Огненные цветы
Шрифт:
– Как мне связаться с вами в случае надобности?
– Оставьте для меня письмо здесь, во Фриско, в Ассоциации моряков торгового флота. Как вернемся из Блэк-Хиллз, сразу туда наведаюсь.
«Если вообще вернешься», – задумчиво произнес про себя капитан.
В обеих Дакотах и в Вайоминге дым стоял коромыслом. Сорванные с места аршинными заголовками в газетах, где говорилось, что таких запасов золота не встречалось со времен царя Соломона, старатели со всех концов страны хлынули в Блэк-Хиллз, и наплевать им было на все договоры и соглашения между племенем сиу и правительством
Возмущенные сиу оставили свои резервации и, объединившись с шайеннами, пошли войной на захватчиков. Вот в эту-то заваруху и угодили Брайен О’Нил, Рэнсом Долан и Дрю Мейсон, когда весной 1876 года прибыли сюда с караваном из десятка мулов, груженных различным старательским снаряжением.
Дедвуд [16] – поселок, расположенный в узком ущелье, – не было на всей золотоносной территории места, пользовавшегося такой дурной репутацией, как это.
– Понятно, откуда название идет, – заметил Брайен, когда они проезжали мимо местного кладбища на окраине селения. Трупы мужчин, убитых за последние двадцать четыре часа, были просто свалены здесь штабелями.
16
Дедвуд (англ. Deadwood) – буквально: мертвый лес; сухостой.
Дедвуд со всеми своими салунами, публичными домами, игорными заведениями и официальными конторами вырос буквально в одночасье. Большинство приехавших поселились на окраине в поспешно отстроенных хибарах; Брайен со спутниками тоже выбрали место неподалеку от ручья и принялись обустраиваться.
Большая часть тяжелой физической работы легла на плечи Брайена и Рэнсома. Дрю оказался болезненным молодым человеком. Он то и дело заходился в надсадном кашле и быстро уставал. Так что на него возложили готовку и иные домашние дела, что его вполне устраивало.
Трех дней хватило, чтобы построить сносный двухкомнатный домишко. Едва вбив последний гвоздь, Рэнсом заявил:
– Лично я отправляюсь в город. За выпивкой и за девочками.
– Лучше в другом порядке, – ухмыльнулся Брайен, – а то, глядишь, не справишься.
– Ну, об этом можешь не беспокоиться, – подмигнул Рэнсом. – Пошли вместе?
– Насчет выпить не прочь, ну а по части девочек воздержусь.
Дело в том, что всякий раз, глядя на женщину, Брайен вспоминал Равену. Однажды, гуляя по Фриско, он увидел впереди даму, которая со спины показалась ему точной копией Равены. На мгновение даже возникла дикая мысль, будто это Равена и есть. Чувствуя, как бешено заколотилось сердце, Брайен быстро нагнал ее.
– Прошу прощения, мэм…
При виде повернувшегося к нему лица молоко бы скисло! Запинаясь, Брайен спросил о какой-то несуществующей улице и поспешно отошел.
– Такой не знаю, малыш, но я живу… – донеслось до него.
Ополоснувшись в ручье, они с Рэнсомом отправились в город. Дрю отказался,
Первой их остановкой был дедвудский бар. Чтобы пройти сквозь вращающиеся двери, им пришлось переступить через валяющийся на пороге труп.
– Это с ним Билл Хикок разобрался, – донесся чей-то голос из толпы.
Вскоре появились двое барменов в белых фартуках. Они отнесли беднягу в соседний переулок, где его со временем подберет похоронная команда.
В баре толпился народ. Столиков были немного, и все заняты картежниками. Плотные мужчины с суровыми лицами яростно жевали кончики сигар и то и дело прикладывались к бутылке с виски.
По залу порхали с десяток девиц в коротких юбочках и с полуобнаженной грудью.
– Вот это да! – выдохнул Рэнсом, когда одна из них, пробегая мимо, наклонилась поднять упавший платок и продемонстрировала при этом черное шелковое белье. – От такой бы я не отказался.
– Терпение, приятель, – засмеялся Брайен. – Вечер только начинается. – Он легонько шлепнул пухлую девицу чуть ниже спины. – Эй, красотка, не принесешь двум умирающим от жажды путникам бутылочку да пару стаканов?
Девица обернулась и, уперев руки в бока, бесцеремонно оглядела Брайена. Лицо у нее было размалевано сильнее, чем у индейцев, встречавшихся ему во время путешествия.
– Привет, красавчик, а может, лучше подать прямо наверх? Там есть комнаты. Могу сказать мадам, чтобы внесла тебя в список. Только придется с часок подождать.
– Это слишком долго, пить очень хочется. Так что спасибо, но тащи лучше сразу. – Брайен заметил в углу два перевернутых ящика и ткнул пальцем. – Вот сюда.
– Но имена в список все-таки включи, – вмешался Рэнсом. – Следующую бутылку мы выпьем наверху.
– Ну ты и ходок, Рэнсом, давно таких не видел, – рассмеялся Брайен, дождавшись, пока девица уйдет за заказом.
– Ходок? Ничего себе. О’Нил, когда я в море, раз-два в год всего и оскоромишься. А последние шесть месяцев я вообще только вас, уродов, и вижу.
Шум голосов и смех оборвал выстрел. Вслед за ним послышались еще два подряд. Толпа раздалась и отступила, освобождая место двум ковбоям. У одного на голове ничего не было, на другом – островерхая, с широкими полями шляпа, несколько напоминающая сомбреро. Этот последний откинулся на стойку, и голова его упала на грудь. Шляпа на мгновение прикрыла лицо и соскользнула на пол. За ней медленно, словно ноги превратились в кашу, последовал и хозяин.
Победитель протер дуло шестизарядного револьвера, из которого все еще струился дымок, и вернул его в кобуру.
Почти сразу же, как из-под земли, возникли белофартучники. Они дружно подхватили несчастного за ноги и вытащили на порог. Клиенты вернулись к выпивке. За все это время пианист ни разу не сбился с ритма.
– Ну и местечко, – пробормотал Рэнсом.
Брайен положил руку на пояс с кобурой и подумал, что, столкнись он, не дай Бог, с таким славным стрелком, как этот малый, нелегко бы пришлось. Секунду назад он хладнокровно отправил на тот свет человека, и вот тебе, пожалуйста, – хохочет как ни в чем не бывало и щиплет девок за зад.