Огненные цветы

Блэйк Стефани

– Лучший, – поправил его Гиббон.

Брайен пожал руки офицерам и отдал честь генералу Терри.

– Удачи, – пожелал тот. – И проследите, пожалуйста, чтобы Джордж не слишком-то зарывался.

– Ну, это все равно что пытаться загнать ветер в бутылку, – усмехнулся Брайен.

Полк был на марше все утро и почти весь день. На флангах, забирая сильно вглубь, патрулировали разъезды. Во главе колонны ехали Брайен и Митч Буйе.

День прошел без приключений, никаких попыток нападения со стороны индейцев и даже никаких

следов их пребывания отмечено не было, и на закате колонна остановилась на привал.

На следующий день эти следы появились. Часам к одиннадцати утра передовые отряды Седьмого наткнулись на следы индейского лагеря. Кастер соскочил с седла и подобрал обглоданную хищниками и выбеленную солнцем бизонью кость.

– Судя по всему, здесь и останавливались индейцы, которым дал уйти майор Рино, – сказал Кастер, стараясь ничем не выдать сарказма.

Брайен незаметно взглянул на Рино. Если взгляд способен убивать…

В тот день полк прошел тридцать миль и остановился на привал в пять пополудни. Вечером Кастер созвал совещание.

– Отныне никаких труб, никаких побудок и никаких отбоев. Полная тишина. Индейцы где-то рядом, я печенкой чувствую. Пусть людей поднимут в три ночи. Выступаем в пять утра.

Только теперь началась настоящая охота. Утром 24 июня разведчики возбужденно доложили, что впереди очень много индейцев племени сиу.

Кастер мгновенно напрягся:

– Так. О’Нил, Рино, Уоллес, Буйе. С двумя ротами – во главу колонны. Я с вами.

В течение ближайших трех часов им то и дело попадались на пути следы недавних индейских стоянок. Судя по всему, оставляли их в большой спешке.

В час дня передовой отряд остановился у большого вигвама. Старший среди сопровождавших полк проводников из дружественного белым индейского племени кроу внимательно осмотрел вигвам, все время бормоча что-то про себя, и наконец объявил:

– Сиу. Здесь был большой военный совет. Много вождей участвовало.

Вскоре еще один разведчик доложил, что только что видел, по всему судя, недавно разбитый лагерь неподалеку от устья Розбад-Крик.

– А сейчас они где? – спросил Кастер. – На юг двинулись, в сторону реки Тонг?

– Нет, пересекли Розбад и идут к Литл-Бигхорну.

Кастер довольно кивнул:

– Стало быть, они от нас всего в тридцати милях. На расстоянии дневного перехода.

– Только одно меня беспокоит, сэр, – заметил Брайен. – В прошлый раз, когда мы с Митчем ходили в разведку, нам попались следы очень большого лагеря. Буквально вся долина изрыта. Похоже, там были тысячи палаток.

– Тысячи? – Впервые за все это время Кастер выглядел озабоченным. – Маркус, – обратился он к майору Рино, – сколько, вы считаете, людей было в обнаруженном вами лагере?

– Не больше четырехсот.

Кастер пристально оглядел каменистые гребни возвышающихся со всех сторон холмов. В их молчании таилась какая-то

скрытая угроза.

– Это может означать только то, что племена движутся с юга.

– Наверное, Крук спугнул их.

– Да, кстати, а где Крук? – настороженно спросил майор Рино. – Если он преследует индейцев по пятам, то почему наши разведчики ни разу не встретили его передовых частей?

– Не означает ли это, что сиу побили его у Розбад-Крик? – угрюмо предположил Брайен.

Повисло тягостное молчание. Восемь дней назад индейцы сиу, ведомые блистательным вождем Дикая Лошадь, напали на части генерала Крука и отбросили их за Гуз-Крик.

– Что за чушь вы порете, Брайен, – отмахнулся Кастер. – Во всей американской армии никто лучше Крука не умеет воевать с индейцами. Это гений. У него ум краснокожего. Он непобедим.

– Ну да, непобедим, – бесстрастно повторил Брайен. – В свое время так говорили о Джебе Стюарте.

Кастер со смехом хлопнул его по плечу.

– Ну вот, теперь и вы заговорили, как майор Рино. Поехали-ка лучше, посмотрим на этот лагерь, что обнаружили наши славные разведчики.

В эту ночь Седьмой разбил палатки возле устья Розбада. Уже перед самым ночлегом подъехал еще один малый из племени кроу и сообщил, что на той стороне ручья обнаружены следы индейцев.

– Большой лагерь на западном берегу, – пояснил переводчик. – Много раз по сто. – Он растопырил все десять пальцев и трижды переплел их. – Вот столько раз по сто. Может, больше.

– Отсюда следует, что главные силы противника на добрых шестьдесят миль ниже по течению, о чем докладывает разведка генерала Терри.

– Ну, это просто предположение, – проворчал майор Рино. – Должен напомнить, сэр, что нам приказано двигаться в южном направлении до тех самых пор, пока мы не столкнемся с индейцами.

– Несуществующими индейцами, которые и без того нас сильно опередили. – Кастер бросил на него испепеляющий взгляд. – А если последовать вашему предложению, майор, то расстояние увеличится еще больше. И каково же будет, прости Господи, бедняге Гиббону? Ведь завтра, если только все идет по плану, его шесть пехотных рот и четыре взвода кавалерии окажутся лицом к лицу с превосходящими силами противника.

– Ваше упрямство, полковник, становится невыносимым, – жестко сказал майор Рино. – Вынужден предупредить, что сразу же по возвращении я подам на вас рапорт генералу Терри.

– Да идите вы! – разъярился Кастер. – Знаете, что можете сделать со своим рапортом? Засунуть его себе в задницу!

Потом, когда они остались вдвоем в своей палатке, Брайен как можно мягче сказал Кастеру:

– Знаете, Джордж, а ведь в словах Рино есть доля здравого смысла.

– О Господи! – возмущенно оборвал его Кастер. – И вы туда же, Брайен? В таком случае почему бы вам с Маркусом просто не вернуться в Форт-Линкольн?