раздраженно сунул их в карман жилета. Дженна опаздывала.
Он налил себе стакан виски и осушил его залпом. Потом налил другой и зашагал по каюте, снятой на борту парохода. Подойдя к окну, он оглядел строения Кердалена, обнимающего изогнутый берег озера. В этот апрельский день в городе было довольно тихо, разве что посетители баров поднимали шум, без которого, как казалось им, немыслимо тратить деньги.
Все десять дней после встречи с Дженной Ли Кайлин провел в сомнениях. Он уже почти решил вернуться в Байярд прежде, чем она прибудет с бумагами, прежде, чем он станет партнером ненавистного человека, которому Ченс не мог доверять. Однако Ченс просто не мог отказаться от сделки с Соломоном Ли или повысить требования. Ли знал, как обходиться с людьми, знал, как связывать их контрактами по рукам и ногам.